Путь к Свету
Отец удивился:
– Вот, с кого бери пример, сынок, а то знаешься с какими-то отбросами, вроде этого Алексеева…
– Гриша – не глуп, из него толк выйдет, если он постарается, – заметил я.
– Не знаю, что из него выйдет, но пока только вздор один… как и… – отец остановился и обернулся к гостю. – Знай, Миша, что в этом доме тебе всегда будут рады! Если что-то понадобится, смело обращайся ко мне…
Дверь отворилась, и появилась Аня.
– Андрей, мы тебя не ждали, – сказала она с мягкой улыбкой на губах.
– Аня, послушай, какую штуку выкинул мой сын сегодня, – проговорил отец. – Он упал в реку и едва не утонул. Его вытащил из воды этот молодой человек. Прошу любить и жаловать – Михаил.
Она просияла улыбкой и протянула гостю свою руку:
– Спасибо вам за Андрея. Вы поступили как настоящий мужчина!
– Аня, как там Леночка? – спросил отец.
– Только что заснула.
– Полдень, – объявил он, взглянув на часы. – Миша, я не отпущу тебя без обеда.
Горничная сходила в гастроном и накрыла стол. Отец принёс бутылочку коньяка тридцатилетней выдержки, подаренную ему каким-то уважаемым гостем на День рожденья. Он по-хозяйски разлил коньяк по рюмкам и произнёс тост:
– Михаил, за твоё здоровье! Было б побольше таких парней в России. Чтобы всякий раз, как мой сын будет тонуть, ты спасал бы его…
Я недоумённо качнул головой и подумал про себя: «Ты хочешь, чтобы я тонул, папа?» Смысл его слов мне открылся лишь многие годы спустя…
Отец расспросил гостя о его родителях. Папа Миши работал на заводе, где в советское время выпускали ракеты, а мама его была учительницей.
– Какое совпадение! Моя мама тоже работала в школе, но болезнь слишком рано отняла её у меня… – сказал я, и за столом повисло неловкое молчание. Я взглянул на отца и вспомнил, каким он был угрюмым после смерти матери. Аня помогла ему пережить ту чудовищную боль, которая способна довести до отчаяния. Он вновь обрёл смысл жизни, в дочке Леночке души не чаял и выглядел счастливым человеком. Я, наконец-то, осознал, сколь глупа была моя обида на него…
За столом зашёл разговор о причинах мирового финансового кризиса.
– Андрей, а ты об этом что думаешь? – спросил отец.
– О чём? – насторожился я.
– О кризисе, или ты не знаешь, что в мире происходит? Тебе это не интересно?
– Очень интересно! – усмехнулся я. – А думаю я вот что. Международные компании разместили в Китае свои производства, и эту страну кризис едва ли затронул. Мы слишком зависим от заграничных поставок. Проще закупать за рубежом, чем поднимать своё собственное хозяйство. Это политика, не устремлённая в будущее: она обречена на провал! Деревня загнивает, но упадок села начался ещё в советское время… Разруха в головах! Начинать надо с воспитания, – мы должны вырастить новую расу людей…
– Ты поосторожнее с такими словами – в Третьем рейхе тоже новую расу людей пытались вырастить. Всем известно, что из этого вышло! – мрачно сказал отец.
– Я говорил о другом. Впрочем, твоё замечание – уместно.
– Согласен, что сырьевая направленность экономики чревата последствиями. Падение цен на нефть стало причиной экономических трудностей накануне распада Союза…
– Распад Советского Союза, – возразил я, – явился следствием не экономических трудностей, а того, что всякой империи, основанной на насилии, рано или поздно приходит конец… Государство должно обладать рычагами воздействия на экономику и собственными производственными ресурсами. Но как найти золотую середину, грань между сильным государством и деспотизмом? Этот вопрос остаётся открытым… Думаю, никакие реформы не помогут, нам нужна революция, чтобы сломать одну систему и заменить её на другую…
– Ты, случайно, не вступил в компартию? – удивлённо усмехнулся отец.
– А ты не порвал ли с «Единой Россией»? – съязвил я. – Нет, я, по-прежнему, не стеснён рамками узкопартийных интересов. Партии приходят и уходят. Мне не нужна великая партия, мне нужна великая Россия! И я любой ценой достигну своей цели…
– Звучит зловеще, – недоуменно качнул головой отец. – Впрочем, мне нравится, что тебя посещают серьёзные мысли… Но ты не прав, если думаешь, что наше правительство ничего не делает, чтобы преодолеть последствия кризиса. Поддержку оказывают крупнейшим предприятиям, которые составляют костяк экономики страны; по-прежнему, работают социальные программы, национальные проекты, в том числе по материнскому капиталу. В последние годы мы добились заметных успехов, и в этом заслуга команды Путина и Медведева…
– Медведев – юрист-цивилист, – улыбнулся я, – но как политик – весьма слаб. Неслучайно, что его хорошо встречают на Западе! В августе восьмого я, было, стал уважать его: честно говоря, не думал, что он решится ввести войска в Грузию. Жаль, что кровь наших солдат и миротворцев пролилась напрасно! Из победы надо извлекать выгод по максимуму, тем более, если война была начата не нами! Политика компромиссов не приводит к долгосрочным результатам. Слишком много у чиновников власти… Нам нужен такой политик как Иосиф Сталин, который будет держать своих подчинённых в узде, погоняя кнутом и балуя пряником.
– Ты и впрямь говоришь как коммунист… Хочешь, чтобы страна была похожа на лагерь за колючей проволокой?
– Ты знаешь, папа, Солженицын, который написал «Архипелаг ГУЛАГ», задал вопрос: «Как нам обустроить Россию?», а Сталин ещё раньше ответил на него… Но ты не прав – я отнюдь не разделяю взгляды коммунистов; они стремятся к благополучию на Земле, но это всё равно, что искать чёрную кошку в тёмной комнате, особенно, если её там нет. Сломать систему способен политик уровня Петра Великого, решительный до безрассудства, как царь Иван, и с мужеством Дмитрия Донского. В наше время таких игроков на политической сцене просто нет! Путин осторожничает и, думаю, правильно делает – разозлить диких пчёл просто, но как усмирить поднявшийся улей? Грядёт пятая переломная эпоха, которая расставит всё по своим местам…
Отец задумался:
– Ты говоришь умные вещи, Андрей! Признаюсь, я удивлён…
***
Когда на кухню вбежала маленькая девочка, всё внимание переключилось на неё. В свои три года моя сестрёнка была кудрявым весёлым ребёнком с ямочками на щёчках. Алёнка бросилась к папе на руки и, как птичка, защебетала что-то тоненьким детским голоском. После обеда она привела меня в свою комнату, всё пространство которой было завалено игрушками.
«В моём детстве столько игрушек не было», – подумал я с ревностью, но тотчас пожалел о своих мыслях. Алёнка показывала мне своих кукол, Миша стоял в сторонке, но вдруг она поднесла ему большую куклу-малыша и сказала:
– Давай играть: ты будешь папа, я – мама…
Отказать маленькой девочке скромный парень просто не мог. Я глядел, как Миша играет с моей сестрёнкой, и он сам казался мне беззаботным и простодушным ребёнком…