Тайна перламутрового дракона
Кажется, впервые в жизни он почувствовал, что такое бесконтрольная ненависть Грузное тело под его кулаками превратилось в подобие теста, и только судорожный всхлип выдернул из этой одержимости.
Он отшвырнул поверженного противника к стене и наконец приблизился к Ане
Еще одни взгляд — совсем короткий — Ана отвела глаза, словно стеснялась своих слез, а у Хедина что-то замерзло в груди Успел? Не успел? Что эта мразь сделала с его девочкой? От чего еще нужно будет ее спасать?
Язык словно окаменел, не позволяя задать страшный вопрос Хедин перерезал веревку, связывающую Анины руки, снял куртку и завернул Ану в нее, прикрывая порванный лиф и проглядывающую сквозь прореху белую кожу Ана стояла, совершенно безвольная и не похожая на себя, и Хедина окончательно накрыло ужасом Он уничтожит ее обидчиков собственными руками, но поможет ли это его девочке?
Или…
— Как ты? — невозможно глупо спросил он, но на более понятный вопрос не хватило никаких сил. Никогда себе не простит ее боли и ее позора! Это его вина! Как всегда!..
— Хорошо, — ровным и совершенно бесцветным голосом ответила Ана. — Испугалась немного. Я слышала твой голос, но… Почему-то не верила… Как ты мог здесь очутиться? У тебя же… Ты же… Мы же…
Она заморгала, смешавшись, и слезы покатились по ее щекам. Хедин больше не смог себя отговаривать. Потянул ее за отвороты собственной куртки и сомкнул руки у Аны на спине. Пусть она терпеть его не может, вряд ли ей есть сейчас до этого дело. Просто утешить. Защитить. Дать почувствовать, что все закончилось.
Ана на секунду замерла, остановив и его сердце, а потом вдруг вцепилась в его рубаху, уткнулась мокрым лицом в плечо и тяжело, надрывно задышала.
Хедин сильнее сжал ее в объятиях, стараясь утихомирить собственное дыхание и сказать хоть что-то утешающее, но вместо этого только принялся целовать ее волосы, не в силах заставить себя одуматься и, наверное, выдавая себя с головой.
Конечно, примчался за тридевять земель, выломал все двери, измочалил Аниных обидчиков, а теперь стискивал ее так, словно она принадлежала ему и он отвоевал ее у самих Создателей. Разве можно было и теперь ни о чем не догадаться?
Какая разница?!
Ана была жива!
Он видел ее, слышал ее, чувствовал; богини, как мало иногда надо человеку для счастья! И пусть оно будет недолгим, и реальность через секунду-две возьмет свое, эти мгновения у Хедина еще были, и они меняли его, вытравляя зависть, ненависть, желание унизить, ответить ударом на удар. Никогда он больше не скажет Ане грубого слова, не заставит испытывать обиду и боль! Ее и так уже было слишком много в ее жизни. А Ана, как никто, заслуживал счастья. Пусть даже не с ним.
— Хочу уйти отсюда! — неожиданно резко сказала Ана, однако пальцы на его рубахе не разжала, и Хедин позволил себе еще немного поблаженствовать. Потом чуть отодвинул Ану от себя, осторожно вытер ее мокрые щеки.
— Он… не… обидел тебя? — наконец смог выговорить он. Ана бросила на бессознательного обидчика презрительный взгляд.
— Нет, — качнула головой она. — Не переживай Моя честь не пострадала. Только коса.
— Коса отрастет, — заметил Хедин, немного ошарашенный ее тоном. Ана кивнула и отошла от него.
— Конечно отрастет, — согласилась она. Зябко поежилась и плотнее запахнула его куртку. В глаза она ему почему-то больше не смотрела. — Хед, я очень благодарна, что ты тут… так… — она запнулась, подбирая слова, однако быстро передумала. — Но мне правда неприятно здесь находиться. Можно?
Он посторонился, пропуская ее к лестнице. Ана довольно-таки проворно вскарабкалась по ней, и Хедин, оставив покуда свое недоумение, поспешил за ней. А ну как хозяйка очнется и пойдет с дури творить новые злодеяния? Нет, у Хедина были на нее свои планы.
Покуда Ана бросилась к лежавшей на кровати девчонке и принялась стирать кровь с ее шеи, он спустил бабищу в подвал, накрыл вход крышкой, а сверху придавил кованым сундуком, который кое-как доволок до нужного места. Теперь у него была уверенность, что двое пленников не смогут выбраться наружу без посторонней помощи. А помощь им Хедин собирался обеспечить такую, какой они вряд ли обрадуются.
Когда он закончил возиться с сундуком, в избу вошел Ярке, почти таща на себе уделанного драконыша.
— Вот, — сообщил он и пожал плечом, через которое была перекинута рука поверженного противника, — принимай работу, командир Это еще Сойка остановила Не то добил бы.
Девчонка на кровати испуганно всхлипнула, и драконыш — откуда только силы взялись? — кинулся к ней, упал перед кроватью на колени и уткнулся лбом почти рядом с ее рукой
— Прости! — с таким бесконечным отчаянием выдохнул он, что Хедину невольно стало его жалко. Наверное, и кровь на шее девчонки появилась не от хорошей жизни. И бился он, судя по потрепанному виду Ярке, не по своей прихоти.
Девчонка на кровати забормотала что-то утешительное, и Ана осторожно положила ее руку на голову драконыша. Тот вздрогнул, девчонка благодарно улыбнулась Ане, а у Хедина внутри снова похолодело.
— Как Лил? — одними губами спросил он, не зная, хочет ли услышать ответ. Ана же еще и не подозревала, какая с ее отцом приключилась неприятность. Как он будет говорить ей о новом несчастье?
Ярке повел плечами.
— Яд я обезвредил, — сказал он, — но этот поганец выхватил у него хороший кусок мяса. Сойка пока занялась перевязкой, а меня послала сюда: тебе, стало быть, на подмогу. Но ты, я смотрю, и сам не оплошал.
— Да уж как-нибудь, — усмехнулся Хедин, позволив себе наконец спокойно вздохнуть. Кажется, беда все-таки прошла стороной. А ведь все еще не отпустило.
— Я обещала Санне забрать ее в Армелон, — неслышно подошла к ним Ана, и Хедин уставился на нее в крайнем изумлении. Когда она успела уговориться с похитителями?
И встать на их сторону? — Пусть Дарре посмотрит, что можно сделать. Девочка страдает ни за что, а этот отсталой не знает, каким сказкам верить, чтобы ей помочь!
Хедин нахмурился: к девчонке он не имел претензий, а вот драконыша прощать не собирался. Если ему уже есть пятнадцать, ответит по всей строгости закона. А если нет, то у нападения на человека не имелось срока давности. Подождет. Недолго осталось.
— Я отвезу, не вопрос, — кивнул Ярке вперед Хедина. — Но только ее! С этим задохдиком разбирайтесь сами! Будь моя воля, он бы у меня поплясал! Это ж надо додуматься воровать девчонок! Самого бы в клетку посадить! А лучше на цепь! Как дворовую собаку! Чтобы понял!..
Хедин сжал его плечо, стараясь угомонить Да, Ярке о рабстве знал не понаслышке, оттого и разозлился так на творящего мерзости сородича
Ана вздохнула, тоже понимая, и снова отвела взгляд от посмотревшего на нее Хедина
— Ты сначала послушай их историю, — предложила она Ярке поморщился, но ответить не успел.