Упрямый доходяга
— У нас очень мирный, хоть и своеобразный город, господин Криггс, — покачал головой мэр, — Защитники закона единственные, кто носят и применяют оружие в пределах Пятна. Не вижу смысла плодить как плодить сущности, так и воспринимать кида как тупого забойщика. Хартил ил Шаадор сообщил, что вы уже обладаете рядом уникальных особенностей, хотя стоите лишь в самом начале пути. Возможно, они будут востребованы.
Почему я чувствую себя как молоток, которому польстили перед интенсивным использованием?
— Давайте прощаться до завтра, господин Криггс, — мерно произнес бог, незамысловато намекая одной из левых рук на дверь, — В курс дела по всем нюансам вас введет ваш непосредственный начальник. А пока… пока можете остановиться в нашем отеле. Счет за проживание пусть пришлют в мэрию.
На выходе я получил на руки слегка неадекватную, но хихикающую тушку Эльмы, а к ней в довесок еще и двух мордоворотов полуорков с яркими желтыми глазками. Выдавшая мне приемную дочь полноватая женщина кокетливо мне улыбнулась, тряхнула блондинистой прядью волос, подмигнула единственным взглядом, а затем поведала интимным шепотом, что ждет меня завтра не ранее половины одиннадцатого утра. Здесь же. Покивав, я согласился со всем и сразу, а затем поволок продолжающую покатываться над чем-то своим Эльму в местную гостиницу.
«С девочкой всё в порядке, господин Криггс. Просто дайте ей поспать. Меня зовут Ларисс. Ларисс Дийюн».
До гостиницы нужно было сделать лишь с сотню шагов. Приземистое двухэтажное здание обрадовало меня как своим привычным видом, так и нормальными низкими потолками, выгодно отличающимися от уходящих в потусторонние небеса сводов ратуши. Нет, ну на самом деле, мэр мог бы спокойно держать там несколько тысяч летучих мышей, если бы решил проблемы с вечно засираемым полом! А еще гостиница «Теплый приют» управлялась вполне себе живым разумным. Стоящий за стойкой плод любви гнома и эльфийки с самым пасмурным видом слушал некое расстроенное существо очень скромных размеров, щеголяющее здоровенным пуком черных дредов, связанных на затылке в «конский хвост».
Наладить контакт с местным хозяином постелей и выпивки оказалось проще простого — невысокий тип заулыбался нам как родным, получив повод оторваться от сверхволосатого существа, фигуру которого невозможно было различить за копной дредов. Зальцер Херн, как представился владелец и бармен «Приюта», согласился заселить нас с Эльмой на сутки в двухместный номер, правда, сразу оговорившись, что мы у него, скорее всего, будем дольше, чем на одну ночь. Перекусить у хозяина тоже нашлось чем, заведение оказалось универсального типа, хотя в основном работало как бар. Уложив Эльму спать, я под бдительным присмотром дуболомов вернулся в питейно-кормежный зал, лелея надежду выпить за счет мэрии, слегка расслабив нервы. День выдался…
— Я Эджин, а это Вурглас. Мы братья, — представился один из севших напротив меня мордоворотов-сторожей, — Завтра, если всё будет нормально, будем работать вместе.
— Вы тоже в полиции? — поинтересовался я, получая в ответ утвердительные кивки, — Приятно познакомиться. Есть что-то, что я должен узнать как можно раньше?
Здоровяки переглянулись с задумчивым видом, пожимая плечами. Потом лицо Эджина слегка разгладилось, он проговорил:
— Мы тебя будем караулить до завтра, но по очереди. Один будет спать. Так вот, Криггс, запомни один момент — мы, неживые, спать любим. Никогда не буди мертвецов, Магнус.
— Здесь важный момент нужно уточнить, — я отхлебнул из стакана очень неплохой самогон, который тут называли «виски», — Учитывая специфику нашей будущей работы. Никогда — это «никогда» … или все-таки можно по долгу службы?
— Совсем «никогда», мастер Криггс, — проговорил Вурглас под согласные кивки своего собрата (или брата?), — Это закон Незервилля.
Пожав плечами, я принял сказанное к сведению. Слишком много новостей, слишком быстрая смена обстановки, слишком специфичное новое место жительства. Я ожидал логово безумных ученых, сделанное из фекалий и кактусов, а очутился в сумрачном каменном городе, где по улицам ходят мертвые. Ладно бы они ходили с надрывным воем о «мозгах», так нет же! Вон, сидят напротив меня, болтают, интересуются, когда у Каруса будет взрослая линька. Жутковато, что не моргают, не дышат, не делают бессознательных движений, характерных для любого разумного… непривычно.
Необычность я решил запить, а проще говоря, выпить как следует. Эта подводная лодка уже отправилась в свой рейс, иллюминаторы и люки крепко задраны, а поэтому лишь остается последовать мудрому совету, встречающемуся в сборниках инструкций для американской (вроде бы) полиции. Расслабиться и получать удовольствие.
Спустя пару стаканов общение пошло живее. Вурглас и Эджин Трайкеры действительно оказались братьями и полицейскими. В самом участке, единственном на весь Хайкорт, работало пять живых мертвецов и пять просто живых, что делало правоохранительные органы одним из наиболее «живосодержащих» городских служб, что и было вполне логичным, так как за пределами туманного Пятна, накрывающего Хайкорт, вовсю царило нелюбимое мертвецами солнце.
— Преступность? Ну у нас городок тихий, только хулиганства хватает, — рассказывал Вурглас, — Потому что скучно, а народ тут не самый спокойный. Стрелять приходилось лишь в ихорников с Эскобаром, да еще…
— ВЫЫЫ!!!
Я далеко не сразу понял, что полный кровожадной злобы вой, раздавшийся в уютном полумраке питейного заведения, несет с собой какую-то смысловую нагрузку. В принципе, она меня не особо волновала, так как при резком и лютом вопле мои надпочечники поднатужились, выдавая полугодичную норму адреналина, в результате чего безоружный по причине своего шаткого «гостевого» состояния я мухой нырнул под монументальный стол.
Тревога оказалась ложной, частично.
— Два ублюдка! Три ублюдка! — визгливо орала тоненькая как тростинка смуглая девчонка с копной дредов, напрягавшая до этого лишь владельца заведения. Одетая в нечто, похожее на джинсовый комбинезон, она наскакивала на Вургласа и Эджина, колотя здоровяков кулачками, пиная ногами, и продолжая завывать довольно чистым, но удивительно противным голосом, — Козлы! Сидят! Бухают!! А! Моя! Лилика! Мертвая!
— Нимея, ну ты чего?! — бубнили вставшие копы, не обращая внимания на предпринимаемое в отношении их насилие, — Ты же знаешь, что Эскобар пропал…
— А это кто?! — пальчик девчонки уткнулся в осторожно выглядывающего из-под длинной скатерти меня, — Это — ктооооо???
— Это Магнус Криггс, — представил меня Вурглас, пытаясь аккуратно одной рукой поймать бесящуюся дредоносицу, — Он здесь новенький.
— В жопу имена!! — провозгласила-таки изловленная девица, поднятая полуорков за лямки комбинезона на спине, — Это же кид! Это же чертов Должник, мать вашу! Вы, две образины, сидите в «Приюте» и чешете языками с кидом!!
Девица была очень бойкая и… неслабо подпитая, хотя, на мой взгляд, могла бы потянуть максимум лет на 14–15. Узкобедрая и узкоплечая, размерами она была даже меньше совсем невысокого меня, зато темперамента, видимо, хватило бы на стадо обиженных носорогов или обманутых вкладчиков «МММ». Сначала я подумал, что она смуглая, но спустя пару секунд понял, что вижу первую на Кендре мулатку. Мелкую, тощую, злобную и изрыгающую хулительные слова в преогромном количестве.