Обертки от конфет

В передаче перезагрузили ещё несколько женщин с непростой ситуацией, а пёс все ещё никуда не делся. Наконец Петя прогнал с плечей демонят сомнения и залез в кроссовки и толстовку. Предварительно оглядел комнату и спрятал все, что нежелательно было слюнявить и грызть: оказалось, что из опасного в наличии только тапочки и пакет с пакетами. У каждого уважающего себя человека есть такой, а если нет, то с человеком что-то не так.
Неровными, но быстрыми шагами Петя сбежал по ступенькам и медленно высунулся за дверь с зажмуренными глазами. Так он на миг спрятался от реальности в надежде на то, что ему не нужно будет разбираться с потеряшкой. Но у реальности были другие планы, да и про планы судьбы на череду важных встреч помните?
Он, в смысле пёс, сидел у скамейки. Такой одинокий! Но казалось, он не терял оптимизма. Ветерок немного лохматил его рыжую шубку, а закатное солнце пускало на нее мягкие рыхлые лучи.
Петя подошёл и присел на корточки, чтобы показать, что он открыт и настроен доброжелательно. Пёс в ответ заинтересованно поднял морду и выпрямил ушки.
– Привет, дружок! Что же ты тут так долго сидишь? Где твой хозяин или хозяйка?
– Гав.
– Тебя как звать-то, мохнатый?
Петя протянул руку к новому знакомому и нащупал на ошейнике брелок в виде косточки.
– Бабл. Приятно познакомиться, мистер пес.
Уже стемнело, ветер холодный дует, пойдем ко мне, я тебя сосиской угощу, а завтра с самого утра будем твою семью искать. Надеюсь, с ними все в порядке.
– Гав! – это был гав в знак одобрения плана.
Бабл встал и вильнул хвостом.
– Идём, не знаю правда, как понравится это Индиане.
Странные всё-таки эти коты, иногда такие предсказуемые, особенно если дать коробку или показать солнечный зайчик, а иногда выкидывают тройные тулупы похлеще Плющенко. Мистер Джонс включил режим игнорирования ситуации. Несмотря на то, что она из ряда вон выходящая, и собак он отродясь не видывал, он отвернулся мордой в стену на своей лежанке, подмял лапкой под себя свою мягкую игрушку и дремал, но при этом громко сопел, словно не хотел, чтобы кое-кто забыл, что он все-таки здесь.
Петя показал приятелю квартиру, налил в миску воды и порезал сосиску, чтобы он подкрепился. Не каравай, конечно, но вроде Бабл остался доволен. Оба героя улеглись спать: Петя в свою кровать, Бабл на плед, расстеленный на полу. Эта необычная ситуация каждого вывела из зоны комфорта, если у собак тоже такие есть. Пусть не быстро, пусть неосознанно, спокойно и за ручку, но вывела и не сказала, когда пустит назад.
Что с человеком делает ответственность? Она распрямляет спину, поплотнее завязывает шнурки и поправляет галстук, а если нет галстука, то стряхивает пылинки с пиджака. Человек уже не думает о том, как дышать и ровно идти, он спокойно дышит и уверенно шагает к цели, обращая внимание только на предмет своей ответственности. Неважно, какой это предмет: щенок, десяток беззаботных школьников или куча денег. Может это просто ключи от квартиры, которые держит малыш, пока мама ищет телефон в сумке, а что – для малыша ключи это большая ответственность!
Но у ответственности большая сила, она может как пенное море взбунтоваться и не давать морякам вернуться в порт – лишать людей сна, заставлять руки потеть и терять вещи, которые ещё минуту назад плотно сидели в ладони. Это одновременно и созидающая сила, и разрушающая, а значит мощная и опасная. Но и человек – создание не простое, не зря он придумал кнут, пряник, дрессировку и дыхательные упражнения.
Петя отдал предпочтение дыханию. Впереди волнительная ночь и непростой день, который ещё надо придумать, как пережить. Но об этом завтра. А сейчас вдох, выдох, вдох и закрываем глаза.
 
Петя ищет хозяина
Проснулся Петр в холодном поту и теплых слюнях под грохот падающих предметов, которые Мистер Джонс словно ледокол сбивает на своем пути к фикусу. Его непременно надо погрызть перед завтраком. Что за день будет у кота, если в промежутке между лёгкой зарядкой на кухонном столе и ароматным (на самом деле довольно вонючим) кормом в его желудке не появится свежий зелёный аппетитный (тоже нет) листик любимого фикуса Петиной мамы. Кто-то балует себя круассанами, а кто-то – беззащитными растениями. Ох уж эта гастрономическая пропасть между двуногими и четвероногими.
Сначала был облизан нос, затем щека, и, наконец, прежде чем снова нос перетянул внимание на себя – ухо. Менее приятно было носу, потому что он унюхал запах из собачьей пасти, а если вам предложат хороший аромат для пробуждения, то такого даже в ТОП сто не будет. Иначе вы бы непременно где-то слышали об этом изысканном тонком аромате, разработанном лучшими французскими парфюмерами. Можно себе представить рекламу: «Дерзкий, резкий, бодрящий! Аромат твоего утра! Созданный для настоящих псов! Ваф-ваф!», а на видеоряде обязательно момент, где пёс открывает пасть и из нее знакомое всем облачко пшика, будто у него горло на пульверизатор нажало.
События вчерашнего вечера, как скоростные поезда Илона Маска, восстановились в памяти у нашего героя. И параллельно с планом действий в голове возникла мысль: как хорошо, что не надо на работу. Можно спокойно и рассудительно разработать операцию по бабловращению. Или для скучных людей, не любящих новые странные слова: «возвращению Бабла». Итак: умыться, выгулять собаку, надеяться, что кот не закроется изнутри в это время, распечатать объявления и походить с ними по округе. Так Петр и поступил.
Они вышли на улицу, пёс послушно шел рядом до самой аллеи. Петя выбрал удачный ракурс, посадил Бабла в тенек, чтобы фотография правильно отражала его цвет, и сделал несколько кадров. На удивление пёс вел себя очень прилично, становилось непонятно, почему он потерялся, раз его манеры и послушание лучше, чем у некоторых Петиных друзей.
Принтер, стоявший уже месяц без дела, ворчливо загудел, первым выезжающим листом смахнул с себя слой пыли, и начал, методично поскрипывая, печатать объявления о Бабле. Напоминаем, что ударение на «а», иначе Петя бы не успел расклеить объявления, как телефон раскалился от звонков лентяев, вожделеющих обогащения.
На растущую стопку бумаги они пристально смотрели втроём: Петя, кот и пёс. Они молчали, переглядывались и слушали, как у Пети киты в животе то ли самок зазывают, то ли жалуются на хамские выходки жителей Атлантиды, о которых читали в прошлом выпуске еженедельника «Океанический вестник». Но вы все правильно поняли, пора было подкрепиться.
Если бы это был фильм, на этом моменте бы началась энергичная музыка, включающая в слушателе режим оптимиста на максимум, а быстрая смена кадров бы показала, как герой с улыбкой на лице, верой в хэппи энд и стопкой бумажек, бегает от дерева к забору, от забора к дереву (это разные забор и деревья, если что, это же не какой-то малобюджетный фильм, для которого мы даже разные заборы для декораций не удосужились найти). Так вот, музыка ликует, намекая на активный процесс, голодный герой виртуозно снует между домами, магазинами и занятыми людьми и ищет, ищет, ищет. Потом быстрая смена кадров замедляется на моменте, где герой понимает, что китов в животе он игнорировать больше не в силах. Случайным образом, ну абсолютно случайно и непреднамеренно, вообще невзначай, герой видит недалеко от себя ту самую пекарню с маньячными булочками, которые, мы с Петром почти уверены, вызывают зависимость и лишние килограммы.