Такой забавный возраст

В фантазиях Аликс Эмира узнавала о ней нечто, отчего начинала видеть ее в лучшем – и, как казалось Аликс, в более верном – свете. Узнавала, например, что одна из лучших подруг Аликс тоже черная. Что новые и любимые туфли Аликс куплены в «Пейлесс» всего за восемнадцать долларов. Что Аликс прочитала всю Тони Моррисон от корки до корки. И что на самом деле из всех ее друзей у них с Питером самый маленький доход, и что это не она, а Тамра всегда летает первым классом. Аликс часто и безуспешно упоминала, словно бы ненароком, о таких вещах, но завтра, если все выйдет как задумано, Эмира сама, собственными глазами, все увидит.
Рейчел, Джоди и Тамра отправлялись в Филадельфию утренним поездом прямо в День благодарения. Рейчел была рада, что ей не придется проводить праздник в одиночестве (Хадсон будет у отца), Тамра ехала с дочками, Имани и Клио (муж ее улетал по работе в Токио), а Джоди везла с собой всю семью (мужа Уолтера, дочку Пруденс четырех с половиной лет и годовалого Пейна). Именно из-за Дня благодарения Аликс осознала, что три ее лучшие подруги еще ни разу не видели Кэтрин, которой было уже почти семь месяцев. Неужели прошло столько времени? Кэтрин, которая с каждым днем становилась все больше похожа на Аликс, такая покладистая и удобная в переноске, такая милая и так мало ползающая, что Брайар в сравнении с ней казалась гиперактивной до маниакальности. Подруги шутили, что Аликс устроит им застолье в провинциальном стиле: толстые, с высоким воротом свитеры в теплых осенних тонах, миленькие самодельные салфеточки и прочие украшения стола, подсмотренные в Пинтересте, и Парад Благодарения в универмаге «Мейсиз», поставленный на повтор. Шутки шутками, однако они подсказали Аликс идею, которую ей не терпелось осуществить.
Аликс наняла двух девушек из кейтеринга – наливать напитки, вешать пальто, подавать еду и убирать тарелки. Весь первый этаж она украсила тыквами, колосьями пшеницы, желудями; пиньяте в виде индейки предстояло быть подвешенной над массивным обеденным столом, взятым напрокат и установленным в холле. А над маленьким столиком с четырьмя разными пирогами Аликс развесила на красных витых веревочках полоски коричневой крафтовой бумаги, чтобы гости могли написать, за что они благодарны. Ей приятно было думать о предстоящем дне, который она проведет в компании трех своих самых любимых женщин, с дурацкой пародией на попсовый День благодарения, с целым морем красного вина. Но при мысли, что к ним может присоединиться Эмира, у нее от волнения вспыхнули щеки под шарфом.
– Привет! – сказала она, входя в кухню с последней партией предпраздничных покупок (хлеб, розовая соль, сливочное масло, готовое тесто для печенья, минералка) и водружая сумки на рабочую поверхность. Кэтрин, в мягком ортопедическом креслице для только что научившихся сидеть малышей, пускала слюни в одеяльце. Брайар стояла на стуле у окна, тыча пальцем в стекло, Эмира придерживала ее за бедра.
– Мама? – сказала Брайар. – Окошко кусает мне пальчики.
Эмира обернулась к Аликс:
– Ну вы даете – гулять в такую погодку.
Спасибо тебе, боже, за эту погоду, подумала Аликс. В последние дни именно погода давала ей пищу для общения с Эмирой – надеть ли на Брайар рукавички, не отменят ли из-за метели рисование, не хочет ли Эмира взять у Аликс зонт. Аликс закатила глаза, показывая, что и сама не одобряет свой поступок.
– Да, это было неумно. Там просто апокалипсис. Мне не нужно было заставлять вас сегодня выходить из дому.
– Нет, все нормально. Тем более на этой неделе всего два раза. – Эмира повернулась к Брайар. – Я тебя теперь несколько дней не увижу, Би.
Брайар открыла рот – выпрыгнули два больших, нависающих передних зуба.
– Неть, – возразила она. – Неть. Ты меня увидишь!
– Смотри, – сказала Эмира. – Обычно мы с тобой видимся три раза в неделю. – Она показала три пальца, и Брайар за них ухватилась. – Но на этой неделе у нас День благодарения, поэтому я тебя увижу только два раза.
Она опустила безымянный палец, и у Брайар сделалось обиженное лицо.
– Неееть! – Брайар помотала головой. – Неть! Ты меня увидишь три раза!
– Но зато на следующей неделе мы будем видеться каждый день. Здорово, правда?
– На следующей неделе вы меня просто спасаете, – сказала Аликс. Она распахнула холодильник так резко, что он чавкнул. – Эмира, мне ужасно не хочется это говорить, – она поморщилась, словно от боли, – но проверьте, пожалуйста, статус своего рейса.
– Вы думаете?..
– Просто на всякий случай. – Аликс начала передвигать в холодильнике контейнеры и миски. – Можете прямо здесь, на этом компьютере.
Наверное, это жестоко? Стоять и ждать, пока Эмира узнает, что ее рейс отменен, и при этом претендовать на «Оскар» за лучшую дружескую поддержку? Ну и подумаешь, она загладит свою вину. От мысли, что Эмира будет сидеть с ними за столом в День благодарения, у Аликс буквально закружилась голова. Внезапно оказалось, что этот четвертый четверг ноября – не просто праздник. Это четыре часа (а если повезет, то даже пять или шесть), за которые она сделает Эмиру членом семьи. Это вечер, когда за мальбеком, бататом и пирогами, при свете свечей, она скажет, что не забыла тот, другой вечер, в «Маркет депо». Что вспоминает о нем каждый день по многу раз. Что никогда в жизни больше не пойдет в этот магазин, даже в случае крайней необходимости, даже в такую метель, как сейчас, даже если бы Эмира не была ее бебиситтером. Эмира придвинулась к компьютеру и принялась щелкать мышкой, а Аликс молилась, чтобы у Зары не оказалось родни в Филадельфии.
Эмира поставила локти на стол, прижала ладони к щекам и с сердцем сказала:
– Вот ведь!..
– О нееет, – сказала Аликс и захлопнула холодильник. Нужно было вести себя так, словно это и впрямь трагедия, но не перестараться, не переиграть. – Эмира, какой ужас. Просто сердце разрывается. Простите. У меня теперь чувство, что это я накаркала.
Эмира по-прежнему смотрела в монитор. Она закусила нижнюю губу и глубоко вдохнула. Брайар забралась на соседний стул.
– Нет, что вы. Ничего, если я позвоню маме, буквально на минутку? Это они покупали билет, так что они должны знать – может, есть другой рейс, попозже.
– Разумеется! Брайар, слезай.
– Мама, не трогай Мирину водичку, – сказала Брайар.
Аликс спустила ее на пол и сказала:
– Хорошо, не буду. Спасибо, что ты мне сказала.
Когда Эмира снова поднялась к ним, Аликс уже включила музыку. В кухне тихонько пела Пола Коул, а Брайар объясняла, что спать нужно всем, даже снеговикам. Аликс взяла на руки Кэтрин, и та уютно устроилась у нее на груди. Эмира села у окна.
– Похоже, я узнала последней, – сказала она. – Самое раннее, когда я могу вылететь, – завтра вечером, а это уже не будет иметь никакого смысла.
– Эмира, мне так жаль. – Аликс развернула Кэтрин, положив затылком к себе на грудь. Брайар подошла к Эмире и начала хлопать ее по коленке. – Но, наверное, лучше узнать сейчас, чем в аэропорту?