А.Д.вокат для варвара

— Кара? — Какой-то мужчина тронул меня за плечо. — Зачем ты вернулась? Разве до тебя так и не дошло? Ты не нужна мне!
Я знаю его. Хорошо знаю… Но кто он? 
— Н-нет… — От непонимания происходящего покачала головой, потому что рядом с этим кареглазым брюнетом мне страшно.
Вот ветер стих, осыпался, как лепестки с давно увядшего цветка. Я слышала сзади тяжелое дыхание, и вся улица наполнилась грозным рыком:
— Каролина, почему ты сбежала?! Идем домой! — приказал мне знакомый голос.
В этот момент солнце выглянуло из-за туч, я повернула голову и увидела огромного золотого волка. Он смотрел на меня, оскалив пасть, а у амулета на моей груди изумрудным огнем горели глаза.
Я обернулась, чтобы в последний раз посмотреть на своего жениха, и увидела его в объятиях другой.
— Что смотришь? Убирайся! — хрипло засмеялся он. Да, теперь я вспомнила. Марк. Свадьба. Похищение…
Сон становился полным бредом, у меня кружилась голова. На миг закрыла глаза и увидела варвара, лежащего на помосте для погребального костра, а вокруг со всех сторон кто как валялись мертвые волки. 
— Дасар! — закричала срывающимся голосом и побежала к нему. — Дасар! — в ужасе схватилась озябшими пальцами за его рубаху.
— Беги! — услышала за спиной предсмертный хрип.
Обернулась и увидела женщину. Ее черное платье оставляло кровавый след, а в руках два окровавленных клинка. 
— Дани, значит? Смешно. Жалкий человек… Тебе никогда не стать достойной волчицей! — Она засмеялась, а у меня все внутри сжалось от ужаса.
— Дасар! — закричала что есть сил, понимая, что бежать я не в состоянии…
 
— Каролина, проснись! — Хмурый и уставший варвар бережно держал меня за плечи.
— Дасар! — всхлипнула и прижалась к нему. 
Я проснулась или нет? За окном на сотни голосов воют волки. 
— Тихо, тихо, моя дани. Я рядом, все хорошо! — Он гладил меня по волосам, прижимая к себе, и нашептывал успокаивающие слова. 
От звука его голоса мне стало лучше. Украдкой ущипнула себя за руку… Нет, не сплю.
— Что это? Почему воют волки? — ненадолго ухватившись за пугающую реальность, спросила, заглянув ему в глаза.
— Они провожают старого вожака к его предкам и приветствуют нового. — Я поняла, что по сравнению с вечером у него явно севший голос. 
— А что значит «дани»? — спросила, вспомнив кошмарное видение.
— Истинная. Моя единственная, предназначенная судьбой жена.
— Но я невеста другого, мне нужно домой! — сказала, едва не сорвавшись на крик. — У меня скоро свадьба! Или уже нет… — покачала головой, окончательно потеряв нить реальности и не понимая происходящего. 
Вожак… Провожают вожака к предкам… Приветствуют нового…
— Ты и есть новый вожак? Это твоего отца хоронят? — спросила, чувствуя какую-то непреодолимую дрожь.
— Да, Кара. — Он поджал губы, отвернулся и встал. Медленно отошел к окну и уставился куда-то вдаль.
— Прими мои соболезнования… — подошла и положила руку ему на плечо, пытаясь хоть как-то поддержать.
Перед глазами тут же встало видение, как этот сильный мужчина лежал на погосте. Я невольно сглотнула ком, подступивший к горлу. Кажется, сегодня мы оба потеряли близких. Я Марка, если так и не получится вернуться домой, а он отца. 
— Не надо. — Мужчина покачал головой и осторожно убрал мою руку со своего плеча. — Извини, но сейчас я плохо контролирую себя, а ты для меня, как глоток воды для давно бредущего по пустыне. 
Смутилась от такой откровенности, но в то же время на меня нашло какое-то секундное помутнение, и я тихо попросила:
— Поцелуй меня… 
Мужчина склонил голову набок, совершенно по-собачьи. Или по-волчьи… Неважно. А через еще одно мгновение я утонула в крепких объятиях. Его горячие губы столкнулись с моими…
Поцелуй? Нет. Это было настолько непередаваемо… Словно я никогда не ела сладкого и попробовала отборнейший мед, словно никогда не пробовала алкоголь и выпила залпом целую бутылку… Земля ушла из-под ног, и сердце готово было выпрыгнуть из груди. 
Правда, алкоголь ни в каком виде я не признаю, да и поцелуй уже был, но сейчас это действительно оказалось волшебно!
— Вожак, алады негодуют! Как вы могли убежать во время церемонии? — Дверь отворилась без стука, и в комнату вошел всклокоченный юноша. — Вы потеряете право быть вожаком, если не вернетесь через минуту! — взволнованно предупредил он.
— Бегом! — скомандовала железным тоном и за руку потянула Дасара к двери.
 
Дасар фыр Муун
Позвав алад к старухе, я кинулся к отцу. Вихрем ворвался в комнату. Мой старик стоял у окна и смотрел на город. Он часто так делал, еще когда я был маленький, а из-за болезни в последние дни не мог. 
— Отец… — позвал его севшим голосом. 
— У тебя есть сестра. Ее зовут Ниита. Как только я умру — она заявит права на место вожака. Я хочу, чтобы ты был готов, — сухо предупредил он.
— Что?! — Я от неожиданности даже прислонился к дверному косяку. 
— Ты услышал меня. Ее мать — отступница. Еще до твоего рождения эта женщина при помощи магии искусила меня и… — Он покачал головой, подошел и уселся в кресло. — Итог печальный. Был бунт, мне пришлось изгнать почти треть стаи. С тех пор я тайком наблюдал за ними. У тебя есть примерно две недели. Я рассчитываю на тебя, сынок. За тобой будущее всей стаи.
Он перекинулся в волка и запел. Пронзительно, гулко. Вожак оповещал стаю о передаче власти, о своем уходе, о грядущих переменах… 
Я превратился вслед за ним и тоже запел. Наш вой сливался в единое целое, наполнял каждый закуток, пробирался за запертые двери, врывался в окна и просачивался под землю. Он отдавался в сердцах всех волков, каждого жителя нашей стаи. 
В определенный момент отец затих. Я больше не слышал его вой, но сидел и продолжал петь, задрав морду к небесам и боясь даже посмотреть в его сторону. 
Волки собрались на площади, как и велит обычай. Они тоже запели, поддерживая, продолжая мою песню. Только тогда я замолчал.
Поднял тело отца и понес на площадь. Я точно знал, что там уже занимаются постройкой помоста для костра, который оставит от моего старика лишь пепел. 
Вожак больше всего на свете любил свою стаю, а стая в ответ любила его. Я это всегда знал, а сейчас еще и слышал в волчьем плаче. 
Сын вожака, сильный и ловкий, но своенравный и ленивый… Так всегда твердила старая аллада. Она права. Я еще мальчишка, я не готов. Никогда не боялся смерти, она вроде бы всегда была рядом, но в то же время так далека от меня. Хоронить члена стаи это одно, а вот терять близкого человека... Это стало для меня настоящим испытанием.