Дегустатор ядов

— И вам доброе утро, генерал Майе!
Как и прежде, он эффектно развернулся, отчего плащ взмыл в воздух, и широким шагом направился прочь из кухни. Я метнулась следом, нередко переходя с шага на бег, и вскоре оказалась в крохотном помещении. Здесь стоял всего один стул и стол со множеством столовых приборов, а стены были драпированы белоснежным шелком. Дегустационная!
Майе оперся спиной о дверной косяк, сложил руки на груди и впился в меня колючим взглядом. Около минуты он неизменно смотрел мне в глаза, будто хотел прочесть в них ответ на не озвученный вопрос, затем понурил голову и снова взялся за старое. Казалось, он видел меня насквозь, не говоря уже о кулоне, скрытом плотной белой рубашкой и синим кителем.
Я чувствовала, как заходится в частом стуке сердце, и ничего не могла поделать. Воспоминания против воли начали уносить меня в летнюю ночь, полную страсти и бесчисленных поцелуев… Кровь в венах забурлила, в животе запенилась теплота, которую довелось испытать лишь однажды.
Будь у меня пространство для маневров, я бы забилась в дальний угол, а не стояла бы на расстоянии вытянутой руки от Майе. Все-таки оказаться с ним наедине, да еще в крохотном помещении, было непростительной ошибкой.
— Как обустроилась? — внезапно спросил он явно не из праздного любопытства или из желания выказать заботу.
Я заняла рабочее место и попыталась расслабиться, сознавая, что своей нервозностью усугубляю положение. Немного помедлив, выдавила:
— Отлично.
— Вот как… — Майе склонил голову и ухмыльнулся. — Поговаривают, из твоей комнаты всю ночь доносился грохот. Переставляла мебель?
— Не без этого. Размещала по своему вкусу.
— Значит, вечером зайду. Хочу взглянуть на новую планировку, — пояснил он, заметив озадаченность на моем лице. — Ты же не будешь против? — судя по тону, последняя фраза походила больше на утверждение.
Стоило вспомнить, какой беспорядок оставила в комнате перед уходом, и представить, что туда заявится генерал, меня чуть удар не хватил. Пластом лягу перед дверью, но не пущу!
— Буду, — смело заявила я и вскинула подбородок. — Перестановка в полном разгаре. Как закончу, обязательно приглашу вас.
Майе оторвался от дверного косяка, сделал несколько шагов в моем направлении и иронично заметил:
— Если не вылетишь оттуда прежде, чем настанет полночь. Странно, что этого не случилось еще вчера…
— С чего вдруг? Меня там вполне все устраивает, — ответила я с наигранным недоумением и начала загибать пальцы. — Две комнаты, собственная ванна, кровать с балдахином, большая коллекция книг. О чем еще может мечтать бедная адептка?
— С того, что в этих покоях и дня никто не прожил с тех пор, как умер архимаг Клирел. Сговоришься с демоническим отродьем — поплатишься, — грозно прошипел он, склоняясь к моему лицу.
Теплое дыхание коснулось губ, вызывая приятную дрожь в теле. Угомонившееся сердце вновь пустилось вскачь.
— И вы туда же, — фыркнула я и попыталась отклониться как можно дальше. Не вышло, помешала высокая спинка стула. — Нет там никакого ночного духа. Вы его видели?
— Его нет, а вот синяки под глазами слуг, претендовавших на эти покои — не раз. — Майе достал из кармана брюк серебряные часы, открыл крышку и снова убрал их. — Пора накрывать на стол. Надеюсь, ты меня услышала.
— Со слухом, как и с обонянием, у меня все в порядке.
Исчерпав тему разговора, он снял взмахом руки запирающее заклинание с двери, что связывала дегустационную комнату с кухней, и толкнул ее воздушным потоком. Слуга с круглым подносом в руках тут же уверенно шагнул в помещение. Его ливрея состояла из бордового камзола с вышивкой по бортам, коротких белоснежных штанов, перчаток, плотных нитяных чулок и, конечно, золотых галунов.
Я убрала маленькую серебряную клипсу в кожаный футляр, сделала глубокий вдох и ощутила изумительный аромат тыквенного пирога. Эта нежная и вкусная выпечка давно стала в нашем королевстве символом семейного единения, которого мне не дано было познать.
Стараясь не поддаваться грустным мыслям, я отрезала крохотный кусочек выпечки, быстро поднесла к носу, пару раз шумно втянула исходящий от него запах и, не уловив ничего необычного, положила в рот. Песочное тесто великолепно сочеталось с яркой начинкой. Если бы не стоящий позади Майе, я бы закрыла глаза и насладилась удивительным вкусом пирога, возможно, отрезала бы даже еще кусочек.
Я подала лакею знак уносить выпечку, повернулась вполоборота и возмутилась:
— Так и будете дышать мне в спину?
— Не вижу в этом проблемы, — ответил личный надзиратель.
— Вы мешаете мне работать. Лучше займитесь делами. Уверена, у вас их полно, — произнесла я с нарастающим раздражением.
Светлые брови начальника взлетели вверх. Несколько секунд он смотрел на меня с нескрываемым удивлением и лишь затем проговорил:
— Хочешь, чтобы я оставил тебя одну? В первый рабочий день? Не дождешься, — прошипел он, склонившись к моему лицу так низко, что наши губы почти соприкасались. — Я буду рядом днем и ночью, следовать по пятам, пока не заслужишь доверия. Что практически невозможно, учитывая твою натуру.
— Днем и ночью, говорите. Но сейчас утро. Значит, ваше время не пришло, — протянула нараспев, наблюдая, как в глазах Майе разгорается искра злости, — может, позже заглянете в…
Закончить фразу не позволил слуга, появившийся в дегустационной столь внезапно, что я растерялась. Правда, всего на миг. Быстро собравшись с мыслями, придала лицу невозмутимое выражение и отрезала кусочек пирога с королевским инжиром и грецкими орехами.
— М-м-м… Как вкусно! — слетело с губ восторженное восклицание.
Медово-сладкая мякоть смоковницы идеально гармонировала с освежающей кислинкой кожуры и слегка терпким вкусом орехов, придавала мягкому, воздушному, в меру влажному тесту неповторимое своеобразие.
— Поживее нельзя?! — недовольный голос Майе, раздавшийся из-за спины, заставил меня вздрогнуть. — Такими темпами мы до обеда не закончим!
Взвесив слова генерала, пришла к выводу, что он прав, и значительно ускорилась. Я накладывала на блюдце ложку десерта или каши, брала крохотный ломтик ветчины или сыра, дегустировала и давала знак уносить поднос, сменяя при необходимости посуду и столовые приборы. В итоге лакеи забегали с такой скоростью, что вскоре у многих на висках появились капельки пота. Глава безопасности молчал. Казалось, он был доволен происходящим.
Я испытала неописуемое облегчение, когда главный повар прокричал во всеуслышание: «Стол накрыт!». Все блюда показались мне очень вкусными, но их разнообразие повергло в шок. Я не привыкла к столь плотному завтраку, а также не видела необходимости в таком количестве еды.
«Неужели королевская семья все это съест?» — невольно задалась вопросом.
Тыквенный пирог, пирог с инжиром и грецкими орехами, ячменная каша, рисовая каша с изюмом, блинчики с яблоками, с медом, творог с фруктами — малая часть того, что удалось вспомнить!