Я тебя не предам
- На свою жизнь я не играю, - отрезал колдун.
- Да кому она нужна, - фыркнула Келли, - и бессмертие свое можешь себе оставить, уж как-нибудь не обеднеем.
Она прошла вперед, поставила ладони на стол, оперлась на них и резко наклонилась вперед, так, что агшер невольно отпрянул и чуть не полетел назад себя, вместе со стулом.
- Моя цена - все, что ты выиграл у Кота.
- Хочешь сама держать в руках нить его жизни? - пакостно улыбнулся брюнет. - В своих белых герцогских ручках? А что скажет он?
- Я не против, - негромко бросил Кот, - Она уже держала ее. Эти белые ручки вполне надежны.
- Ты поддерживаешь ставку? - брюнет так изогнул бровь, что показалось - она сейчас переломится.
Кот на него не взглянул. Серебряный старик смотрел на юную ведьму. Только на нее.
- Веришь мне? - мягко спросил он.
- Всецело, мой герцог - отозвалась Келли. Девушка сделала еще один шаг. Потом еще. Зашла за спину Кота. Положила ладони на его плечи и, ощутив знакомую сдержанную силу улыбнулась. Озноб пропал, тугой комок в груди разжался. - Ты играешь, красавчик?
- Женщины, - качнул головой агшер, - сами Темные Боги вас не поймут. Я же красивей. И моложе. И величайший маг в мире - что ж тебе не так, ведьма?
- А на клавикордах ты играешь? Двумя руками? Нет?!! - ведьме удалось заломить бровь еще резче.
Брюнет резко выпрямился.
- Моя ставка больше, - объявил он, - молодость, красота, магический дар и ключи от Соленой Двери - а против них всего лишь две головы?
- Сколько надо? - деловито поинтересовался Маркиз, - шесть - годится?
- Все?
- Обжору не спросишь, но его ответ мы и так знаем.
Агшер выглядел так, словно на него ненароком свалилось небо.
- Я не буду великодушен, - на всякий случай предупредил он, - я колдун, а не рыцарь.
- Я тоже, - кивнул Кот, - в смысле, тоже не буду великодушен.
Его люди стояли за его спиной. А Келли откровенно прижималась к плечам и голове и, казалось, ей дела не было до того, что голова его сияет не золотом, а чистым серебром. Или и впрямь не было? Кто этих женщин поймет, тот станет равен богам.
- Решим дело одним броском, - предложил Кот, - времени до заката не так, чтобы уж очень много. Бросай первым.
Агшер взял стаканчик левой рукой. Эшери знал эту примету. Считалось, что левая рука, как "рука сердца", ближе к богам. Шулеры тоже это знали, и специально тренировали левую на не совсем чистые броски.
Келли замерла, вцепившись тонкими пальцами в Кота.
Бросок...
- Дубль - сердце, - объявил Маркиз, - тебе везет, однако. Стены что ли ворожат?
Кот протянул руку. Келли следила за ней во все глаза и вдруг поняла - его рука не дрожит. Что-то творится здесь. Что-то странное. И никто, вот точно - никто не полагается тут на слепую удачу.
Совсем другая игра идет и правила ей неизвестны.
Эшери встряхнул стаканчик. Казалось, стук костей не может заглушить стук сердец.
- Год на поворот, честному - удача, - своим особенным, мягким голосом произнес он. И бесстрастно опрокинул стаканчик, глядя... нет, не на стол. В глаза соперника. И увидел в них ответ раньше, чем его объявил Маркиз:
- Дубль - роза, дубль - луна и сердце. Золотая Грань!!! Партия, агшер.
Обратно в подвал они почти бежали. Солнце из белого стало рыжим, а сейчас уже розовело, спускаясь в предгорья. Сонное царство вот-вот должно было очнуться.
Обжору и фиольского генерала тащили как рюкзаки, на закорках. Старик - агшер, снова старик, семенил сам, спотыкаясь на каждой ступеньке. Келли, широко ступая, шла за ним и сверлила спину злорадным взглядом.
Шагов Кота, замыкавшего строй, не было слышно. Как и положено всем котам, он передвигался совершенно бесшумно. Он умел это делать даже в кольчуге, а уж в легкой куртке - вообще не в труд.
- Зачем ты так с нами? - Кот раньше не верил, что можно говорить таким злым голосом и с таким счастливым лицом, - ты ведь знал, что выиграешь? Знал - да?! Что это было за заклинание?
- Год на поворот? - с улыбкой уточнил Эшери, - это не заклинание. Это просто такой подарок. От друга. Если прозвище Дубль-Луна вам о чем-нибудь скажет.
- Шулер, - мгновенно припомнил Маркиз, тяжело дыша, - самый великий шулер Аверсума. Он умудрился обыграть даже храм, а это дорогого стоит. Так что там было такое, если не заклинание?
- Подарок, - повторил Эшери, - ему он... скажем там, был не слишком нужен.
- Не слишком нужен подарок, позволяющий гарантированно выбросить самую сильную комбинацию? Шулеру? -изумился Маркиз, - извини - не верю.
- Беда в том, что этот фокус можно проделать только раз в год, - объяснил Эшери, - и при одном условии. Если весь год ты играл честно.
- Честно? В Журавля? - изумился теперь агшер, - извини, но такого просто не бывает.
- Да, но я-то почти не играю. Мне как-то совсем некогда, - Кот легко улыбнулся, - да и не по чину.
- Ты не ответил, - Келли на бегу коснулась руки, - зачем ты так рисковал?
Эшери промолчал. Ответил Маркиз.
- Надо же ему было что-то проиграть, для затравки. Так всегда делается.
- Но агшер мог бросить игру в любой момент! И ты остался бы стариком...
- Никто не бросает игру, пока выигрывает. Это закон, - Маркиз, кажется, и вовсе не переживал по поводу того, что жизнь его несколько мгновений стояла на кону.
"Да он всегда так жил! - сообразила вдруг Келли, - с самого рождения в "веселом доме".
Один за другим они нырнули в прохладный зев подвала.
- Куда? - деловито спросил старик, - имей в виду, есть два условия.
- Какие еще условия? - взвился Маркиз.
- Погоди, - оборвал его Кот, - говори, агшер.
- Во-первых, там должна быть большая соленая вода.
- Море?
- Залив вполне подойдет.
Эшери кивнул.
- Поместье Арнели в Руайе годится. Зеркало там есть. А второе условие?
- Я иду с вами! - старик выпалил это таким тоном, что сразу стало понятно - спорить бесполезно.
- Да я и не собирался, - засмеялся Кот, словно прочитал мысли, - мне просто интересно, с чего бы это вдруг. Скучно стало?
- Скучать, молодой человек, я разучился еще три тысячи лет назад. Иначе давно бы спятил, - огрызнулся агшер. - А дураком быть перестал еще раньше. Иначе не прожил бы столько.
- Понял, значит, - хмыкнул Кот. - Ну, молодец. А если еще язык за зубами удержишь - будешь богатым молодцом.