Пять невест и одна демоница

– Нет!
– Почему?
– Это опасно, – Ксандр сцепил руки за спиной. – Ты Архаг и… и тебя почуют. Она обрадуется. Тьма. И твари её. И… мы давно живем спокойно. Легионы, конечно, дремлют и восстанут по слову твоему, но сам знаешь, что от них осталась едва ли четверть.
Ричард подавил вздох.
Верно.
И надо бы заняться. Он давно собирался, но…
– Химеры измельчали и свирепости поутратили.
– Иначе им было бы сложно ужиться с людьми. Ты знаешь.
– Знаю. Это была моя идея, в конце-то концов, но… лошадей и тех мало. Случись что, их даже на один легион с трудом хватит. Нет, Ричи, нельзя. Тебе нельзя.
– А кому можно?
– Не знаю… может, кого из охотников послать? – Ксандр сделал вид, что размышляет, хотя Ричард готов был поклясться, что над этой проблемой он думал давно.
Очень давно.
Но почему бы не поддержать игру.
– Охотник погибнет. Скорее всего. А то и вляпается в остаточное пятно, и оно нам надо, новую тварь выискивать?
– Можно отряд.
– Отряд новых тварей выловить будет сложнее.
Ксандр хмыкнул.
– Говори уже, – Ричард опустился в кресло. В этой части библиотеки кресла были на диво неудобными, словно намекали, что не стоит задерживаться в хранилище, что не предназначено оно для душевных бесед.
– Орден.
– Что?
– Орден Света. Паладины.
– Ты… в своем уме?
– Нет. То есть, да, в своем. Послушай. Это, конечно, звучит довольно бредово. Но с другой стороны они же заявляют, что борются со злом. Вот пусть себе едут и борются.
– Они, между прочим, тебя злом считают. И меня, – заметил Ричард и подумал, что только кромешной ночью в голову могут забрести настолько странные идеи. И главное, не просто забрести, а показаться вдруг на удивление логичными, даже правильными.
– Это они просто нормального зла не видели, – Ксандр занял второе кресло, где лежала мягонькая подушечка, расшитая лилиями. Стало быть, давно в хранилище ошивается, вон, и подушкой озаботился, что весьма актуально.
Ричард и сам не отказался бы. Кресла в библиотеке стояли жесткие.
– Думаешь, мы им покажем нормальное зло и они усовестятся?
– На это я бы не рассчитывал. С совестью у людей отношения сложные. Но вот попробовать…
– Они меня убить пытались, между прочим.
– Но не убили же!
– И тебя.
– И меня не убили, – Ксандр раздражал своей умиротворенностью. – Сам посуди. Во-первых, они живые. Во-вторых, рыцари, а стало быть, чему-то их там да учат.
– С нами бороться.
– В-третьих, глядишь, и решим… наши неразрешимые противоречия. Надежные люди говорят, что и им в последние годы несладко приходится. Зла-то, почитай, не осталось.
– Такое возможно?
– Ну… как сказать? Люди по-прежнему пакостят. Убивают, грабят, насилуют. Мошенники опять же. Но с этим обычная стража справляется. А вот порождения тьмы – это редкая редкость. Дошло до того, что многие в них и не верят.
Подобное было сложно представить.
– Скажу больше, – Ксандр кривовато усмехнулся. – Многие и в тебя не верят.
– Да?!
Это… это как вообще?
– Точнее верят, что ты существуешь, но… как бы это выразиться… просто как правитель. Обыкновенный.
Ричард подумал и решил, что, возможно, это и неплохо.
– А вот Легионы Смерти – это так, досужая выдумка. И химеры. И врата. Прорывы. Демоны. Времена ныне настали очень уж просвещённые. Кто поверит в демонов?
Тот, кто сталкивался с ними.
Ричарду опять не к месту вспомнилась одна весьма конкретная демоница, которая, как он надеялся, спала. И… и воображение тотчас нарисовало её, спящую, в этой вот короткой маечке, которая пусть и не из шелка, и кружев лишена, но… но уши опять загорелись.
– Поэтому, думаю, и откликнутся на твое предложение охотно. В конце концов, может, оно и к лучшему. Нам давно пора было повернуться лицом к миру.
– А мы чем повернуты были?
– Сам придумай, – огрызнулся Ксандр. – А что до паладинов, то я серьезно. Напиши им.
– И что мне им написать?
– Ну… понятия не имею. В невесты, конечно, магистра не пригласишь, – Ксандр хмыкнул, явно представив что-то свое, наверняка, непристойное. – Но говорят, что, в отличие от предыдущего, человек он здравый и не особо фанатичный.
Это… успокаивало. Хотя не особо.
– Пригласи его.
– Вот так просто?
– Можешь, сложно, но… повод есть. Пусть явится. У тебя вон люди съедутся. Принцессы. С ними компаньонки, подруги, служанки. Сопровождение опять же.
Ричарду подурнело.
– Так что одним человеком больше, одним меньше… а людям понравится.
В этом Ричард очень сомневался. Ему-то казалось, что смерть жениха в преддверии свадьбы – не то, что может понравиться невесте.
Хотя…
– Напишу, – пообещал он. – Завтра.
____________________________________________
* На основе реального объявления из «Брачной газеты»
    
Глава 16 
 Где повествуется о теплой встрече родственной, тайнах и заговорах коварных
«Молва глаголит, что стать чернокнижником способен каждый, ежели лишь отринет он благословение светлых богов и душу свою отдаст тьме. Истина же в том, что постижение любых наук магических, будь то светлых или темных, требует дара. А потому человеку, его лишенному, не способны повредить ни погосты, ни черные коты, ни иные, самые верные, тьмы приметы. И путь к ней вовсе не так прост, но, к сожалению, не так и сложен, ибо решение, ступить ли на него, лежит на самом человеке»
«Размышления о сути силы и её применении» за авторством Тадеуша Липника, философа и мага, писанные в год 1734 от великого исхода.
 
Братец определенно стал старше. Прибавил в росте и плечах, но вот взгляд остался прежним – лихим, слегка придурковатым. Мудрославу он встретил, сгреб, сдавил в объятьях и за щеку ущипнул, отчего появилось стойкое желание отвесить братцу пинка.
Потом.
Позже.
Сейчас-то все смотрят, стоит боярство, шубами друг перед другом хвастается, у кого мех гуще, у кого шелк глаже, у кого каменьев больше. Рядятся, кивают важно, мол, так оно и должно быть.
Прав государь.
– А ты отощала, – сказал братец громко, и свита его ближняя, что стала в углу палат парадных подхватило сказанное слово, склоняя его на все лады.