Проклятые души
***
Впервые это чувство возникло очень давно. Ты будто смотришь в бездну, пытаясь разглядеть её дно, но всё безрезультатно, и ты не знаешь, есть оно там или нет. Только странное ощущение томится в груди. Словно сомнения, страхи, надежда и вера собрались в один комок, пытаясь превалировать друг над другом. И вот так, не веря самой себе, не веря бездне, ты пытаешься понять: стоит ли прыгать?
Нет – значит остаться у этой самой точки, да – значит прыгнуть в неизвестность, третьего попросту не дано. Вот только… Ты можешь стоять здесь вечно, но рано или поздно всё равно решишься на шаг в пустоту.
Это чувство сидит глубоко в чертогах души, и касается тёмной стороны нашего существа. Тьма – мать всего. Из тьмы вышло всё, чем может похвастаться любой из тысячи миров. И да, тьма есть в каждом из нас. В ком-то больше, в ком-то меньше. И эти величины играют огромную роль для таких, как Альмата.
Я нужна была ей с момента своего становления на круг перерождения. Сотканная из тьмы, я могла уместить в себе столько, сколько могло потребоваться ей для возврата этой частицы. И да… моя жизнь в её планы не входила. После раскола душа не может существовать. Это было целенаправленное уничтожение.
Когда Альмата вернула мне память, она вернула её всю. С самой первой жизни в родном мире, где автомобили ездят с помощью магии, а школы преподают ведическую науку. Я помню себя и маленькой девочкой, дёргающей брата за ворот рубашки. Помню и девушкой, у которой было три сестры и отсутствовала магия. Помню войну, что настигла нас неожиданно. Даже чувство горечи утраты. Помню первую встречу с ним, когда душа умчалась в пятки от страха… погоню. Помню, как прокляла нас… А ещё я помню саму тьму. Тёплое родное ощущение, которое ни капли не похоже на то, что сопровождало меня на протяжении всей жизни в теле Лины. Сейчас я знаю в чём дело. Там я сама была тьмой. Душой без тела. И тепло это было моё. Собственное.
А когда я умерла с частицей богини, я её поглотила, став вместилищем чужой магии. Может Тьма и способна управлять рождением душ, но отнять то, что «принадлежит» ей, она не смогла. И не сможет, пока я сама не отдам.
Стоит ли говорить, что, поняв, что всё это время делала со мной Альмата, я разозлилась?
Не благодаря ей я обрела своего демона ночи. Благодаря ей он потратил много лет на мои поиски. Благодаря ей я потеряла ребенка, в зарождение которого даже не успела поверить. Благодаря ей я страдала всю эту жизнь. Чтобы что? Чтобы вернуть ей проклятую частицу тьмы!
А уж снятие нашей привязки и вовсе стало последней каплей.
Хочет её? Ну так пусть получит! Сполна!
От отчаяния и боли не осталось и следа. Всё наполнилось всепоглощающей ненавистью к той, кто несомненно был виновен во всех бедах.
Всё, что мне нужно было с самого начала существования в новом теле – это принять себя. Принять такой, какая я есть. Принять тьму своей души. Вот только под влиянием амагичного мира, где всё ненормальное считается отклонением и патологией, сделать это крайне непросто, и Альмата знала об этом. Но сейчас, когда я понимаю, каково чувствовать в себе силу…
Я глубоко вдохнула и вобрала в себя всю тьму, что кружила вокруг. Из горла вырвался крик боли, увеличивая страшную эмоцию, преобразуя её в более масштабную форму. Абсолютную форму тьмы. Чувство переполненности не в теле, в душе. Кажется, ещё немного, и я просто взорвусь, но… мы единое целое. Изначально. С момента перерождения ощущала это. Просто нужно было принять, не боясь сойти с ума.
Чернота вокруг сжалась до звона костей, но тут же рванула наружу вместе с мыслью о том, что богиня Тьмы никогда не была богиней… Просто такая же душа, достигшая пика, но павшая на становлении божеством. Бракованный бриллиант, треснувший по грани доброты и всепрощения, осколок которой каким-то неведомым чудом достался мне.
Когда тьма расползлась до самого горизонта, я наконец увидела её. Удивлённая. Встревоженная. Напуганная.
– Что за..? Как ты это..?
– Не зная всех основ своего существования, пытаться управлять другими? Глупо, Альма, не находишь? – усмехнулась я, глядя в её кобальтовые глаза. Ненависть во мне кипела, ища выхода, но я сдерживалась.
– Я стала такой, когда у вселенной на тебя ещё планов не было! – рявкнула она.
– Это не давало тебе никаких прав на распоряжение чужими душами.
Псевдобогиня насмешливо сощурилась.
– Тебе-то откуда это знать? Когда я развеяла свою оболочку здесь был только Альгат. Кто мог дать мне такие права, Лиа? Ты всего лишь никчемная душонка, способная удержать мою магию в себе. Только и всего!
Альмата не знала, что всё это время находилась между уровнями. Наша вселенная, как слоёный торт, где начинка – это уровень, а тесто – дверь. Альмата и её спутник застряли здесь, не имея возможности выбраться. Они уже не души, но еще не посвященные во власть высшей силы.
– Действительно, – продолжала желчно насмехаться я. – Откуда же мне это знать? Может всё дело в том, что я стою перед тобой целая и невредимая?
Несколько секунд, пока псевдобогиня осознавала масштабы своей личной катастрофы, я смотрела на демона ночи, что не мог отвести от меня взгляда. И молчала, видя непонимание в его глазах. Тоски внутри больше не было, но я чётко знала, что наши души неразрывны и без заклинаний. Он мой демон, пусть я сейчас и не его ведьма.
Сейчас его больше ничего не держало рядом со мной, но всё ещё что-то тлело в глубине яркой, как очаг костра в ночи, демонической души.
– Прости меня, – произносит беззвучно.
Я знаю за что. За то, что не нашел, не увидел, не понял.
И я улыбаюсь в ответ, как улыбнулась бы оступившемуся ребёнку. Я не виню его, ведь он, как и я был частью чужой игры.
Почему-то сердце замёрзло, будто скованное льдами Антарктиды. Оно не стучит, как сумасшедшее, да и вообще не бьётся.
– Это не твоя вина, Дар. Это изначально план Альматы, который достиг своей цели.
– Ты должна была исчезнуть! – кричит черноволосая, которую я когда-то считала богиней тьмы и матерью всего сущего. – Ты должна была выпустить частицу.
Я улыбаюсь и перевожу на неё взгляд. В моей руке мягко пульсирует адамант, но я не тороплюсь его демонстрировать. Ещё чуть-чуть хочется посмотреть на демона. Запомнить его тревожный взгляд и блеск синих, как космос глаз. Вот только что-то в нём меняется. Он неожиданно резко напрягается и хмурится, будто готовится к схватке.
– Я всё равно тебя уничтожу! – шипит Альмата, вскидывая руки.
Заклубились пары чёрной магии. Завьюжили горячие ветра, подхватывая острые песчинки. Но на моём лице продолжает играть улыбка, а взгляд снова возвращается к демону.
– В следующий раз я обязательно признаю тебя.
– Следующего раза не будет, дорогая! – рычит демон и взмахивает рукой, чтобы через долю секунды пропасть в красной вспышке света.