Проклятые души

Но все равно мало информации, и она недостоверная. Чего не хватает в этой цепи? Какую угрозу я несу для империи смерти?
“Адептка, Веарте! Немедленно пройдите к ректору!” – пронеслось по всей академии.
Всем телом вздрогнула от громкого голоса, вызывающего мою скромную персону на ковёр в праздничный день. Профессор смотрит с укором во взгляде. Покачал головой, явно полагая, что я уже где-то напроказничала, но ведь, я и сама не знаю, что стряслось. Может из-за объявления на стенде? Пришлось признать, что все может быть и плестись в кабинет многоуважаемого руководства академии для выяснения обстоятельств вызова меня. Тенью же за мной последовала охрана, ну как тенью. Не видно, не слышно, но неизменно недовольно сопит в затылок. Это Каин. Злюка. Бяка. Псих.
– “Дырку просверлишь” – сделала я посыл черномордому.
– “Сквозное черепное…” – задумчиво протянул он. – “Было бы не плохо” – вот же козел безрогий! Я к нему со всей душой, понимаешь, а он!
– “Извечная мечта труса – сделать что-нибудь героическое и не пострадать.” – ответила усмехнувшись.
– “Вот я щас не понял, это ты меня трусом считаешь или себя бессмертной?!” – взбесился отреченец.
– “Задай мне этот вопрос лет так через тысячу, если осмелишься” – парировала я и шумно распахнула дверь. Шумно – это с силой покрутила ручку и поддала двери скорости ногой. Что на меня нашло? Да мрак его знает.
– Адептка! Вы себе что позволяете?! – облил меня кто-то с пепельными волосами холодной яростью. Ну я и вспыхнула, щеки раскраснелись, верхние зубы сомкнулись с нижними в поединке “кто кого”, глаза почти метали молнии, а ногти пытались содрать кожу с ладоней. – Веарте, не надо нервничать. – как-то сразу успокоился ректор, странным образом озираясь по сторонам.
И вообще… Вы знали, что слова “не надо нервничать” хорошо приводят человека в состояние тихого бешенства? До сего момента, я тоже не знала, но медленно это поняла, когда меня начало хорошенько трепыхать. Бесило вообще все. Отшатнувшийся в сторону ректор, хватающийся за какую-то фиговину в виде кристалла на шнурке; Тихо сопящий, но упорно не выходящий из своего укрытия за шкафом с книгами дядька; Каин, сверлящий взглядом затылок (дверь-то я не закрыла); Дурацкий кабинет со светло-зелеными стенами, в котором хотелось, как минимум кого-нибудь убить; Да даже хрустальная ваза, мирно покоящаяся на столике у окна, коею хотелось зашвырнуть в ректора, чтобы услышать самый прекрасный на свете звук “треськ”
– Целителя сюда. Живо! – проорал ректор в кристалл. Интересно, у него кукушку сдвинуло или это не болезнь, а средство общения?
– Не надо. На меня. Орать! – вспыхнула я, переходя из стадии тихого бешенства в жуткое состояние бешеной ярости.
Вокруг нас сгустился воздух и в этот момент можно было почувствовать, как же хреново живется мухам в меду. Напряжением в пору было питать всю академию для освещения помещений электрическим светом. Даже потрескивания были слышны, но я как-то не особо на это обращала внимание. Меня в этот момент раздражал сильно дядька, который так и не осмелился выйти из укрытия, но ничего, это я исправила. Каким-то неведомым мне способом шкаф быстро отлетел в сторону, а дядька с черными кудряшками и синими глазами в упор уставился на меня. На лице был неописуемый восторг вперемешку с восхищением и даже это меня взбесило. Отчего вдруг?
– Веарте, возьмите себя в руки! – прохрипел ректор.
– В ноги, в зубы и в узды – резко ответила я и шарахнула в него стазисом.
Ректор не слабак, хоть и сильно удивился моим навыкам (ага, это я про заклинание стазиса говорю, на подготовку которого уходит минимум год, но я ж с прибабахом. Геральда измучила, пока тренировалась, но научилась-таки), но увернулся и ка-а-ак бросится на меня. Падение было быстрым, но не предсказуемым. Меня припечатало к дверному косяку так, что звезды можно было руками собирать. Сыпались они, надо полагать, прямо из моих глаз. Пока я их считала, дядька с кудряшками подлетел ко мне и прикрикнул на главу академии.
– С ума сошел?!
Эдвард Райхо, славящийся своей выдержкой и хорошими манерами за пределами академии грязно выругался.
– А что мне оставалось?! Разнесет академию и глазом не моргнет!
Пока они перекидывались фразами о моей персоне, я тихо поскуливая отползала в дверной проем. Вид был хреновый, с темными пятнами, а голова кружилась. Но как оказалось, третий свидетель моей психической неуравновешенности (сам тот ещё псих) все так же стоял в дверях.
– Ты куда? – удивление в его голосе меня замешало.
– “Э-э-э… Вариант “отсюда” тебя устроит?”
Смешок, за которым ответа так и не последовало. Я обиженно засопела и вернулась к разговору двух взбесивших меня людей. Или это с Каина все началось?
– …да ты рехнулся! – шипел дядька на “Его Величество”
– Сам посуди, от нее невозможно чего-то ожидать! Лучше сразу закрыть в агеоломате и ждать нужного нам момента! Это и безопасностью обусловлено. – отмахнулся ректор.
Эй, ребятки! Вы о чем? Что такое агеоломат?
– “Считай, тюрьма в самых нижних коридорах подземелья.” – озвучил мою догадку черномордый без намека на сочувствие.
– Да это же темница!
– А заниматься она как будет?!
– Да! – встряла я поддерживая озвученный вопрос. И к счастью на меня не обратили внимания.
– Предоставим все необходимое. Книги, учебные принадлежности… – начал было перечислять ректор.
– Учительский состав ты тоже заставишь бегать в подземелье? Где ей там тренироваться?
– Да! – снова вякнула я.
На этот раз меня не оставили без внимания. Я бы даже сказала окатили ледяным презрением, в частности, ректор. Захотелось забиться в угол и беззвучно рыдать, ища смысл в жизни. Почему? Потому что я на себе таких взглядов ещё не испытывала. Моя кожа покрылась гусиными мурашками от мысли, что этот человек может закрыть меня в темнице. И буду я, как красновласая лохуд… э-э-э, принцесса, ждать своего спасителя ясноокого. Тьфу ты! Вот это меня понесло!
– А что это было? – решилась-таки поинтересоваться я.
– Всплеск магии. И, я так подозреваю, рецидив. В следующий раз, держите себя в руках, Веарте. – разглядывая мое лицо ответил глава академии.
– Э-э-э? А когда ещё такое было?
– А Вы не поняли? В тот день, когда вернулись с учений.
– Это будет происходить против Вашей воли и неожиданно. Но лучше научиться распознавать всплеск и подавлять его. – вставил дядька.
Так вот почему меня так накрыло тогда! Ну не мудрено, что Геральд жаловался Петруше на “почти-обрушение-стен-общежития”. Вот только о том, я не помню ничего. А сейчас почему появилось такое дикое желание убить? А если бы я в это время на лекциях была?
”Это ж чего было бы?!” – ужаснулась я, хватаясь за голову.