Пять невест и одна демоница

«Наставления мужчине или о том, как сохранить разум и волю, а тако же заключить брак полезный с женщиною благочестивой», писанные ректором Закхаремской академии философии и познания мира, магистром света и сущего Тадеушем Арвельским.
 
Письмо мы писали долго.
То есть как, мы… сперва подали стол. Вот так вот взяли и подали. Ну да, в самом-то деле, не самому же Повелителю к столу идти, когда подать можно.
Стол был…
Был. Стол.
Такой от массивненький. Я ногтиком поскребла, убеждаясь, что не ДСП, а самое настоящее дерево. Дуб? Ясень? Ничего в древесине не понимаю, но эта, темная с красноватым отливом смотрелась роскошно. Роскоши добавляло золочение.
И размеры.
Такие вот… в общем, на столе уместилась огромная гора, с виду серебряная, украшенная махонькими домиками и даже фигурками, что людей, что чудовищ. Рядом с горой нашлось место коробке, в которой обнаружился песок, и еще одной, с ровными плотными листами бумаги.
Темные палочки, пахнущие медом. Я долго их обнюхивала, пытаясь понять, зачем они нужны.
– Это сургуч, – пояснил Ксандр, который наблюдал за мной с интересом естествоиспытателя, причем не натуралиста, а такого, который с удовольствием и за скальпель возьмется.
Сургуч.
Чернила.
Перья хотя бы стальные. Тончайшие кисти, чтобы смахивать песок. И общая обстановка торжественности. Правда, Темный Властелин отчего-то выглядел немного растерянным и даже смущенным.
Он сел.
За стол.
Стол поставили у окна, а еще воздвигли пару местных светильников, тех, что с тяжелыми бронзовыми ножками. Ну да, хорошее зрение и Властелину пригодится.
Стул принесли.
– Не проще было бы в кабинет пройти? – поинтересовалась я, глядя, как это все двигают, пытаясь создать более-менее жизнеспособную конструкцию. – В кабинете точно удобнее.
Ричард поглядел на Ксандра.
– Я как-то и не подумал…
Оглянулся на слуг, которые были столь услужливы и молчаливы, что я поневоле заподозрила неладное. Вон, стоят, ждут высочайших указаний.
– Они вообще живые? – шепотом поинтересовалась я у Ксандра.
Кому, как не ему, знать правду.
– Вообще нет, – шепотом ответил он.
Стало ли мне страшно? На мгновенье. Потом я вспомнила, что я тут не просто так, а по высочайшему призыву, да и клятву мне приносили, и вообще я еще нужна. А что не живые, так… в том свои преимущества.
Наверное.
Знать бы еще, какие.
– Зомби, – я кивнула, сделав вид, что вовсе даже и не удивительно.
Хотя… после демона, призыва, нового мира и мертвого помощника неживые слуги и вправду не особо впечатляют.
– Не совсем, – Ксандр подвинул стул, который подвинулся с душераздирающим скрежетом. – Зомэби – суть неупокоенные.
– А разница?
Эти вон тоже упокоенными не выглядят.
– Зомэби – это одержимые, – Ричард опустился на краешек стула и поерзал. Растопырил локти. Прижал их, спохватившись, спину выпрямил и уставился на белый лист, словно именно он был во всем виноват.
В чем?
Кто его знает.
– В местах, где ткань мира истончается, происходят прорывы тьмы, и тогда создания её попадают в мир тварный. Самые примитивные из них способны просочиться и без явного прорыва. Но они бесплотны, к тому же сама суть нашего мира спешит избавиться от них. И потому, спеша защититься, они ищут вместилище. И часто таковыми становятся мертвые тела.
Вот тебе и лекция о местных реалиях.
– А живые?
Это я так, на всякий случай.
– Тоже возможно, но если создание тьмы сильно, а дух человека слаб.
– Или ослаблен, – уточнил Ксандр. – Чернокнижники порой нарочно ослабляют дух, чтобы вселить сущность.
– Зачем?
– Слуг делают. Сильных. Свирепых. Почти неуязвимых, – Ричард перебирал перья. – Гарольд Проклятый сотворил дюжину одержимых слуг. Для воплощения их он выбирал славных воинов, которых доводил до края пытками и лишениями, а в тела вселял подчиненные сущности.
Жуть какая. Нет, в самом деле жуть. И ведь главное, говорит-то он серьезно, а стало быть, все взаправду.
– Он собрал армию и пошел завоевывать города.
– И чем все закончилось?
– Его убили.
Логичненько, если подумать. И главное, чувствую, что за дело.
– Никола Благословенный, – уточнил Ричард в превеликой задумчивости. – Ему удалось раздобыть частицу светлого бога, и чары разрушились, слуги пали, а сам чернокнижник скончался в муках. Потом еще орден основали. Николы Благословенного. С чернокнижием бороться. И вообще со всякой скверной. Или с тем, что скверной считают.
– С тобой?
Ричард вздохнул.
– Пытались? – мне даже стало жаль парня.
Немного.
– Каждый год, считай, паладины приходят… и ладно, если просто на бой вызовут, – пожаловался Темный властелин, покусывая палочку, на которую насадил железное перо. – Там-то просто, дал по голове и все. Но нет, в последнее время так и норовят подлость учинить какую. Писать-то что?
– Ну… – я задумалась.
Курс деловой переписки я тоже проходила, правда, сетевой и двухдневный, и что-то там даже писала, но главное, что запомнила я немного.
– Сначала нужно поздороваться, – я загнула палец. – Вежливо. Пожелать чего-нибудь хорошего. И главное, по имени.
– И титул не забудь, – Ксандр встал за спиной властелина, скрестивши руки на груди, этаким памятником изящной словесности. – Помнишь титулы?
– Помню, – Ричард издал совсем уж тяжкий вздох. – Забудешь тут…
– Потом изложить суть вопроса, – продолжила я делиться знанием. – Ну и попрощаться. Пожелать чего-нибудь… такого вот. Хорошего.
Ксандр сдавленно хрюкнул.
Нет, точно хрюкнул! Сама слышала. И главное, тут же сделал вид, что это не он. Точно не он. Как может человек, столь благородный, хрюкать?
– Ну и подписаться, конечно, – добавила я. – Ничего сложного. Только попробуй быть убедительным. Так, чтобы приехали…
С титулованием разобрались быстро.
Ну а дальше… дальше начались сложности.
В формулировках.
Нет, я понимаю, что «придем с огнем и мечом» звучит донельзя убедительно, но речь-то не о завоевании. Нам невеста нужна, а не скандал дипломатический.
Спорили мы…
Спорили.
Писали.
Переписывали. И снова переписывали. Точнее переписывал Ричард, отправляя мятые комки бумаги под стол, а спорил большей частью Ксандр, причем умудрялся делать это так, что хотелось схватить серебряную гору со всеми деревеньками и человечками да обрушить на упрямую его голову.