Пять невест и одна демоница

– Их запивают кровью врагов, – уточнил Ксандр.
Так, между словом.
– Нет, все одно компотик лучше. И сахарку туда добавьте.
– Чего?
– Сахару… – она задумалась, сморщив лоб. – Ну или меду. Мед-то у вас имеется?
– Имеется, – Ксандр сцепил тонкие свои пальцы. – Что же касается вашего любопытства, то здесь все просто. Пришел срок.
– Жениться?
– Именно.
– А у вас тут по сроку женятся? – поинтересовалась демоница и любопытство её было вполне искренним. И повторила. – Мне просто, чтобы понять.
– Ричард – последний представитель славного рода Повелителей Тьмы, – Ксандр говорил, не сводя с Ричарда взгляда, за что стало неудобно. Настолько, что кусок мяса соскользнул с вилки, чтобы упасть на пол. Ричард поспешно воткнул её в другой, а тот, упавший, запихнул под стол. Вдруг да не заметят. Или хотя бы демоница не заметит. – И смерть его обернется величайшей трагедией для всех окрестных земель.
Ксандр поднялся и заложил руки за спину.
– В незапамятные времена предки Ричарда совершили почти невозможное. Они выступили против самого Мардуха, великого и ужасного. Вырвавшись на свободу, тот шествовал, разоряя земли. И лилась кровь. И смерть спустилась с небес.
– Хаос и разрушения, – пробормотала демоница.
– Именно. И тогда-то великие некроманты семьи, что правила миром, объединились. Повергли они семерых ужасных дочерей Мардуха. Изгнали в мир Хаоса демонов войны. А самого малого бога заточили.
– Сурово, – демоница огляделась, явно высматривая, что бы еще съесть.
– Он погружен в сон и скован многими заклятьями. И будет сон этот длиться вечность, если, конечно, останутся в мире подлунном те, кто сказал первое слово. Если же исчезнет кровь, то цепи спадут, а Мардух вернется.
На этом моменте Ричард, как обычно, ощутил укол стыда.
– Тогда… как получилось так, что он один остался? – поинтересовалась демоница, глядя так пристально, что стало совсем уж неудобно. – Ну, если так было нужно, то неужели не стоило бы озаботится… там гарем завести или еще чего?
– До недавних пор род Повелителей тьмы был велик, – признался Ричард. – У моего деда было четверо братьев, а у отца – трое.
– И куда все подевались?
– Эвер, это брат моего деда, погиб в битве с демонами. И Навер, его брат, они в один день рождены были, не сумел оправиться от потери. Он пытался призвать дух, однако сам был пожран бездной.
– И детей они не оставили.
– Он принес их в жертву, пытаясь призвать дух брата. И своих, и его… – Ричард вздохнул. – Нашияр же, младший в роду, решил, что мой дед ослабел и попытался его убить. Он объединился с Кафиром, средним братом, устроил заговор и был казнен. То есть обоих казнили. То есть, не совсем, чтобы казнили. Дед пытался захватить замок, и когда стало ясно, что Легионы Смерти вот-вот ворвутся, Нашияр призвал тьму и упокоил всех, кто был в замке.
– Мда, сложно у вас тут…
– Дед говорил, что потерял половину Легиона, да и тьму там до сих пор не вывели, – Ричард почесал вилкой кончик носа, а потом спохватился: что о нем демоница подумает?
И вздохнул.
Покосился на Ксандра, который с презадумчивым видом любовался стеной. Точнее барельефом, её украшавшим. Барельеф изображал сражение с Мардухом и изобиловал деталями, по задумке создателя, должными в полной мере отразить всю чудовищную жестокость Темного.
Деталей было много.
И к исполнению художник подошел с большим знанием дела. Был он довольно талантлив… в общем, у Ричарда никогда-то не получалось смотреть на сие творение без легкой тошноты.
А вот Ксандру нравилось.
Говорил, что напоминает о бренности бытия.
– И стало быть, ты должен жениться, – демоница тоже уставилась на барельеф с видом презадумчивым. Светлые глаза её подернулись поволокой, верно, творение Безумного Арраха напомнило демонице о доме.
– Да.
– Понятно. То есть не совсем чтобы, но… демона-то для этого вызывать зачем?!
– Вот и мне интересно, – пробормотал Ксандр и щелкнул пальцами, чтобы подавали десерт.
– Дело в том… в общем… – Ричард понял, что понятия не имеет, как выразить все то, что он чувствует. А ведь готовился. Речь написал.
В четырех вариантах.
Ни один, правда, не нравился, но это же мелочи.
– Выбрать надо, – выдавил он, наконец, под насмешливым взглядом Ксандра и печальным – демоницы.
В мире Хаоса слабых не любят.
А он как раз-то слаб.
– А есть из кого?
Ричард кивнул.
– Уже хорошо, – демоница подвинула к себе блюдо с медовой слойкой и старательно обнюхала её со всех сторон, после чего с явным сожалением отодвинула. – Рассказывайте тогда.
– Понимаешь. Понимаете, – Ричард все-таки не удержался, встал. Была у него дурная привычка расхаживать. С детства еще. Как-то… и думалось легче, что ли?
Вот и сейчас в голове прояснилось.
А что смотрят, так… так он все-таки Повелитель Тьмы и хозяин Замка! Имеет право расхаживать. Даже в столовой.
Именно.
Окончательно ободрившись, он принялся излагать:
– Я бы хотел взять в жены девицу, которая бы происходила из древнего рода, – он загнул палец.
– Породу улучшить?
– Скорее сохранить, – процедил сквозь зубы Ксандр. – Представители старых родов несут в себе силу, и этой силы хватит, чтобы выносить и родить дитя.
– Именно, – кивнул Ричард. – Моя мать… она была не из древнего рода. Дочь купца…
– Если еще купца.
– Не важно! – Ричард резко остановился и глянул на Ксандра с недовольством.
– Отчего же? – Ксандр это недовольство проигнорировал. Впрочем, как всегда. – Она с трудом родила одного живого ребенка. Прочие же уходили сразу после рождения. А это… не то, что нам нужно.
– Что же вам нужно? – в голосе демоницы почудилось раздражение.
– Женщина, способная родить трех-четырех сыновей.
– А дочери?
– В нашем роду появляются только мальчики, – сказал Ричард. – Но если и дочери, то…
– Найдем, куда использовать.
– Надо же… – демоница вновь повернулась к барельефу. – Стало быть, древнего рода, с…
– Силой?
– Именно. И крепкая физически. Чтобы родить. Еще что?
Ричард подумал и сказал:
– Да, наверное, это главное. Остальное – как получится…
 
Глядя на барельеф, украшавший стену, я окончательно убедилась, что попала в мир иной. В моем родном мозгу, известном мне до последней извилины, просто не могло существовать подобных кошмаров. И главное, до чего художественных!