Во славу короля!

– На Вирме пока нет короля. А у меня уже есть невеста.
– Кто знает, – хмыкнул вирманин. – Кто знает, ваше высочество? Будущее доступно лишь прорицательницам.
Ричард улыбнулся.
– Я уверен, Анжелине понравится на острове. Может, она даже захочет повидаться с одной из ваших прорицательниц. Девушки любят спрашивать о своем замужестве.
– Я поговорю с Олавом. Он устроит эту встречу, – кивнул Эрик.
С вирманами действительно нельзя было говорить обиняками. Но и произносить некоторые вещи вслух – рано. Ричард намекнул.
А остальное…
Умный поймет. А дураку и знать-то не надо!

Уэльстер, где-то в дороге.
Альтрес Лорт чувствовал себя прекрасно.
Дорога сама ложилась под копыта коня, спутники – четверо солдат, совершенно не надоедали.
Не гвардейцы, а самые обычные солдаты, из столичного, правда, гарнизона. Своего войска Лорт как-то и не завел, не нужно было.
Ехать домой без свиты?
Без охраны?
Лорт бы поехал, но братец стукнул кулаком по столу. Впрочем, от гвардии «опальный» шут отказался. Ни к чему. Ему год еще побыть у себя в поместье, к чему ему четверо гуляк?
Гардвейг внял, и братья сошлись на самых обычных солдатах. Четверых.
А что?
Чай      , не ведро с золотом везем и не невинную девицу, все мужчины взрослые, все за себя постоять умеют.
Со старшим, полудесятником Риффи, Лорт сошелся достаточно тесно, и с интересом разговаривал о том, о сем. А что? При дворе так не поговоришь, там ни слова в простоте, сплошь гадюки ползают, а здесь – обычные нормальные люди, со своими обычными интересами.
Уродит земля в этом году или нет, какие цены на репу, будет ли зима холодной, чем бы таким по дороге разжиться, чтобы в столице потом торгануть…
Нехитрые желания, спокойные мысли… что еще надо? Альтресу Лорту хватало.
Это как с туфлями. Вот надел ты их, дорогие, модельные, стоящие дороже чугунного моста, и все завидуют, и восхищаются, и тебе, вроде, не тяжко, но вернувшись домой, скинув с ног пафос и надев домашние тапочки – старенькие, может, и с дыркой, но такие удобные, только тогда ты понимаешь, как тяжело тебе приходилось все это время.
Лорт начинал понимать.
Он себя вообще чувствовал луковицей, с которой сходит придворная шелуха, слой за слоем.
Он ехал, когда вскачь, ради удовольствия, когда медленно, любуясь окружающими видами и наслаждаясь погодой, необычно теплой для осени, глядел по сторонам, болтал дружески с солдатами – и душа у него отмякала. День за днем, час за часом.
И плевать на интуицию, которая шепчет «не к добру»…
Вот и постоялый двор.
Может, Лорт и не стал бы там останавливаться. Но все же осень. Дни-то теплые, а ночи ледяные, и на земле уже холодно, даже у костра. К чему бока лишний раз студить? Вдруг чего важного отморозишь?
Да и ветер разыгрался, как на грех.
Постоялый двор носил гордое название «Королевский». И даже немного соответствовал. Во всяком случае, пол был чисто выметен, стены выбелены, столы выскоблены, запаха тухлятины Лорт не почувствовал, и даже – даже! Не увидел ни одного таракана!
Даже мух не было!
Хозяин двора поспешил Альтресу навстречу, улыбаясь и кланяясь.
– Добро пожаловать, господин…
– Альт, – подсказал Альтрес, которому совершенно не хотелось обнародовать свое имя и потом весь вечер любоваться на бледное лицо хозяина и получать пищу под аккомпанемент стучащих от страха зубов.
Казалось бы – он просто шут. Но откуда эта провинция все знает? Да еще в таких подробностях?
Или все просто, что не расслышали, то досочинили? И вперед?
В любом случае, графа Лорта знали все. И боялись.
В столице – точно. Но здесь-то провинция, можно просто назваться другим именем, одежда и оружие у него без гербов, охрана – мало ли кто ее нанимает, да и горб – не примета. Хоть и мало горбунов, но встречаются.
– Добро пожаловать, господин Альт. Меня зовут Вилли, так все и зовут – просто Вилли. Вам и вашим спутникам – ужин, ночлег, завтрак? Или чего другого прикажете?
– Плотный ужин, уютный ночлег и вкусный завтрак, – кивнул Лорт. – И о конях наших прикажите позаботиться, Вилли.
– А у нас других и не бывает, господин, – развел руками Вилли. – Иначе б никто не возвращался.
– Смотрю, народа у вас негусто? – прищурился Лорт.
– Сколько ни на есть, – Вилли так же радушно улыбался. – Время такое, урожай снимают. А вот как снимут, да отпляшут, да купцы повалят – дело другое. Яблоко не перебросишь…
И верно, постоялый двор был почти пуст. Так, сидели за дальним столом двое мужчин, потягивали что-то из большого кувшина, тихо переговаривались.
Лорт пригляделся.
Чутье, наработанное за столько лет, царапнуло душу кошачьими когтями. Провело этак, несильно, но с намеком – разбирайся. Ведь не отстану!
И что не так?
Чем его сиятельству не понравились безобидные проезжающие?
Хотя Лорт уже знал ответ, сам таким грешил. У одного лента на тулье шляпы чуть сбилась, и стала видна не сама гаррота, а что она – есть. Характерный такой круг.
И двигались они как люди, которые привыкли под одеждой носить оружие, да побольше…
А еще – пустой постоялый двор.
Сбор урожая – мероприятие такое, к конкретной дате не приуроченное. В одной деревне его сразу после первых осенних дождей соберут, в другой малым не до заморозков продержат… у всех свое. И купцы начинают ездить по дорогам загодя.
Тут договорились, там договорились, на том же постоялом дворе и подождали, не самому ж зерноторговцу к крестьянину ехать, чай, не дворянин. И лошадь запряжет, и мешки сам перекидает.
А тут – тихо?
Разум графа Лорта, привыкшего сопоставлять и искать везде крысу, работал с удвоенной быстротой.
Как могли устроить здесь засаду – на него? А что на него, это уже понятно, не по купцам такие хищники работают, вон как старший кружку держит, как двигается, словно плывет. И мышцы волнами ходят…
Так как?
А просто. В его отряде есть «крыса».
Он ведь не тем же днем поехал, он попросил начальника гарнизона подобрать ему четверых ребят, а сам как раз по делам метнулся, к той шлюхе…
А вот кто?
Все?
Это вряд ли, могли бы сразу прирезать, да и закопать где поглубже, а потом сговориться и петь, что прикажут. Кто тогда?
Риффи? Шенс? Беран? Сидал? Кто? К кому не поворачиваться спиной?