Небуляры

– Четвертый и девятый, сто процентов ,огонь! – послышалась команда Вокара из миража. «Арджуну» тряхнуло, но удар, снова бросивший Дана в кресло, показался ему пустяком. – Линдер, вторая пультовая, чего ждете? Высылайте ка…
Да они сейчас катер пришлют!
– Первый и второй деструкторы! Мощность сто процентов, угол ноль градусов! – заорал Дан, перекрывая звук локатора и стуча по сенсору, будто в закрытую дверь. Сдвоенный удар деструкторов заставил вздрогнуть «Арджуну» в очередной раз, но Дан отчетливо увидел, как Вокар отшатнулся от разом почерневшего пульта. В то же мгновение стекло главной пультовой, покрывшись сеткой трещин, рассыпалось осколками и превратилось в блестящее облако, и воздух рванулся наружу, унося с собой командира «Уграсены». Деструкторы Дана ударили еще раз, и от того, по чьей вине погибли Аурика, Элиал, Чаттерджи, астрионики и пассажиры «Индры», не осталось даже пыли.
Гравидеструкторы на секунду притихли. Видно, рейдеры во второй и третьей пультовых на противоположной стороне «Уграсены» еще не поняли, что здесь произошло. Дан прикинул расстояние и угол. Третья пультовая здесь стоит на пять метров ближе к главной, чем на «Кентавре», а вторая и концентратор – симметрично. Чтобы достать до них, надо прожечь двести метров металла и пластика, не задев при этом двигателей «Уграсены», а значит…
– Номер первый – плюс двенадцать градусов, номер второй – минус двенадцать!
Рука в перчатке вдавила сенсор в поверхность пульта. Пять секунд, десять … Заряд аккумуляторов «Арджуны» падал, как будто в них завелся небуляр. Тринадцать, четырнадцать… Из двух колодцев в поверхности «Уграсены» вырывался воздух, смешанный с разноцветной пылью. От ударов далеких деструкторов «Уграсены», бьющих в пространство наугад, катер трясло, как на испытательном стенде.
Пятнадцать секунд! Удары деструкторов прекратились, свет в иллюминаторах «Уграсены» погас, а светящиеся края интродов и эжекторов потускнели – это потерявший управление корабль автоматически отключил двигатели, как и полагалось в аварийной ситуации. К горлу Дана подступила тошнота – скорость падала, переводя «Уграсену» вместе с «Арджуной» в низкоскоростные коридоры. Наконец, в окне катера мелькнули звезды, и «Уграсена» вместе с катером вышла из засвета.
Локатор сработал автоматически, не дожидаясь команды, но Дан и без него понял, что вернулся туда, откуда начал штурм рейдерского корабля. Дан убрал захваты «Арджуны» и повел катер вслед за «Уграсеной», с трудом переводя дыхание. Где-то за его спиной слышался шорох и плыли недоумевающие биоволны. «Где я? Сердце вроде не болит… Кави жива, все хорошо… Трое Великих, что это было? А как Арсен? » Этнограф и выростица были живы и в сознании.
Цепочка «Летучих звезд» окружила «Уграсену», вытянулись спиралями и закружились возле корабля. Ленты боевого огня прожигали обшивку и пробивали стекла иллюминаторов. В синем пламени горели лучевые орудия и башенки грависвязи, под их ударами открывались провалы шлюзов в круглых боках корабля. В некоторых шлюзах еще стояли перехватчики и катера, из других летели россыпи серебристых искр – это катапультировались с гибнущего корабля рейдеры в отражающих экзоскелетах.
Потерявший управление корабль все еще плыл по инерции в сторону Астриона, не переходя на орбиту. Расстояние становилось все меньше, и белое пятно небуляра, почувствовав концентрированную энергию двигателей, потянулось к кораблю. Но он же сейчас втянет «Уграсену» в глубину Астриона, двигатели взорвутся, и неизвестно, каким новым бедствием обернется для Астриона этот взрыв!
«Зови небуляр к себе, пусть он сдвинет человеческий корабль с пути, я тебя прикрою, если надо! – сверкнули в мираже крупные звезды послания. Дан узнал звезды – это был Вихрь Сто Первый. – А потом веди небуляра с кораблем на сторону восходящих потоков!» Что он придумал, этот изобретатель? Разве сможет этот туман сдвинуть с места базовый корабль? «Пока мы не попробуем, все равно не узнаем, удержит он корабль или нет, – будто услышав мысли, сверкнул звездами Сто Первый. – А если не удержит, хуже все равно не будет!»
А почему бы и нет? Все равно небуляр уже полностью перебрался на «Уграсену»!

-К свету тянется трава,
Жизнь всегда во всем права.
Будет здесь тепло и свет,
Будет счастье, горя нет,

– заговорил Дан вслух, передавая внушение на концентратор. Как ни странно, опытный образец все еще работал.

– Здесь останься, будь со мной,
Радость будет и покой,
Ждет тебя тепло и дом ,
И любовь, и радость в нем,

– слабыми голосами отозвались этнографы. Молодцы, ребята! И небуляр молодец – так и тянет «Уграсену» к катеру! А теперь – вперед, на другую сторону! Дальше все прошло так же, как проходило уже шестнадцать раз, только теперь небуляр, окутав собой огромный шар корабля, потащил его вслед за катером, будто мячик, завернутый в платок. «Летучие звезды» плыли следом, но теперь уже обрезать длинный хвост тумана не требовалось – Астрион был полностью свободен. И вот уже двигатели «Арджуны» начали сопротивляться звездному ветру, вот небуляр вытянулся вдоль невидимых волн, сползая с поверхности «Уграсены». Наконец, корабль вздрогнул, сошел с орбиты и медленно поплыл вслед за белым облаком, чтобы, как и желал ему Огонь Победы, сесть на Невидимке.
«Арджуна» завершил оборот вокруг Астриона, светящегося чистым красным пламенем, и Дан увидел, как из засвета выходит каутильский базовый корабль. От корабля отделилось несколько мерцающих катеров, тянущих за собой поблескивающие сетки. Каутильские катера пошли зигзагами, и в сетках заблестели искры экзоскелетов – экипаж «Гаруды» брал в плен рейдеров. Все закончилось. Дан отпустил фиксатор и почувствовал, что у него дрожат руки.
 
31
«Технической основой методики борьбы с небуляром является разработанный и построенный инженером Раджем Чаттерджи концентратор поля. Этот прибор может собирать и передавать на расстояние… – сколько там говорил Чаттерджи? – до пятисот километров как А-поле астрионидов, так и биополе людей любой расы. При использовании концентратора в варианте А-поля, по словам автора изобретения Раджа Чаттерджи и свидетеля его единственного испытания Вихря Сто Первого, требуется особая осторожность – у прибора имеется обратное излучение, вредное для человека, а также побочный эффект, превращающий астриоников в небуляров».
Ну и скучища этот рапорт! Дан прекратил диктовать, буквы на экране пульта замерли. За огромным окном главной пультовой «Кентавра» золотистым светом мерцала знакомая дуга Звездного Пути. Спутники и челноки мелькали вокруг быстрыми искрами, военные катера и перехватчики проносились неясными тенями, орбитальный завод проплыл мимо, светясь, как большая люстра. «Кентавр» шел по орбите вокруг Стики, на месте первого пилота сидел сам полковник Сергиевский. В других креслах оглядывались по сторонам Кави и Арсен, одетые в черные комбинезоны военного космофлота без знаков различия. Дан потер чисто выбритую щеку, проверил микрокомп на рукаве, поправил лучевик на поясе. Больше делать было нечего, пришлось продолжать диктовку.