Лед твоих объятий
Взгляд невольно задержался на длинноногой блондинке. Яркая, взбалмошная, привыкшая всегда быть в центре внимания. Прямолинейная и порывистая.
Нет. Ничего общего с Энн. Он до сих пор так и не понял, зачем решился на ритуал единения судеб. Может, в отместку богам? Или втайне надеялся, что все случившееся ошибка и те не одобрят его новый брак?
Он вспомнил лица призрачных воинов и передернул плечами. Пришли. Все-таки пришли. Боги Севера приняли Ребекку как его супругу.
Он задумчиво нахмурился, наблюдая за тем, как Бекки разговаривает со своим братом. Вот уж кто был образцовым аристократом – надменный, невозмутимый Мартин смотрел на сестру с холодным превосходством. Рядом с ним Ребекка выглядела настоящим ураганом – что-то громко доказывала, отчаянно жестикулировала, а эмоции на ее лице сменяли одна другую с поразительной скоростью. И не скажешь, что в ней есть первозданный лед. Пусть небольшая часть, но все же…
– Лорд Кимли, где мы можем поговорить? – Император отвлек его от наблюдений за супругой.
– Прошу, – он приглашающе указал на выход из залы.
По коридору шли молча.
В кабинете он предложил Ричарду кресло, сам оставшись стоять. Что-то подсказывало, что разговор будет не из приятных.
– Отец много рассказывал мне о вас, – начал Ричард. – Он часто вспоминал ваше детство, юность, совместные путешествия и поездки. Говорил о том, как вы помогали в поддержании магического контура над Сартой, как улаживали конфликты с Хроносом, как много лет были послом в Араносе, а потом канцлером Великой Сартаны. Единственное, о чем отец никогда не говорил, так это о тех событиях, что привели к поразившему вас проклятию. Но это было и неважно. Я сумел восстановить целостную картину и по молчанию отца, и по обрывкам матушкиных фраз, и по оговоркам друзей нашей семьи. И по тому, как тщательно ваше имя было вычищено из истории Севера.
Император замолчал, а он смотрел и подмечал то, что ускользало от внимания раньше – золотистые крапинки в серых глазах, более темные, чем у Арта, волосы, привычку чуть растягивать гласные – так, как это делали южане. За всем этим стояла Энн. Именно ее черты проглядывали в лице императора.
– Я знаю, что ваше прошлое хранит не самые достойные поступки, – продолжил Ричард, – но надеюсь, что они не повлияют на ваше будущее.
Это было то ли утверждение, то ли вопрос, он не сумел разобрать.
– Прошлое всегда влияет на будущее, – медленно ответил он. Перед глазами снова возникли картины того последнего дня. Невозможного, проклятого дня, когда он подписал себе приговор, убив Теодора. – Но вы можете не беспокоиться. Прежних ошибок я не повторю.
– Это радует, – сухо заметил Ричард. – В таком случае у меня есть к вам предложение. Я давно собирался сменить нашего посла в Хроносе. Готовы занять эту должность?
– Хронос? – Он удивленно посмотрел на племянника.
– Именно.
– Не боитесь? – вырвалось помимо воли.
– Я привык доверять своей интуиции, – ответил Ричард.
Голос его был ровным и бесстрастным. Истинный ледяной, скрывающий свое могущество и реальную власть за простотой и непритязательной скромностью.
– Вам передался дар Анны?
Он впился взглядом в невозмутимое лицо императора.
– Да, – неохотно ответил тот. – Правда, в силе дара с матушкой мне не сравниться. Так вы согласны?
– Я должен подумать.
– Что ж, у вас есть несколько дней.
Ричард поднялся, показывая, что разговор окончен, и направился к выходу, а он смотрел и мучился от желания задать давно терзавший его вопрос.
– Почему они ушли? – не выдержав, бросил вслед.
Император замер.
– Что произошло? Почему ваш отец оставил власть?
Ричард чуть повел плечами, словно на них лежала тяжелая ноша, и обернулся.
– Мир изменился, – неохотно ответил и потер лоб очень знакомым жестом. – Отец очень хорошо это чувствовал и не захотел мешать прогрессу, не стал удерживать Сартану в оковах прошлого.
– А Энн? Она…
Он не смог договорить. Горло сдавило.
– Мама поддержала отца.
– Вы видитесь?
Ричард посмотрел на него с непонятным выражением и открыл дверь, намереваясь выйти.
– Постарайтесь поладить со своей женой, лорд Кимли, – обернувшись, произнес император. – Ребекка неплохая девушка, просто она еще очень молода.
Он понимающе усмехнулся. Император ушел от ответа. Показал, что не считает нужным говорить о своей семье. Что ж, пусть. Однажды он все равно выяснит правду.
Дверь закрылась, а он так и продолжал стоять на месте, раздумывая над услышанным.
Хронос. Его ошибка и его позор. Когда-то он уже оступился, связавшись с темными магами Хроноса. И потерял все – брата, жену, любовь, честь. И вот судьба снова сталкивает его с прошлым. Что это? Проверка? Или шанс реабилитироваться?
Надо подумать и все решить. Но это потом, а пока пора разобраться с оставшимися формальностями.
Ребекка Гринделл
– Уверен, что тебе здесь рады?
Я вызывающе посмотрела на развалившегося в кресле Кимли. Спальня тонула в полумраке, освещаемая лишь небольшим настенным бра, и лицо мужчины оставалось в тени.
– Вы имеете что-то против? – лениво обронил он.
– Все.
– Слишком расплывчато, – пожал плечами Кимли.
Он пристально посмотрел на меня, и на его губах появилась холодная усмешка. Судя по всему, ждал, пока я поясню свой ответ.
– Хочешь конкретики?
Внутри зарождалась ледяная волна. Шарг! Как же хотелось высказать этому ледяному все, что я думаю и о нем, и том фарсе, что он устроил перед моими родными. «Это было чувство с первого взгляда, – снова вспомнила я лживые слова. – Стоило мне увидеть Ребекку, как сердце забилось быстрее». Проклятый Кимли! Врал тетушке Джейн и даже не запнулся.
– Обязательно было лгать моим родным?
– Я не лгал.
– Да? А та фраза про чувства?
– В ней нет ни слова неправды.
– Неужели? – Я взглянула на Кимли с иронией.
– Заметьте, я говорил о чувстве, но не уточнил о каком, – хмыкнул муженек.
– Ах, простите! И какое же чувство заставило ваше сердце биться быстрее?
Внутри все бурлило от сдерживаемой ярости.
– Удивление.
– Удивление?
– При первой встрече вы напомнили мне одну… одного человека, которого я знал в молодости.
– Вот только не надо тут рассказывать, что…
Договорить я не успела. Кимли неожиданно поднялся с кресла и оказался рядом со мной: