Мятежный

Я приехала к миссис Белфорт и направилась прямо на ее кухню. Кейси держала чашку чая, а миссис Белфорт ела яблочный пирог, крошки украшали ее подбородок и пальто. Райан сидел напротив них, делая медленные глотки из бутылки пива. Они все разом посмотрели на меня. Я подошла и села на свободный стул.
– Привет. Я Джесси.
– Мы знаем, кто ты такая. Твой парень печально известен, так что получить от него звонок было не совсем радостно. Лучше бы это было хорошо, – тихо выругался Райан.
Ни один из детей миссис Белфорт не был похож на нее. Они были белокурыми, высокими и совершенно не связанными с теплой женщиной, которую я полюбила. Я встала, скрестив руки на груди.
– Нам нужно поговорить наедине. Нам всем втроём. – миссис Белфорт оторвала взгляд от яблочного пирога, ее глаза были удивительными и немного обиженными.
– Иман, – я повернула голову, позвала ее экономку, – не могла бы ты, пожалуйста, составить компанию Джульетте, пока мы идем в столовую?
Пять минут спустя остались только Кейси, Райан и я. Я сидела напротив них и чувствовала себя совершенно не готовой помочь кому-то другому, черт, я даже не могла помочь себе, но я слишком любила Джульетту, чтобы видеть, как ее дети пренебрегают ею.
– У вашей матери болезнь Альцгеймера, – решительно сказала я.
– У нее также есть много помощи, как вы можете видеть. – Райан взмахнул рукой вокруг невидимого посоха.
Я сделала глубокий, размеренный вдох.
– У нее бывают моменты просветления. Она знает, что умирает. Она знает, что ее болезнь разрушает ее способность функционировать. Она знает, что ее дети находятся на другом конце страны, зарывшись головами в песок.
– Нам сказали, что мы ничего не можем сделать, – вмешалась в разговор Кейси, которая носила строгий костюм и была адвокатом, добавив: – Я не могу взять ее с собой. У меня дома ребенок и много работы. Я просто не могу.
– У меня есть семья, и я работаю в крупнейшей рекламной компании Бостона, – вставил Райан свою собственную слезливую историю.
Я видела так много общего между ними и Пэм. Как они не хотели брать на себя ответственность за свои собственные семьи, хотя Джульетта вырастила их. Даже несмотря на то, что Пэм была моей матерью.
А потом я подумала обо всех тех обязанностях, которые я тоже не взяла на себя. Воздерживаюсь от того, чтобы раньше отвести Тень к ветеринару. Не сообщать о людях, которые сделали со мной то, что они сделали, и позволить им уйти безнаказанными, зная, что они были бомбой замедленного действия, готовой взорваться на ком-то другом. Однажды им это сошло с рук. Они собирались сделать это снова. Я сцепила пальцы и подтащила свой стул вперед, пока мой пресс не ударился о стол, вытаскивая козырь, который я боялась использовать. Тот, который мог бы привести их в мгновение ока, если бы у меня хватило смелости просто сказать им об этом по телефону.
– Миссис Белфорт изменила свое завещание.
– А? – Райан сморщил нос и откинулся на спинку стула, как наказанный школьник. Впервые с тех пор, как мы вошли в столовую, его глаза оторвались от экрана телефона.
Я торжественно кивнула.
– Она хочет отдать все мне.
– Она не в себе! – Кейси, вскочила на ноги и хлопнула по столу.
Я покачал головой.
– Она была в норме, когда изменила завещание. И ее медицинский персонал это знает.
– Это просто смешно! – закричал Райан, все еще уютно устроившись в кресле. Кейси угрожающе помахала пальцем перед моим лицом, наклонившись ближе.
– Я все знаю о тебе, Джесси Картер. Я знаю, что ты родом из трущоб. Если ты думаешь, что сможешь обманом завладеть моим семейным состоянием...
– Мне не нужны деньги, – криво усмехнулась я, потому что не хотела. Меня не волновали ничьи деньги. Корреляция между наличием денег и счастьем, по-видимому, имела противоположный эффект. Насколько мне было известно, самые несчастные люди, которых я знала, были до неприличия богаты. И, может быть, именно из-за моего полного отсутствия интереса к деньгам все вокруг меня так стремились швырнуть их в меня. У Даррена и Джульетты, казалось, было это общее.
– Я хочу, чтобы вы взяли на себя ответственность за человека, который отдал всю себя, чтобы вырастить вас.
– Так что ты предлагаешь? – Райан фыркнул.
– Я хочу, чтобы она переехала к Кейси, потому что я знаю, что ее квартира достаточно большая. – Я отвернулась от женщины передо мной и продолжила. – И ты, Райан, должен брать два выходных в месяц, чтобы съездить в Нью-Йорк и провести время со своей мамой. Пусть она увидит своих внуков. И я хочу, чтобы Иман и ее медсестра переехали с ней в Нью-Йорк. Они уже согласились.
Они уставились на меня, как на дьявола. Для них, может быть, так оно и было. Я устала от людей, которые не сознаются в том, что им нужно делать, и это включало меня саму. Пришло время для перемен. Пришло время перестать сидеть на обочине своей жизни, наблюдая, как она проходит.
– Я также счастлива отдать все деньги, которые миссис Белфорт хочет мне дать, я знаю ее всего около двух лет, с тех пор как… – Это не имеет значения, пыталась я сказать себе, только это имело значение. Мне нужно было начать смотреть реальности в глаза, если я действительно хотела встретиться с ней лицом к лицу. – С тех пор как я пережила нечто, что полностью изменило мое представление о людях и о том, как вы должны относиться к ним. Я откажусь от всех денег, оставив себе очень небольшой бюджет.
Райан фыркнул, качая головой.
– Конечно.
Я продолжила, повысив голос.
– Небольшой бюджет, который пойдет на посещение ее каждые два месяца, чтобы убедиться, что она счастлива с вами, ребята.
В комнате воцарилась ошеломленная тишина. Они посмотрели друг на друга с таким раздражением, что я подумала, что они собираются сказать нет. И что потом? Мне пришла в голову мысль переехать к миссис Белфорт. Но я хотела, чтобы между мной и Пэм было немного пространства. Кроме того, миссис Белфорт не нуждалась во мне. Она нуждалась в своей семье.
– Я никогда не думала, что все так плохо. – Взгляд Кейси упал на ее сложенные руки на столе. Она снова села, по-видимому, смущенная спором с двадцатилетней девушкой о состоянии своей матери. – Я имею в виду, что я разговаривала с ней по телефону несколько раз в месяц, и обычно она говорила так, как будто мой отец был еще жив. Я не знала, что она имеет какое-либо представление о том, что происходит.
– Она знает. – Я шмыгнула носом, счищая невидимое пятно со стола.
– Она все еще ходит в лабиринт? – спросил Райан, его голос больше не был враждебным, хотя все еще раздраженным.
Я покачал головой.
– Я иду туда сейчас.
– Вот где они полюбили друг друга, – прокомментировала Кейси, и мое сердце екнуло от ее слов. Это было то место, где я тоже влюбилась.