Во славу короля!

Если говорить просто о послах, то выбирают самого изворотливого и повадливого на пакости. Пусть соседям вредит, если иначе жить не сможет. Приедет, нашпионит…
Это постоянное посольство, которое каждый приличный король послать к соседу обязан. В Лавери есть посольство Уэльстера, в Кардине – посольство Ативерны. Это одно.
А вот такое…
Это не ради сватовства. Это забрать невесту.
Все уже сговорено, ничего не нужно подписывать, никаких союзов заключать не требуется. И как формируют такое посольство?
Первым делом – доверенное лицо короля. В данном случае – Джерисон, граф Иртон. Тут его величество убивал нескольких зайцев. И выражал свое доверие Гардвейгу, и показывал, что зла не держат, а то с этим отравлением получилось, как с серебряными ложками.
Вроде и не воровал никто, но шептались, и шепчутся…
Граф, не герцог?
Ничего страшного, зато племянник его величества. Это намного ценнее. Да и Гардвейг оценит.
Значит, как подбираем остальных?
Перво-наперво, нужен заместитель. Человек солидный, в возрасте, не годящийся на главные роли, но безусловно всеми уважаемый. Так попал в посольство граф Ройвель. А на всякий случай и граф Элонт, если Ройвеля не хватит.
И тот, кто сможет посвятить юную принцессу во все хитросплетения интриг и дворцовых отношений в Лавери. Есть у Гардвейга свои шпионы, и что-то они расскажут Марии. Но все равно – столько не нашпионишь.
Безусловно, Лилиан Иртон готова помочь. Но если б она много знала? Ее отродясь сплетни не интересовали, да и некогда было. Производство бы наладить!
А потому – супруги и дочери графов Ройвель и Элонт. Граф Элонт и выбран-то был исключительно за качества его супруги. Графиня Элонт, пухленькая особа лет сорока, была заядлой и неумолимой сплетницей. Только, в отличие от той же Алисии Уикской, очень доброжелательной. Не злой. Просто – язык без костей.
Такая и про Иуду скажет: «вот, бедный мальчик страшно оступился. Но хотел-то как лучше!»
А еще в посольство входит молодежь.
И принцессе будет легче среди… ну, почти сверстников. Ей тринадцать, им от пятнадцати до двадцати, самый тот возраст поездить по другим странам, себя показать, супругов приглядеть.
Вторые-третьи сыновья, вторые-третьи дочери.
Вот четыре таких дочери, одна из них – третья дочь графини Элонт, Люсилла, и ехали при графине Ройвель, которая была фрейлиной покойной королевы Джессимин, и теперь дрессировала молодняк.
С другой стороны…
Чем плохо для девчонок оказаться при дворе?
Подружатся с принцессой, найдут общий язык, та им поможет замуж выйти, если приданого не даст, так мужу протекцию окажет.
Не просто ж так стремятся ко двору?
Это место, где принимаются решения. А тот, кто владеет информацией – владеет миром. Это было в средние века, это было на заре времен, и когда человечество полетит в космос, ничего не поменяется.
Только вот дорого это все обходится.
Содержать ребенка при дворе, это как отправить его учиться в Нью-Йоркский университет. Или в колледж Харви Мад, к примеру. Да, образование, перспективы, знакомства, но ведь шестьдесят тысяч в год! А то и побольше. И это не считая остальных расходов.
Выход прост – работа.
Фрейлины принцессы – придворная должность. Если удержаться на ней, то содержание девушки будет обходиться не так дорого, а информация-связи-дружба-любовь все равно в перспективе.
Вот и интригуют семьи, и держатся зубами за должность девушки.
Лиля уже предвидела проблемы с молодняком.
И у каждого по карете. И по нескольку телег. Личные слуги, лошади, собаки и собачки. Да, именно так, в зависимости от размера. Дамские собачки, вариант для ношения на ручках, тут тоже есть. И все это стадо, простите за оскорбление несчастных коров, орет, визжит, выражает свое согласие или несогласие, нескольких дворян Лиля видела с музыкальными инструментами… ой, жуть жуткая!
А еще есть гвардейцы, которые охраняют весь этот балаган.
Только увидев всю процессию, Лиля прониклась глубоким уважением к средневековым монархам. Те переезжали по нескольку раз в год. И ведь оно не лучше выглядело, факт!
Как вообще можно на такое решаться добровольно? Ужас!
Нет.
УЖАС!
Но кто спрашивал ее мнение?
Лиля поклялась, что в следующий раз ни за что. И никогда. И вообще…
Честное слово, она что в Иртон, что из Иртона ехала куда как спокойнее. Потому что были вирмане, которые решали проблему просто. Топором по хребтине. Древком топора, если быть точным. И мигом доходило до всех и каждого!
Топоры – они вообще такие, разъяснительные…
А еще – было единоначалие. Что помогало лучше топора.
Все прекрасно знали, что графиня Иртон – главная, ее слово закон, а кому непонятно – см. выше. О топорах.
А тут что?
Джерисон, конечно, граф, и главный в посольстве, но…
Ох уж это гадкое «но»! Вечно вылезет оно…
Граф Ройвель малым не вдвое старше. И требует уважения.
У графа Элонт родословная длиннее. И тоже требует уважения.
А у молодежи просто мозгов недобор. Они уважения не требуют, но границ между «хочу» и «сделаю» у них просто нет.
Захотел – сделал.
А чем это чревато, что из этого получится… это пусть главный думает, у него голова большая.
Слушать?
Да слушают-то они слушают, уши есть! Только не слушаются! И не собираются! Вообще! И это – меньшая из проблем. А ведь есть еще и другая, тоже не слишком приятная.
Джерисон Иртон – неглуп, и ему можно доверять. Но…
Переиграл он с образом шалопая. И с Анелией вляпался. И с Лилиан, невольно, но крупно.
Для него это посольство – шанс вернуть свою репутацию, показать всему свету, что король не просто так ему доверяет, что ему и можно и нужно верить, что он и не с таким справится.
С трех попыток угадайте, когда все идет вкривь и вкось?
В этом мире не было некоего Мерфи, и закона Мерфи тоже не было. Но Лилиан его прекрасно знала.
Если что-то сможет пойти наперекосяк, оно так и пойдет. С громадным удовольствием.
Вопрос. Она сможет что-то изменить?
Ответ прост. Она постарается. И помочь мужу, и поддержать его, и исправить, что сможет. Все же многое она и сама наворотила, не зная, чего ждать от супруга. А Джес – средневековый граф, которого не устроит образ подкаблучника. Никогда.
Ни в чьих глазах.
Что ж, сама запутала, сама и распутывать будет.