И останется только пепел

И в следующий раз жертвы, вероятно, не окажутся достаточно умными, чтобы откусить язык и покончить с собой. Ните очень не хотелось увидеть результат забав Ковита с теркой для сыра.
Нита потерла руками лицо. Она как раз и должна быть такой опасной, настолько опасной, чтобы ее боялся весь черный рынок. Как она сможет внушать ужас, если будет психовать каждый раз, когда Ковит возьмет в руки терку для сыра?
Нита вздохнула и на несколько мгновений закрыла глаза; мысли блуждали по кругу.
Дверь приоткрылась, и вошел Ковит. Нита быстро села, осматривая его на предмет повреждений. Его глаза выглядели уставшими, сияние кожи, появляющееся после пыток, исчезло. Это делало его похожим на невыспавшегося мальчишку. Но повреждений у него, похоже, не было. Плечи Ниты расслабились, и она выдохнула:
– Ты в порядке.
Его взгляд был измученным, но, заключая Ниту в объятия, улыбался он с облегчением.
– Это мне стоит спросить тебя об этом. За тобой же гнались с пистолетами.
– Я умею излечивать огнестрельные ранения. Все в порядке.
– Тебя подстрелили? – Его взгляд скользнул по ее телу, и Нита сглотнула.
– Нет. Я в порядке.
Он улыбнулся, мягко и радостно.
– Я рад.
Сердце екнуло, и она отвела взгляд.
Ковит опустился на противоположную сторону кровати. Нита вскрикнула, перекатившись на его сторону, когда баланс на кровати нарушился.
– Так сильно скучала по мне? – рассмеялся он.
Она села, закатив глаза, а потом спросила:
– Что-то еще произошло после того, как я убежала?
– Нет. – Он нахмурился и пригладил волосы. – Почему ты спрашиваешь? Должно было?
Нита открыла рот, а затем закрыла, не зная, с чего начать.
– Расскажи мне, что ты знаешь о «Законе Такунана», – наконец сказала она.
То, в каком ключе Голд говорила о семейной компании Фабрисио, заставило Ниту забеспокоиться. Как будто их заказ уже можно было считать выполненным. Как будто ничто не могло изменить судьбу, исход которой предрешил «Закон Такунана».
– Мне известно не так уж много. – Ковит задумался и затем продолжил: – Я всего лишь знаю, что она гарантирует монстрам отсутствие проблем с законами. Оффшорные счета. Юридические махинации. Подлоги в расследованиях. Молчание случайных свидетелей. Но в основном денежные вопросы. Деньги могут рассказать множество историй, и следы денежных махинаций влиятельных людей могут их уничтожить. «Закон Такунана» – это что-то вроде Швейцарии, понимаешь? Никто не хочет воевать с ней, потому что весь мир хранит там свои деньги, в противном случае можно нажить себе кучу врагов. Никто не хочет их злить, потому что они могут слить компрометирующие финансовые сведения властям.
Это прозвучало так, что Ните не хотелось бы с ними связываться.
К сожалению, они сами с ней связались.
Фабрисио воспользовался репутацией отца, чтобы защитить себя и уничтожить Ниту. Если бы Ните как-то удалось разрушить эту репутацию… Нет. Украсть их репутацию для собственного использования.
Ковит сел рядом с ней.
– Нита.
– Да?
– Та женщина, которая гналась за тобой… – Он сложил руки ладонями вверх на коленях и посмотрел на них.
– Что с ней?
– Я ее знаю. – Он сглотнул и поймал ее взгляд. – Она из клана, на который я работал.
 
Глава 20
– Вот дерьмо, – это был единственный ответ, который Нита смогла придумать. – Она тебя видела?
– Не знаю. – Ковит запустил руки в волосы, сжал их в кулаки, а потом снова опустил. – Я не знаю.
– Черт.
Нита закрыла глаза. Все, что она слышала об этом клане, убеждало: крайне нежелательно, чтобы они узнали о присутствии Ковита.
Ковит тяжело вздохнул.
– Они и представить не могут, что мы работаем вместе.
– Не могут, – согласилась Нита.
Но, если бы они узнали, что он здесь, им было бы чертовски приятно убить двух зайцев одним выстрелом в одном городе.
– Расскажи мне о Голд. С кем мы имеем дело?
– Мэриголд – дочь главы семьи, – поморщился он. – Ты же помнишь историю о вампире, которого вытащили на солнечный свет из одной только ненависти к вампирам как таковым? Так вот, это сделала она. Голд. У нее есть определенная репутация.
Нита нахмурилась. Нехорошо.
– У клана есть филиалы в разных городах, поэтому мы познакомились с ней только в прошлом году. Ее перевели в мой филиал, чтобы она научилась разбираться в делах вдали от отца.
– Вы, – Нита тщательно подбирала слова, – в хороших отношениях?
Ковит пожал плечами.
– Не совсем. Я ей не нравлюсь. И это не личное, если ты об этом. Она просто не любит занни.
– Ничего удивительного, – сухо ответила Нита.
Ковит закатил глаза.
– Еще бы, – вздохнул он. – Она дружила с Мэттом. Прежде чем семья решила убить его.
– Как она отнеслась к этому решению?
– Очень разозлилась. Но даже ее власти не хватило, чтобы спасти его. Только не после… – Ковит замолчал. – Ну, не после всего того, что случилось.
Нита приподняла брови.
– Голд меня не слишком сильно волнует, – признался Ковит, резко сменив тему разговора. – Меня больше беспокоит ее босс, глава моего отделения клана. Генри. Если он узнает, что я жив… – Ковит снова запустил руки в волосы. – Он попытался найти меня, ну, знаешь, через несколько дней после пожара на рынке. Будто бы как обычно написал мне письмо, чтобы спросить, как дела. Я чуть не ответил в первый раз, прежде чем сообразил: если напишу, он узнает, что я не погиб. Именно для этого он писал мне. Чтобы выяснить, выжил ли я. – Ковит взглянул на Ниту. – Разумеется, я не ответил ни на одно его письмо.
– Разумеется. – Нита помедлила. – Вы были близки?
– Да. – Его взгляд метнулся к ней, но потом он отвел его в сторону. – Он кормил меня. Взял на себя заботу обо мне. По сути, стал моим опекуном после смерти матери.
Нита сложила руки на коленях.
– Я так понимаю, ваши отношения закончились не очень хорошо.
– Да.
Ковит опять на мгновение замолчал.
– Именно он приказал мне истязать Мэтта. Я не согласился. Никогда раньше я не говорил ему нет, и он… – Ковит сглотнул, его ресницы затрепетали. – Он вышел из себя. Запер меня одного в комнате и сказал, что если я не съем того, кого он приказал, то не буду есть вообще.
– Классный парень, – фыркнула Нита.
Ковит резко и горько рассмеялся.