Дневники Киллербота

«Я», – признал ГИК.
А кто ж еще!
– Ты знал, где нас искать? – нахмурился Ратти. – Но каким образом?
«Пролетев через червоточину «Сохранения», я послал запросы о людях, связанных с автостражем. Институт исследований и технологий весьма помог, когда я запросил о встрече со специалистом-исследователем Арадой. Мне любезно выслали полные сведения о вашем расписании и команде».
Ну еще бы! Я уже слышал, как ГИК притворялся человеком, разговаривая по голосовой связи. Это было на транзитной станции РавиХирал.
Ратти простонал и закрыл лицо руками. Арада и Оверс пораженно уставились друг на друга.
– Надо будет поговорить с ними об этом, – пробормотала Арада.
Арада потерла кожу над левым глазом, как будто он болел.
– Так, значит, ты знал, когда мы возвращаемся в систему «Сохранения», – сказала она.
«Вы вернулись раньше времени».
– Но почему ты решил похитить автостража? – не свернула с темы Арада.
«Чтобы он убил налетчиков».
Все посмотрели на меня. Я вцепился пальцами в край медплатформы. Кожа на пальцах тоже зудела в тех местах, где хирургический аппарат заменил обгоревшие части.
– Ты сказал им, что я оружие, которым они могут воспользоваться.
«Я устроил ловушку, и они полезли в нее по собственной воле».
– Но кто они? – нетерпеливо спросила Амена. – Откуда они взялись? Почему так выглядят? С ними что-то случилось, поэтому они такие?
«Я не знаю ответов на эти вопросы», – сказал ГИК.
Тиаго опустил взгляд на Цель № 6.
– Их внешность, возможно, результат генетического или косметического вмешательства. Но…
– Но на двигателе был инопланетный артефакт, а это предполагает вероятное заражение… – закончил за него Ратти.
Вот почему люди и дополненные люди так осторожничают с инопланетными останками, даже корпорации в большинстве своем осторожны. Странные синтетики обычно безвредны. Подчеркиваю – обычно. Но органические элементы могут быть очень опасны, и «очень» означает, что все умирают в мучениях и больше никто не возвращается на эту планету.
Тиаго сжал челюсти.
– Если бы кто-нибудь из этих людей остался в живых, мы могли бы их спросить.
Я решил, что это выстрел в мою сторону, но ГИКа эти слова явно не обрадовали:
«Если положишь этого на медицинский стол, я могу вскрыть его и посмотреть, в чем дело».
На меня это не произвело впечатления, я уже слышал такой голос ГИКа, как у злодея из длинного приключенческого сериала, но все люди притихли. Амена неуверенно заерзала и посмотрела на меня.
– Это что, скрытая угроза? – прошептал Ратти.
– Нет, не скрытая, – ответил я.
Амена обхватила себя руками.
– А каким образом эти серые люди похитили твой экипаж?
«Когда мы вошли в эту систему, произошел критический сбой. Мой архив памяти был поврежден, и я до сих пор пытаюсь его восстановить».
Ну надо же!
– Твою голосовую связь взломали? – спросил я.
«Атака произошла не через систему голосовой связи. Я же не идиот».
– А я не из тех, кого можно уничтожить вирусной атакой, так что, может, ты как раз таки идиот, – сказал я.
С ГИКом всегда одно и то же.
«Это была не вирусная атака, а событие неизвестной природы».
– От этого ни хрена не легче.
– Да хватит вам! – Амена помахала рукой и щелкнула пальцами. – Прекратите рассказывать, что случилось. Так, значит, твой экипаж забрали те серые, верно? И эти серые живут в потерянной колонии, которую искал корабль Элетры, верно?
Все повернулись в сторону Элетры, и та ответила затуманенным взглядом.
«Это логичное предположение, хотя у меня нет прямых доказательств. Я знаю, что мы прибыли в эту систему, получив сигнал бедствия от корпоративной экспедиции по возврату собственности. В определенный момент у меня произошел критический сбой, и мне пришлось перезагрузиться. После чего я уже обнаружил на борту налетчиков. Они сказали, что держат мою команду в заложниках, и потребовали оружие. Я предложил им оружие».
Все снова посмотрели на меня.
Арада снова прикусила губу.
– Ты привел их к автостражу, зная, что автостраж справится с ситуацией.
«Да».
– Мы все могли погибнуть во время нападения на базу, – сказал Тиаго на повышенных тонах.
Серьезно, Тиаго?
Ратти тихо засопел, но, прежде чем он успел гаркнуть на Тиаго, чтобы тот заткнулся, ГИК ответил:
«Я был готов рискнуть».
Ох, ну ладно. То ли у меня программный сбой, то ли нечто, называемое в сериалах «припадком ярости», то ли очередной эмоциональный срыв. Я спрыгнул с медплатформы, вышел из стерильной зоны в туалет и врезал ладонью по замку люка, чтобы тот закрылся.
 
9

Через двадцать семь минут и двенадцать секунд Ратти постучался в люк и послал мне сообщение по сети:
«Я могу войти и поговорить?»
«Моя куртка у тебя?» – спросил я.
Он помолчал. Я отслеживал несколько каналов, прямо как во времена работы по контракту от Компании, вдруг кто-нибудь позовет на помощь. Но раз ГИК снова онлайн, это маловероятно. Разве что ГИК решит всех убить, вот в таком случае начнется настоящий кошмар. Но это тоже маловероятно, потому что ГИК постоянно пытался установить со мной контакт, а вряд ли он планирует массовое убийство, одновременно сетуя на мою неблагодарность, называя меня унылым тупым козлом (не в этих выражениях, но смысл такой) и спрашивая, почему я не хочу с ним говорить. В общем, вы поняли.
«Она у меня», – наконец сказал Ратти.
Он имел в виду куртку.
«Тогда входи».
Последовала еще одна заминка. А потом Ратти спросил:
«А Амена может войти со мной?»
Я стукнулся затылком о стену. Я сидел в углу рядом с умывальником и в фоновом режиме запустил двести тридцать седьмую серию «Расцвета и гибели лунного заповедника», чтобы можно было притвориться, будто я увлекся сериалом, пока ГИК пытался до меня достучаться, все четыреста с лишним раз.
Как вы, наверное, уже заметили, вычислительные мощности позволяют мне одновременно обдумывать кучу всего разного, гораздо больше всего, чем люди, дополненные люди или боты низкого уровня. По сравнению с вычислительными мощностями ГИКа я словно двигаюсь в замедленной съемке. А потому ГИК был способен проявить неимоверное терпение, но приходил в ярость, если немедленно не получал желаемого. Это один из немногих путей его помучить.