Золотко и дракон, или Не зли ведьму

– Ничего себе, – прошептала я. – Кого-то вместо меня убили?
– Неизвестно. Труп исчез. Там все очень смутно, Лиска. Возможно, и не было никакого трупа.
Вкратце суть сводилась к следующему. Какая-то девушка, неотличимо похожая на меня, приехала на своей машине в курортный городок Сантополь и заселилась в купленный на мое имя дом. Тот самый озерный курорт и тот самый дом, где я должна была припеваючи жить на подаренные Горухами деньги, отдыхать от Грентонских приключений.
В дополнение к моей внешности, у жертвы было водительское удостоверение на мое имя. Другие документы не найдены. Из вещей – та самая сумка, которую я купила в промышленном городке и оставила в клозете аэропорта. Я ее узнала на фото. Уже не газетных. Ярослав любезно предоставил мне снимки из его личного архива, поскольку допросили всех моих родственников, до которых могли дотянуться. Учитывая, что на допросы у следователей была всего одна ночь, а потом все мои родичи резко снялись с мест и исчезли, то у следствия накопилась масса вопросов. Между тем, на вече, оказывается, было принято решение пока прятать меня в лесу у прабабки Даромилы и не признаваться, что я жива-живехонька.
– Но разве это хорошо? А как же реальная жертва?
– Это хорошо для твоей безопасности, – уверенно сказал брат. – А реальная жертва… У нас две версии. Первая: это была репти с твоим лицом, потому ее труп убрали, чтобы не нагнетать.
Я похолодела. Знакома мне была одна репти, способная повторить мои черты как отражение в зеркале. Сестра Габриэля. Неугомонная и жизнерадостная Адель. Неужели Гэб отправил ее в Сантополь играть мою роль, а девушку там убили, перепутав со мной?
Сердце болезненно сжалось. Боги мои, я сочувствовала репти! Я переживала за репти! Что со мной случилось? Точнее, с моей к ним ненавистью?
– А вторая версия?
– Вторая – девушка жива, но кому-то понадобилось изобразить твой труп, чтобы убедить всех, что ты мертва. И сделать это, опять же, могли только репти. Вопрос – с какой целью им понадобилось тебя убивать или инсценировать убийство? И, кстати, в целях безопасности всем курсантам приказано сменить номера мобов.
– Ах ты жук! – рассердилась я. Потому-то брат с легкостью дал мне моб, что ни до кого дозвониться у меня не было ни малейшего шанса. Я потянула моб из рук брата. – Мне нужно связаться с Габриэлем.
– Нет, Василиса. Даже не проси.
– Почему?
– Потому что мы не знаем, кто стоит за происшествием в Сантополе. Не знаем, что там произошло на самом деле. И значит, чем меньше людей… и нелюдей… – он покосился на клочок неба в окне, – будет знать о том, что ты жива, тем лучше.
– Но тогда вы ничего и не узнаете! Там точно была Адель, я уверена. И только Гэб может знать, что случилось с его сестрой. Понимаешь? А если она жива, то это инсценировка для его дяди…
И я вкратце рассказала брату о намерении мерзкого Дэвида Горуха сделать меня своим донором.
Ярослав скрипнул зубами, но моб не отдал даже в обмен на мою информацию! У-у, жлобина.
– Все, что можно выяснить, узнает твой драконид. Мы, кстати, потому и допустили его до наблюдения за твоей инициацией, чтобы обеспечить дополнительную защиту в случае чего. Сама понимаешь, если это охота на тебя и охотники – репти, то они могут и здесь тебя найти. Возможности у них есть вплоть до спутников, а ты будешь одна в дремучей тайге.
– Дай. Мне. Моб! – процедила я со всей возможной убедительностью, вплоть до зверского выражения лица. – Мне нужно знать, что Адель в порядке. Или я, леший тебя де… хм… – проклинать брата все-таки не стала, вовремя прикусила язык, а то я, пусть неинициированная, но все-таки ведьма, мало ли… – Или я потребую решить этот вопрос на вече, благо все уже здесь!
Ну и кто бы сомневался, что Ярик уступит обожаемой сестричке?
Трясущимися руками я набрала номер Гэба, который видела один раз на черной карточке, а память у меня профессиональная…
… Но в трубке раздался чужой голос:
– Секретарь Оливер Келли слушает.
Я молча дала отбой.
Этого рыжего типа с ирландскими или шотландскими корнями, нарисованными на бледной, слегка одутловатой физиономии, я помнила, и он интуинивно мне не понравился, а ведьмы привыкли доверять интуиции. С ним я не хотела говорить. Жаль, что на визитке Габриэля оказался не номер его личного моба. Хотя, с другой стороны, с какой стати особа с его регалиями и статусом будет раздавать первым встречным девицам конфиденциальную информацию?
Конечно, у него есть секретарь. И хорошо, что не секретарша, какая-нибудь на все готовая черноволосая красотка Линда.
Настроение окончательно испортилось.
А потом вообще скатилось в бездну. С каких пор меня волнуют секретарши, любовницы и прочие пассии мерзких чешуйчатых рептилоидов? Ненавижу их! Но себя, кажется, больше. Докатилась, Лиса. Подумаешь, красивые синие глаза и глубокий проникновенный голос какого-то накачанного загорелого мужика… А ты, дурочка, уже и кольцо-ловушку от него взяла! И злишься даже на его секретаря! Уму непостижимо.
– Давай готовиться, Лиса, – напомнил брат.
Я отдала ему моб, взяла со стола плотную повязку на глаза и беруши и направилась к выходу.
Сегодня мы тренировали умение ориентироваться в лесу с закрытыми глазами и ушами. Конечно, не первый раз в жизни тренировались – этому умению в роду Пасных обучают сызмальства, но обычно в сухую погоду. А за окном – почти осенняя слякоть, как нельзя в тон отвечающая настроению.
Через каких-то десять минут я уже забыла обо всех на свете чешуйчатых и связанных с ними неприятностях: лес был тоже без настроения и то и дело подсовывал мне под ноги здоровенные корни, о которые я сослепу спотыкалась. А споткнувшись, натыкалась на острые сучья и колючие иголки.
– Ты совсем леса не чувствуешь, – укорил брат. Я его не видела, но ощущала так ясно, словно держала за руку. – Давай попробуем по-другому. Сосредоточься на мне. Я буду твоими глазами и ушами. Вперед.
Теперь дело пошло легче. Я с детства привыкла к нашей ведовской игре, развивающей эмпатию, – «Стань другим». И через минуту медитации я «поймала волну». Свою временную слепоту я ощущала где-то краем сознания, а ощущения и эмоции брата стали яркими и громкими, хотя и не настолько, чтобы забыть, что я еще существую.
    
Глава 25
Оливер задумчиво посмотрел на гаснущий экран хозяйского моба. Странно, номер незнакомый, а всех, кто имел доступ к личной информации Гэба, его секретарь и советник в одном лице отлично знал. А если и не знал, то босс всегда предупреждал, кто может ему позвонить.
Но одной карточки секретарь недосчитался, когда проверял стопку секретных визиток, отпечатанных им в личной мини-типографии Габриэля Горуха. Эти карточки босс давал только самым доверенным особам, имевшим право претендовать на его внимание в любое время суток. Например, донорам.