Главный секрет

Открыв глаза, я сделала глубокий вдох, и произнесла:
– Я считаю свою маму… сумасшедшей.
На этот раз в котле бултыхнуло так, как будто в него упал большой булыжник. Жидкость громко забурлила, а нырнувшая в неё с половником Хозяйка радостно закудахтала. По тому, как тяжело стала проворачиваться её рука при помешивании, я поняла, что варево порядком загустело.
– Дааа, – довольно пробасила она. – Это и есть твой Главный секрет. Давай-ка ещё немного, я жажду подробностей! И тогда получится просто королевское кушанье.
Я снова закрыла глаза, чтобы не видеть пританцовывающую от нетерпения толстуху, и монотонным механическим голосом завела:
– Я часто слышу, как мама разговаривает сама с собой. И это не просто странная привычка, она говорит так, будто кто-то ей отвечает. Нередко дело доходит до самых настоящих споров. Потом они перерастают в сильные приступы. Но не один врач до сих пор не смог диагностировать у неё какие-то отклонения по здоровью. Поэтому я давно думаю, что у мамы какой-то особенный, возможно, ещё не изученный случай шизофрении. Все её приступы идут от головы.
– Достаточно, – прервала меня Хозяйка, с наслаждением отправляя в рот первую порцию. – Мммм, чудесно!
Некоторое время я слышала её довольное фырканье, причмокивания и прихлёбывания. Наконец, сыто рыгнув, она заявила о том, что полностью насытилась.
– И что теперь? – спросила я, взглянув на её счастливую физиономию.
– Что именно тебя интересует? – вальяжно уточнила Хозяйка, слегка растягивая слова и гладя себя по огромному животу.
Я равнодушно пожала плечами, чувствуя внезапно навалившуюся усталость и апатию.
– Если ты о своих секретах, то можешь не волноваться. Я от них только толстею. Но рассказать никому не могу.
– Почему? – спросила я чисто автоматически, не очень-то рассчитывая на ответ.
Но, видимо, Хозяйку разморило от съеденного и потянуло на откровенные разговоры.
– Если выболтаю хоть один чужой секрет, меня тут же разнесёт на кусочки. Ага, вот прямо лопну как воздушный шарик и дело с концом, – загоготала она, но глаза при этом оставались серьёзными. – Иногда мне этого даже хочется, – добавила она уже совсем без смеха.
– Если вас не устраивает ваша жизнь, что, впрочем, неудивительно, почему не пытаетесь изменить её? – задала я вполне закономерный вопрос.
– А как? – усмехнулась та. – Чтобы выйти из этой комнаты, я должна рассказать какой-то секрет. А что будет, если я это сделаю? Вот-вот… Чувствуешь иронию?
– Тогда какая же вы Хозяйка? – удивилась я. – Скорее, вы пленница.
– Я – Хозяйка! Потому что только у меня есть Око Лабиринта, и только я могу с его помощью исполнять желания забредших сюда неудачников, – перешла на свою обычную манеру разговора женщина, вероятно, обидевшись на мои слова.
– Хорошо, не будем спорить, – миролюбиво предложила я. И тут же поинтересовалась: – А где оно? Око Лабиринта?
– Да вот оно, прямо перед тобой! – Женщина стукнула по чугунному котлу половником и снова громко раскатисто загоготала. – Из него ем, в него же гляжу как в телевизор.
Я бросила на неё недоверчивый взгляд, но оснований для сомнений в таком утверждении у меня не было. Видимо, всё так и есть, как она говорит.
– Как я могу помочь своей маме? – осторожно спросила я Хозяйку, переходя к главной сути моего пребывания в Лабиринте. – Я хочу спасти её. Ну, и выбраться отсюда, конечно. Я ведь так и не нашла Свою Дверь.
– Сейчас поглядим, – прокряхтела Хозяйка, тяжёлой поступью приближаясь к котлу.
Она нависла над ним, опираясь обеими руками о края, и бережно подула на поверхность. Жидкость успокоилась и перестала булькать. Затем по ней снова пошла рябь, и Хозяйка начала сосредоточенно вглядываться в своё отражение. Спустя пару мгновений что-то из увиденного заставило её резко отпрянуть. Взгляд женщины затуманился, а обычно красное лицо неожиданно побледнело.
– Я исполню твоё желание, – хрипло произнесла она. – Но для начала мне придётся рассказать тебе одну историю.
 
Часть третья. ХЭЗЕР. Глава 1
Разбитые мечты
Хэзер Томпсон всегда знала, что она настоящая красавица.
Это не было её завешенной самооценкой или чересчур раздутым самомнением, это было реальностью. В шестнадцать лет она находилась в расцвете своей девичьей красоты и уже сейчас могла сказать, что её внешние данные могут обеспечить ей прекрасное будущее. Высокий рост и модельные параметры фигуры вызывали восхищенные и завистливые вздохи окружающих. Чёрные длинные волосы густым каскадом спадали по плечам, отливая здоровым блеском. Пухлые губки, как утверждали её многочисленные кавалеры, так и манили поцеловать их. А большие глаза орехового цвета смотрели на мир широко и слегка удивленно. От этого казалось, что девушка особенно мила и невинна.
Но Хэзер такой не была.
Её хватке и прозорливости ума позавидовали бы даже матёрые акулы бизнеса. Она всегда знала, что и кому сказать, когда призывно улыбнуться, а где лучше промолчать и не высовываться, кому пообещать своё или чужое расположение. Никто из «золотой молодёжи» не смог бы объяснить, в какой момент и каким образом эта девушка, по сути, не ровня им по положению, заняла столь прочные позиции в их круге. Но это было фактом.
Хэзер любили. К Хэзер прислушивались. Хэзер боготворили.
– Эми, давай скорей, что ты там возишься? – Хэзер придержала дверь, пока подруга замешкалась на пороге школы. Большое зеркало в вестибюле выхватило стройный силуэт высокой брюнетки и семенящей следом низкорослой девушки. Та уткнулась в телефон и не видела никого и ничего вокруг. Её маленькое миловидное личико, усыпанное веснушками, иногда озаряла улыбка, и тогда она начинала с удвоенным рвением тыкать в кнопки своего мобильника.
– Опять твой ухажёр? – усмехнулась Хэзер, подкрашивая губы и краем глаза поглядывая на подругу.
– Ага, – бесхитростно откликнулась та и снова расцвела глуповатой и абсолютно счастливой улыбкой.
– Когда вы уже перестанете ото всех прятаться?
– Мы не прячемся, Хэз. – Девушка сосредоточенно сморщила лоб. – Просто… мы ещё только узнаём друг друга. И нам хорошо без посторонних глаз.
– Ну, ну, – хмыкнула Хэзер. – Сильно только не увлекайтесь там… Наедине, – добавила она и многозначительно повела бровями.
Лицо Эми мгновенно окрасилось в бордовый цвет, что вызвало приступ смеха у самоуверенной красотки. Считалось, что Хэзер – искушённая в любовных делах особа, но подтрунивая над своей подругой, на самом деле она завидовала её первой любви, тому чувству, которое красиво описывали в своих романах великие писатели, и которое окрыляло людей, толкая на подвиги.
Сама Хэзер никого не любила.