Попаданка для Принца, или Жена из пророчества

Тьер многозначительно посмотрел на меня, намекая – вампалы не прочь полакомиться забывчивыми барышнями, не рассыпавшими на ночь соль.
– И что теперь делать? – сглотнула я ком в горле и сразу честно предупредила: – Пока оно там, я в спальню не вернусь. Лучше мерзнуть в коридоре, чем находиться в одной комнате… с этим.
Тьер вздохнул и коротко кивнул:
– Жди здесь. Я разберусь.
Он обогнул меня и направился в спальню. Я его вслед разве что не перекрестила. Кто знает, может, вижу в последний раз. Тьер, конечно, невыносимый, но все же живой человек.
***
Тьер оставил девушку в коридоре и направился в ее спальню. Следовало поторопиться, а то она совсем замерзнет. Лечи ее потом…
Он никак не заставить себя называть ее именем каменной девы – Алитеей, даже мысленно. Слишком много сомнений она вызывала в нем. Не такой Тьер представлял каменную деву. Не хуже, не лучше, просто другой.
Но иного имени она не назвала, да и не назовет. Надо привыкать звать ее Алитеей. Хотя бы временно, пока он не выведет ее на чистую воду.
С самозванкой все с самого начала пошло не так. Своим поведением она рушила все каноны. Дерзкая, смелая, бесстрашная. Она была загадкой, которую Тьер отчаянно жаждал разгадать, но пока был далек от цели.
Одно точно – эта девушка странно влияла на него. Рядом с ней Тьер испытывал абсолютно неуместные чувства. Ненужные, сложные и непонятные. Такие, которые сам не мог описать.
Еще сорочка эта полупрозрачная… Как теперь выкинуть из головы увиденное?
Чтобы хоть как-то защититься от бури эмоций, Тьер прятался от них за маской иронии. Это немного, но помогало.
Толкнув дверь, Тьер вошел в девичью спальню и прислушался. Тишина. Это подозрительно. В Северном замке особенно по ночам редко бывает тихо. Вечно кто-то скребется, стонет, топает. Тьер настолько привык к этим звукам, что давно перестал на них реагировать. Но для его гостьи подобное было в диковинку.
– Выходи, – позвал Тьер. – Не покажешься, прижгу серебром. Потом не жалуйся.
Кто бы ни притаился под кроватью, страха Тьер перед ним не испытывал. Повидал уже всякого. Да и местная нечисть больше боялась его, чем он – ее.
Из-под кровати донеслись вздохи, и спустя минуту оттуда высунулась лохматая голова.
– Я ничего плохого не делал, – сообщило существо. – Просто немного заглянул в ее сны. Совсем капельку. Не надо меня серебром.
Все-таки пожиратель снов. Повезло девчонке. Все могло закончиться намного плачевнее.
– И что мне с тобой делать? – задумчиво протянул Тьер.
– Простить и отпустить? – робко предложил пожиратель.
Настал черед Тьера вздохнуть. А существо, видя, что он не злится, осмелело и полностью вылезло из-под кровати.
Внешне пожиратель снов походил на бурого медвежонка, только с коротким хоботом вместо носа и клыками. Такой же волосатый и косолапый, а еще неуклюжий. Вреда от него никакого.
Тьер задумчиво смотрел на ночного гостя. Пожиратель, конечно, уйдет, стоит только на него шикнуть, и Алитея сможет вернуться в свою комнату. Но вот урока из случившего она точно не вынесет. Так и останется беспечной. А Северный замок ошибок не прощает.
– Я тебя прощу, если ты мне поможешь, – сказал Тьер.
– Что надо делать? – оживился пожиратель.
– Немного пошуметь, – хмыкнул Тьер.
Его план был прост – напугать бесшабашную девчонку так, чтобы она в следующий раз спала с мешком соли в обнимку. Это исключительно ради ее же безопасности. Ну и может немного ради развлечения. Но самую малость! А то жизнь в замке – сплошная скука.
– Хочешь впечатлить девушку? – понимающе фыркнул пожиратель. – Что ж, я не против.
– Тогда слушай, что надо делать, – Тьер понизил голос до шепота.
Спустя пару минут они разыграли целое представление для одного-единственного зрителя.
– Аыырр! – существо, как умел, изобразил грозный рык.
Получилось средне, больше похоже на вопли от зубной боли, но уж как есть. Пожиратели совсем не агрессивные существа.
– Получай! – выкрикнул Тьер. – И не смей больше беспокоить принцессу!
Бах! Бух! Вдвоем они имитировали ожесточенную драку. Тьер толкнул ногой кресло, и оно с грохотом упало на бок. Пожиратель схватил подушку и принялся трепать ее зубами. Ткань порвалась, и перья полетели в воздух.
– Рыыыы, – пожиратель старался изо всех сил.
– Убирайся прочь! – отвечал ему Тьер.
– Как думаешь, уже достаточно? – шепнул пожиратель. – А то мы так всю спальню разгромим.
Тьер осмотрел побоище – мебель перевернута, все в перьях.
– Да, пожалуй, хватит, – кивнул он. – Можешь идти. И спасибо за помощь.
– Без проблем, – пожиратель встряхнулся, сбрасывая с себя перья. Он уже был возле камина, еще минута – и юркнет по воздуховоду вверх, но вдруг задержался, чтобы сказать: – Знаешь, я видел ее сон. Ей снилось странное, чужое. Я такого прежде не встречал.
Тьер нахмурился:
– Спасибо, что поделился.
– Без проблем, высочество. Ну бывай, – пожиратель ловко прокрался в воздуховод и был таков.
Тьер шагнул к двери в коридор, чтобы впустить Алитею в комнату, но в последний момент остановился. Нет, так слишком просто. Мало напугать, пусть она почувствует себя виноватой. Пусть хоть так поймет, что от ее поведения может пострадать не только она, но и другие.
Тьер осмотрелся – чем бы порезать щеку?
***
Дверь закрылась за спиной Тьера, и в коридоре повисла гнетущая тишина. Я взволновано кусала губы.
– Как думаешь, там все в порядке? – спросила у Амфи.
– Криков пока нет, – заметил он.
Едва Амфи это произнес, как из-за двери моей спальни донесся грохот. Упало явно что-то большое и тяжелое. За этим последовали ругань и жуткий рык. Мы с Амфи, не сговариваясь, резко отскочили от двери. От греха подальше.
Следующие минут десять звуки драки в спальне не утихали. Судя по шуму, там было настоящее побоище. Я искренне надеялась, что выигрывает Тьер. Если он проиграет, то рычащее существо доберется и до нас.
Но вот все стихло. Только это было еще хуже. Совершенно непонятно, что теперь делать – бежать или еще подождать? Впрочем, в сапогах Тьера я все равно далеко не уйду. Я в них еле хожу, какое уж тут бегать.
Одно точно – сама я в комнату не загляну ни за какие коврижки. Лучше провести ночь в холодном коридоре, чем встретиться нос к носу с тем, кто рычал.
Наконец, с той стороны двери раздались неуверенные шаги, как будто шедший прихрамывал или пошатывался.
– Давай уйдем, а? – предложил Амфи, ощетинившись перьями.