И останется только пепел

Нита знала, что должна сделать.
Она сжала челюсти, гнев из-за предательства Фабрисио вспыхнул в ней с новой силой, и она позволила ему взять бутылку.
Он сделал глоток и нахмурился, облизнув губы.
Нита и забыла, что вкус может показаться странным. Она откашлялась и попыталась отвлечь его:
– Так почему ты не хочешь вернуться в Аргентину?
Фабрисио пожал плечами и отвернулся.
– Просто не заинтересован в продолжении семейного бизнеса.
Затем он сделал большой глоток сока.
Улыбка Ниты стала еще шире. Попался.
– Аргентина – это не только ваш семейный бизнес, – улыбнулась девушка, пытаясь заставить Фабрисио чувствовать себя максимально неуютно. – Насколько я знаю, офис есть только в Буэнос-Айресе, верно? Но Аргентина – это нечто большее, чем один город.
Фабрисио неловко отпил еще один глоток, явно стараясь уклониться от ответа.
– Я просто не хочу возвращаться.
Он продолжал пить сок, чтобы избежать неприятного разговора, а Нита воздавала должное еде. Пока Фабрисио пил, его взгляд сосредоточился на чем-то далеком, существовавшем только в его воспоминаниях. Однако о чем бы он ни думал, это что-то явно было ему не по душе.
Закончив трапезу, Нита встала и потянулась.
– Я пойду к себе.
Он моргнул и опустил голову. Пустая бутылка выскользнула из его пальцев и ударилась о столешницу.
– Пожалуй, я тоже. Устал что-то.
Фабрисио, пошатнувшись, встал и пошел вместе с ней к коридору. Пока они шли, Нита украдкой поглядывала на него. Его зрачки начали расширяться, а дыхание стало сбивчивым.
Они достигли его комнаты – белой двери среди многих таких же. Он прислонился к двери, часто моргая.
– Мне нехорошо.
Нита открыла дверь.
– Давай я помогу тебе лечь в постель.
Она взяла его за руку и втащила внутрь. Он споткнулся и чуть не повалил их обоих на пол, но Нита крепко держала его за руку и тянула за собой.
Она отпустила его, когда они подошли к кровати, и Фабрисио со стоном рухнул на нее.
– Мне кажется, что-то не так. – Его слова прозвучали не совсем внятно. – Мне нужен врач.
Нита осмотрела его комнату в поисках видеокамер и, удовлетворившись увиденным, склонилась над Фабрисио и положила руку ему на лоб. Он был липким от пота.
Фабрисио рассеянно уставился на нее.
– Нита, ты позовешь кого-нибудь?
– Нет, думаю, я не стану этого делать, – прошептала Нита.
Он нахмурился.
– Что?
Она убрала руку с его лба и наклонилась еще ниже, чтобы шепнуть:
– Я знаю, что ты сделал, Фабрисио.
Его рот открывался и закрывался.
– О чем ты?
– Я знаю, это ты продал меня на черный рынок.
Он замотал головой, его глаза широко распахнулись. Без сомнений, он был прекрасным актером.
– Это не я! – прошипел он. – Я просто не мог! Я был в автобусе, на пути в МПДСС.
– Ага. А во время поездки ты написал своим знакомым на черном рынке. Ты отправил им мои фотографии.
– У меня нет знакомых на черном рынке!
Нита закатила глаза.
– Ну конечно, нет, Фабрисио Такунан.
Он поморщился и отвел взгляд. Нита скрестила руки на груди.
– Ладно. Хорошо, у меня есть знакомые. Но я не стал бы продавать тебя им. Ты спасла мне жизнь. Зачем, ради всего святого, мне поступать с тобой так?
– Как раз об этом я и хотела тебя спросить.
– Я не делал этого, Нита, – покачал он головой. – С чего ты вообще взяла, что это я?
– Давай покончим с этим дерьмом, Фабрисио. У меня есть сообщения, которые ты отправил Рейес. Я могу показать их тебе. – Нита достала телефон.
Она склонила голову и отметила его еще более рассеянный взгляд и трясущиеся руки.
– Впрочем, это пустая трата времени. А его у тебя осталось немного.
– Я не…
Он попытался встать, и Нита отступила. Однако он не смог даже перевернуться.
– Что ты сделала?
– То, что должна была позволить сделать своей матери. – Слова будто скребли ей горло: она пыталась стереть из памяти его крики, когда мать отрезала ему ухо. – Твое спасение было единственным хорошим поступком в моей жизни, и я поплатилась за эту доброту кровью и ужасом. Я хорошо усвоила урок. Такого не повторится.
Фабрисио сделал рывок вперед, пытаясь дотянуться до нее.
– Нита, пожалуйста! Мне жаль, что тебе пришлось столько пережить, поверь мне, я понимаю, каково это.
– О, я уверена, что понимаешь. Но это лишь усугубляет твое положение.
– Нита, клянусь! Это не то, о чем ты думаешь! – Слезы текли по его лицу.
– Ой ли? Тогда что же это? Расскажи мне.
Он лишь молча покачал головой; его тело била дрожь то ли от яда, то ли от страха, а может, еще от чего – Нита не знала.
– Ты лжец, Фабрисио. Лучший из всех, с кем мне довелось повстречаться. – Она повернулась, чтобы уйти. – Но на этот раз ты предал не того человека.
Фабрисио закричал, когда Нита направилась к двери, послышался грохот – он упал с кровати и пытался ползти за ней, сотрясаясь от дрожи.
– Нита, пожалуйста, подожди. Я все могу объяснить.
Она уже стояла у выхода и на секунду оглянулась. Фабрисио явно задыхался, каштановые волосы его беспорядочно спутались. Он протянул руку, будто желая ухватить ее за лодыжку, но она была слишком далеко.
– Я спасла твою жизнь. Логично, что я могу ее и забрать, – сказала Нита, выключая свет.
– Нита! – выдохнул он в темноту.
– Прощай, Фабрисио.
Она вышла из комнаты и закрыла за собой дверь.
 
Глава 5
Несколько часов спустя Нита вылезла из постели, чтобы успеть на свой рейс. Она ни минуты не спала. Лежала в кровати, уставившись в потолок, представляя, как Фабрисио медленно умирает в своей комнате, тихо всхлипывая, – галлюциногенные свойства растения потихоньку отключали рассудок, а органы в теле медленно переставали функционировать один за другим.
«Убийца, – прошипел внутренний голос. – Ты убивала на черном рынке, чтобы выжить. Но это лишь мелочная месть».
– Нет, – прошептала она в ответ. – Это превентивная самооборона. Однажды Фабрисио меня уже продал. Он мог сделать это снова.
Но ее разум все равно не находил покоя. В какой-то момент Нита даже поднялась, чтобы отправиться к Фабрисио. Посмотреть, мертв ли он, позвать на помощь или что-то еще – она пока не придумала, что именно. Но если он выживет, то расскажет МПДСС о покушении, и эта мысль удерживала ее от выхода из комнаты.