Основано на лжи

Тот день не отличался от множества других, которые были последнее время. Утром я позавтракала, заварила себе вкусный китайский чай, а затем, сев в такси, отправилась на работу.
Вот уже год я трудилась в рекламном агентством и всерьез надеялась на должность креативного директора. Мне не раз говорили о том, что у меня большие перспективы, и, хотя, работа не приносила того должного удовольствия, я была рада своей целеустремленности и трудолюбию.
Когда я вечером вернулась домой, там уже был мой отец. Он сидел над какими-то бумагами, явно весь погруженный в работу.
- Привет, - я улыбнулась, заскакивая в кабинет. Кто-то скажет, что жить с отцом, когда тебе уже двадцать пять, не самое правильное решение, но нам обоим это очень нравилось. Так получилось, что папа воспитывал меня один, и он был для меня самым близким человеком. Возможно, когда-то я встречу того единственного, с которым свяжу свою судьбу, но пока у меня на горизонте никого, я не собираюсь расставаться с папой. Не собиралась.
Очень часто наши планы претерпевают изменения, о которых мы не можем предугадать заранее. Так и было и в тот, казалось бы, абсолютно обычный день.
‍
Звонок в дверь раздался неожиданно. У моего отца не так, чтобы много друзей. Мы с папой по жизни одиночки, я тоже не слишком подпускаю к себе кого-либо. Есть, конечно, те, с кем я провожу выходные, но я бы не посветила этих людей в свои тайны. Недоверие? Возможно. Но больше нежелание слишком сближаться. Мне комфортно, когда моя личная жизнь остается моей, и ничьей больше.
- Пап? Откроешь?
- Да, сейчас, - донеслось из кабинета. Я же, устроившись на кровати с ноутбуком, дотянулась до чашки с чаем, рассматривая свою презентацию на завтра. Она не будет решающей в плане должности, но, если я хочу получить это место, я все должна сделать безукоризненно.
В коридоре послышались шаги, затем звук открывающейся двери, а после какой-то шум.
- Пап? – я напряглась и отложила ноутбук.
Отец не отвечал, хотя я продолжала слышать какую-то возню.
Я выскочила из комнаты, сильнее запахивая халат. Что происходит?
Отца в коридоре не было, а шум доносился из кабинета. Я рванула туда, держа в руках мобильный. И то, что я увидела, было для меня больше, чем неожиданность.
Мой отец сидел в кресле, а по краям стояли два амбала, приставив оружие к его голове.
- Что вы делаете?! Кто вы такие?! – закричала я, и поняла, что даже не заметила, что напротив моего папы сидит еще кто-то.
Он мельком взглянул на меня, а затем кивнул одному из мужиков.
- Уведи ее.
Один из тех, с оружием, отошел от отца и бесцеремонно схватил меня.
- Убери руки! Сейчас же! Я полицию вызову.
- Не трогайте ее, - взмолил мой отец, осторожно поднимая голову.
- Не отвлекайся, - буркнул другой, ткнув его стволом автомата или чего-то еще. Естественно, что  в оружии я не разбираюсь.
Меня довольно бесцеремонно схватили за локоть, потащив из кабинета вон. И, хотя я упиралась, моей силы явно не хватало, чтобы соперничать с тем верзилой, что меня тащил.
Он затолкал меня в комнату, закрыв за собой дверь.
- Отпустите, - пропищала я, стараясь набрать на мобильном номер помощи. Но это тоже не осталось не замеченным, а мобильной мой был выхвачен и спрятан в кармане у бандита.
- Сиди тихо, - рявкнул он.
Что-то подсказывало мне, что спорить не стоит. Но то, что я не знала, как там мой папа, добавило мне смелости и хитрости. Мне было необходимо вернуться туда и попытаться поговорить с тем главным. Я понимала, что что-то происходит страшное, радовало лишь то, что пока не было слышно стрельбы.
Я села на край кровати, внимательно из-под опущенных ресниц, следя за своим надзирателем. Тот какое-то время не сводил с меня глаз, а потом ему явно стало скучно, и он стал рассматривать мои снимки на стене. Когда он слегка отвернулся, я рванула прочь из комнаты. Послышался отборный мат, но адреналин в крови не дал мне остановиться. На полной скорости я влетела в кабинет, где застала отца, всего в поту, подписывающего какие-то бумаги.
- Юля, - дрожащим голосом произнес папа, в тот момент, когда меня довольно больно схватили за локоть.
- Ты за девчонкой проследить не можешь? - раздраженно произнес их главный.
- Да она такая шустрая, - оправдался тот. – Я научу ее сидеть смирно, больше такого не повториться.
Я поняла, что у меня не будет второго шанса, поэтому взглянула на главного.
- Что вам сделал мой папа? Пожалуйста, я хочу поговорить…
Он внимательно взглянул на меня, приподняв уголки губ. Затем, кивком головы, указал амбалу, чтобы тот отпустил меня.
- Что сделал? – повторил он мой вопрос. – Он украл у меня пять миллионов. Как думаешь, достаточный повод, чтобы я его немного покалечил?
Сердце заколотилось. Не может быть, чтобы мой отец что-то украл…
- Здесь какая-то ошибка, - пробормотала я.
- Да ну? – усмехнулся этот человек, вставая с кресла. – Это ошибка? – повернулся он к моему отцу.
Папа молчал, бледнее на глазах.
Меня всю затрясло. Да что здесь происходит? Еще чуть-чуть, и я от паники потеряю сознание.
- Давайте поговорим, наверняка есть выход, - пробормотала я. – Мы можем отработать, может, как-то договоримся?
Мужчина улыбнулся, подходя ко мне ближе.
- Интересно, - пробормотал он, вставая прямо передо мной. Он был довольно высок, так что мой взгляд оказался на уровне его груди, пришлось поднимать глаза, хоть и было безумно страшно смотреть в глаза бандиту. – Отец вор, дочь проститутка. Хороша семейка…
Я даже не поняла, о чем он так презрительно говорит. И лишь потом до меня дошло, что он не совсем верно трактовал мои слова.
- Нет-нет, я не о том, - затараторила я. – Я о работе. О настоящей.
- Да ну? – улыбнулся он, а глаза при этом оставались холодными, как лед.
Я сглотнула, понимая, что мне нужно собраться.
- Мы можем поговорить с вами наедине? – спросила я, ежась от взглядов его парней.
Мужчина смерил меня взглядом, а затем кивнул.
- Десять минут.
Я усиленно закивала головой в ответ. Маленькая, но победа.
- Пойдемте на кухню, - тихо предложила я.
Так как возражений не последовало, я сама направилась в сторону нашего пищеблока, надеясь, что этот жуткий мужчина идет за мной и не планирует сделать со мной что-то страшное за те десять минут, что он выделил для нашего разговора.