Отель растоптанных желаний
– Вера с Никой могут вернуться в любой момент, – наконец, прошептала она.
– Да? А хорошо как тут… – Он потянулся всем телом, приподнялся, упираясь в подушку локтем. – Но правда нужно вставать. Не будем шокировать мою жену этой сценой.
– Практически бывшую жену, заметь! На днях развод. И свобода впереди, что так цените вы, мужчины.
Сказала – и прикусила язык. Вот уж не подумав, сказала, словно ждала в ответ опровержений своих слов. Не нужна ему свобода, нужна женщина рядом? Таких слов ждала? Татьяна быстро подхватила свою одежду, пошла в ванну, прикрывая халатом обнажённое тело. Хотя, если быть честной, её фигура ещё очень даже ничего. И ноги с узкими щиколотками ещё стройны, и талия не расплылась вопреки годам, которые, как сумасшедшие, несутся вскачь.
Когда вернулись Вера и Вероника, Татьянин гость мирно пил чай на кухне. Перед ним печенье и конфеты, обычная история, лишь странно блестевшие глаза могли бы выдать его состояние, если б чей-то внимательный взгляд прошёлся по лицу Александра.
– Бабушка, – с порога крикнула Вероника. – У Вальки тоже мама будет, представляешь? И тоже хорошая! Мама доктор! Мы видели её! И будем с ними дружить!
– Ну вот, все новости сразу выдала, – улыбнулась Вера. – Но всё так, мам, Вале наконец-то повезло.
– Как я люблю хорошие новости…
Фантастический день, который вряд ли когда-нибудь исчезнет из памяти Татьяны Сергеевны, подходил к концу. Этой ночью она уснёт не сразу, будет долго ворочаться в постели, ещё хранившей присутствие Александра, будет перебирать в памяти незабываемые минуты их любовного свидания и гадать, что будет дальше. Будут ли они вместе? Через месяц, через год? Или, может, для него это случайный порыв, минутная слабость? Бросило двух одиноких людей в объятия друг друга. Как там? «Вот и встретились два одиночества?» Бывает… Но Татьянина интуиция была против, интуиция подсказывала ей, что она тоже нравится Александру. Женская интуиция – великая вещь. Она не любит шутить, и крайне редко ошибается.
* * *
– Ну, что, показать тебе злачные места Казани? – оторвав взгляд от дороги, Филипп перевёл глаза на брата, сидевшего рядом на переднем сиденье автомобиля.
Марк усмехнулся и выразительно закатил глаза. Покажет он! Нашёл, что показывать!
У Марка было время поболтаться по барам и ночным клубам этого города во время сессий, когда он приезжал сюда, вырвавшись из-под ненавязчивой, но всё же ощутимой опеки отца. Учёба учёбой, но студенческие сессии тем и хороши, что сдав очередной экзамен, ты пару дней свободен, как ветер. Да и перед экзаменами был целый месяц лекций, а значит, целый месяц свободных вечеров, которые юный Марк не просиживал дома. Приезжая в Казань, он как с цепи срывался, зависал в барах, крутил ни к чему не обязывающие романы, короткие, как и сами сессии студента-заочника. Большим бонусом оказалось то, что узнав в нём иностранца, да ещё такого симпатичного, девушки льнули к парню, словно он был с другой планеты, где живут более красивые, более качественные люди, чем те, что окружали их здесь.
– Погнали в «Зажигалку», что ли? – полувопросительно-полуутвердительно бросил Фил.
– Погнали.
Сегодня они впервые решили провести вечер вместе, и Филипп намерен развлечь брата. «Зажигалка» – ночной клуб, довольно популярный у городской молодёжи благодаря удачному расположению и демократичным ценам на выпивку.
Марк помнил это место – красно-бордовый свет, атмосфера полумрака, ухоженные и сексуальные девушки, танцующие или у шеста или на маленькой сцене. С кем он был здесь? Катя, Олечка? Уже и не вспомнить. Исчезли из памяти их имена, словно сухие листья, что разметал по тротуарам осенний ветер. Кажется, вот за тем столиком они курили кальян на зелёном яблоке и целовались. Удивительная штука память! Про зелёное яблоко вспомнил, а имя девушки в короткой кожаной юбке забыл.
Марк вздохнул. Постарел он, что ли? Уже не интересны ему ни Кати, ни Олечки и совсем не тянет в злачные места, но он не станет признаваться брату в этом. Но, в самом деле, Марк бы лучше провёл время с Верой или поиграл с Вероникой в её любимые прятки, а потом понаблюдал бы, как она рисует. У Ники оригинальный взгляд на мир и явный интерес к рисованию, надо обязательно развивать эту склонность. Но отец просил общаться с братом, чтоб поближе узнать друг друга, чтоб сродниться по-настоящему. Отец, как всегда, прав, не так много у Марка родных по крови людей. Совсем мало, раз, два и обчёлся, как говорят в России.
С Филиппом, скорее всего, он быстро найдёт общий язык, а вот Элеонора… С ней всё сложно. Ей, невиноватой, Марк вменял в вину то, что не было её рядом в далёком детстве. И не хотел, а винил, хотя понимал – она сама пострадала, это её лишили сына на долгие двадцать восемь лет…
– Музыка здесь на высоте, – Филипп уже тормозил у яркого, сверкавшего огнями, входа в бар, – и фирменные коктейли тоже ничего. Раньше мы с Ингой тут часто бывали.
Марк уже видел эту Ингу, его жену. Красивая, с тёмно-медной кожей, светлые волосы копной спускаются на плечи. Но слишком яркая, слишком раскованная. Не в его вкусе. Для Марка же полна бесконечного очарования женщина скромная, сдержанная в выражении эмоций. Такая, как Вера.
Улыбавшаяся официантка проводила их к столику. Совсем рядом, за шестом, под ярким пучком света вяло крутила телом блондинка в блестящем купальнике. Крохотный, едва видимый глазу, слишком смелый купальник лишил девичье тело манящей полуприкрытости, и оно не вызывало никаких желаний, не будоражило воображения. В ожидании коктейлей братья немного поболтали, но разговор не клеился. «Похоже, не так быстро мы найдем путь друг к другу», – подумал Марк. Есть одна тема, которая ему интересна, но не для этих стен. И всё же спросил:
– А что, Раевский, всё ещё с вами?
– Свалил, собрав вещички, – Филипп помрачнел. – Они с матерью разводятся. Да и я его видеть не хочу. Никогда!
– А где он живёт, не знаешь? – стараясь придать голосу безразличие, поинтересовался Марк.
– Наверное, в отеле. Этот не пропадёт. Что, хочешь увидеться с ним? Я сброшу тебе адрес в смс. Повторим? – Фил постучал пальцем по пустому стакану. Видно было, что о Раевском он не желал больше ни слышать, ни говорить.
– Я пас, – Марк поморщился, – что-то нет настроения, прости.
Он хотел бы встать и уйти из этого не самого симпатичного места, но некрасиво так поступать с братом.
– Признайся, хочешь свалить, – засмеялся Филипп, – но не находишь предлога? И совесть не позволяет?
– Ого! – Марк был удивлён. – Да ты читаешь мои мысли? Или это загадочная связь близнецов, о которой везде говорят?
– Знаешь, – лицо Филиппа вдруг стало серьёзным, – я и правда чувствую в тебе родную душу.
Его тёмные брови сдвинулись, а на переносице образовалась морщинка, совсем как у самого Марка, когда он думал о чём-то важном. Сейчас Марк смотрел на сидевшего рядом парня совсем другими глазами, как будто видел впервые. Вот они удобно устроились за столом друг напротив друга и одинаково закинули ногу на ногу, а разговаривая, оба немного наклоняли вперёд голову, словно пытались боднуть собеседника. Поразительное сходство, как Марк раньше не заметил! Что ещё у них одинакового? Серые глаза с золотыми искрами вокруг зрачков? Он перевёл взгляд на лицо Филиппа. А ведь так и есть…