Мажор. Право на ошибку

Вот чувствую какой-то подвох — до сих пор в голове эхом звучат его слова:
“Думаешь, такая мелочь, как побег нерадивой красотки заставит меня отступиться от своего?”
И это останавливает меня от того, чтобы сейчас согласиться на предложение Платона…
— Н-да, — тянет парень, закатывая глаза. — С доверием у нас туговато. Ладно, давай начистоту. В моей квартире три комнаты — выбирай любую. Я обещаю, что на твою, э-ээ… — усмехается, а я снова его легонько бью кулаком по плечу.
— Балбес!
— Есть немного, — ловит меня за руку, заставляя разжать пальцы. — Претендовать не буду, — заканчивает, а после…
В общем, мне все еще мерещится, так как в происходящее не верится. От слова совсем.
Ну, не может Платон Терехов нежно целовать мои пальцы! Просто сон какой-то, причем приятный. Можно, конечно же, не верить, закрывать глаза и пытаться проснуться, но парень целует. Аккуратно дотрагивается губами, а после переплетает наши пальцы.
— Платон… — голос меня не слушается, но мой спутник сейчас играет роль настоящего джентльмена. Перебивает, не давая мне возможности закончить:
— Я очень устал, как и ты, — снова печально вздыхает, причем довольно громко, и так же с грустью улыбается. — Нет никакого желания снова садиться за руль, везти тебя домой, а после снова сюда возвращаться. К тому же, — этот хитрец приподнимает одну бровь, а я снова предчувствую какой-то подвох. — За то, что сегодня нарушил условия договора, готов понести наказание в виде ужина.
— Ты умеешь готовить?!
Терехов меня удивляет! Причем за сегодняшний день уже не в первый раз! Оказывается, он может лапочкой — заботливый, ответственный, готовый прийти на помощь в трудную минуту.
Еще и готовит! Да это же мечта любой женщины!
“Не вздумай в него влюбиться!” — настойчиво бьет по оголенным нервам внутренний голос, а я прогоняю из головы всю ту романтическую чушь, которая слишком уж настойчиво пытается туда залезть.
— Пока ты спала, — Платон дотрагивается указательным пальцем до моего носа, — я заказал еду в ресторане.
— А я-то уж понадеялась…
— Идем, а то кормить тебя передумаю!
Честно говоря, таким Платон мне нравится больше. Когда шутит, заигрывает, отвечает взаимностью на мои шутки и подколки. И ни разу не показал своего превосходства или надменности, как он обычно это делает.
Простой парень… В которого действительно так легко влюбиться!
Особенно когда держит за руку, пропускает вперед, открывая дверь, а так же первой позволяет мне зайти в лифт.
Я поворачиваю голову в сторону Платона, и наши взгляды встречаются…
Секунда, две, три… Стрелки часов бьются прямо в такт с моим сердцем.
Да что, черт возьми, происходит? Почему вдруг я начинаю столь резко, а главное неожиданно менять свои взгляды и симпатии? Ведь он — негодяй, каких еще стоит поискать. Предатель, высокомерный индюк, эгоист…
Или все-таки нет?
— Приехали, — Платон выводит меня из состояния эйфории, а я мысленно чертыхаюсь, отводя взгляд от лица парня.
Стояла и пялилась на него, как дура. Господи, стыдно-то как за свое поведение. Хорошо, лифт быстро приехал на нужный этаж, двери так вовремя открылись, и парень меня спустил с небес на землю. А то неизвестно, до чего моя слишком уж разбушевавшаяся фантазия додумалась бы.
Надо же так попасться — кривая улыбка так и не сходит с лица моего спутника. Косится в мою сторону, пока дверь открывает, а я стараюсь не смотреть на Платона. Такой сумбур в голове, что сейчас хочется лишь одного — спрятаться, чтобы меня никто не нашел, желательно под одеяло с головой, и не думать ни о чем. Просто выбросить весь тот сумбур, что сейчас творится, из мыслей.
Завтра. Я со всем разберусь завтра, на свежую голову — и со своими эмоциями, и со своими новыми чувствами, и с Платоном.
Ну, зачем он снова появился в моей жизни? Зачем снова внес в нее полнейшую неразбериху? Я ведь привыкла, что ему нельзя доверять, но сегодня…
— Обалдеть! — рассматриваю квартиру, прогоняя все глупые мысли вкупе с вопросами прочь. — Ни разу не видела, как живут олигархи, — усмехаюсь, пытаясь и перевести разговор в нейтральное русло, и заодно расслабиться, больше не думая ни о чем.
— Нравится? — Платон бросает ключи от квартиры и автомобиля на полочку, разувается и подходит ко мне.
— Когда-нибудь я тоже куплю себе собственное жилье! — смотрю парню в глаза и впервые в жизни с кем-то делюсь своими мечтами.
Оказывается, это приятно. И совсем не страшно. Особенно, когда Платон честно отвечает:
— Обязательно, — уверенно кивает в подтверждение своих слов. — С твоим-то упорством можно горы золотые свернуть, — смеется, заставляя меня краснеть.
— Не веришь? — я прищуриваюсь, глядя ему в глаза.
— Почему же, верю, — снова уверенно, и я очень надеюсь, что честно отвечает парень, не отводя взгляда.
Приятно, чего уж душой кривить, хотя стыдно до сих пор за нашу встречу с Платоном в его кабинете в день подписания контракта. Глупо получилось, слишком наивно и по-дурацки, но мне наука на будущее. Как нельзя себя вести! Даже если ненавидишь человека всем сердцем!
Зато правила с наставлениями от Аделаиды получила — это вообще бесценно в модельном бизнесе! Да и в жизни пригодится, если действительно придерживаться этих правил.
И я очень надеюсь, что Платон вспоминать об этом досадном инциденте все-таки не станет…
— Можно посмотреть? — киваю на одну из дверей, на что мой спутник лишь пожимает плечами.
— Да пожалуйста, ничего секретного я там не храню.
На самом деле, мне просто нужен небольшой передых. Успокоиться, взять себя в руки, немного расслабиться, а то ведь напряжение зашкаливает. Ну и любопытство никуда не деть. Это ж сколько бабок Платон вложил в ремонт? У меня голова кругом идет.
Так, ванная (по моим скромным прикидам — больше на однокомнатную квартиру похожа), кабинет парня (тут сужу исключительно по огромному письменному столу с компьютером и кучей бумаг на этом самом столе), спальня…
А здесь прямо дух захватывает — и от красоты, и от размеров.
Куда уж моей скромной съемной квартирке до хором Терехова, хотя и нынешнему жилью я безумно рада. Могу позволить себе оплатить его из честно заработанного гонорара и ни от кого не зависеть, как делает часть моих одногруппниц.
Я бы так не смогла — не с моим характером под кого-то подстраиваться, постоянно выпрашивая деньги.
Но все равно хочется свой дом, пусть и крошечный, которого у меня, по сути, никогда и не было. Даже под одной крышей с мамой, отчимом и мелкими я чувствовала себя не в своей тарелке. Чужой. Никому не нужной. Даже…лишней.