Золотко и дракон, или Не зли ведьму

И теперь одна малая часть Аррадора страдала от бессилия, вторая металась от ярости, а на его лице не отражалось ничего, кроме легкой брезгливости, с которой он смотрел на демонстрационный экран, где на стоп-кадре застыла в похабной позе беловолосая девушка.
Ярость он испытывал от понимания, что всем им, блистательным драконидам, утерли нос богопротивные урргхи, и в многотысячелетнем противостоянии мерзкие бескрылые ящеры ведут с разгромным счетом.
Бессилие, в котором и сам себе не спешил признаться, – от осознания, что его аль-дэй попала в ловушку, и он ничем не может ей помочь, поскольку их тонкая незримая связь внезапно оборвалась, и теперь Аррадор даже приблизительно не способен определить, куда увезли девушку, или она еще спрятана на проклятом острове.
А брезгливость – от грязной игры урргхов. Впрочем, пора бы и привыкнуть, что ничего не останется чистым, до чего дотянутся их жадные лапы. О том, в чьих когтях теперь Василиса, и как репти разыграют этот козырь, лихорадочно размышляла оставшаяся холодной и бесстрастной часть сознания драконида.
В конце концов, на его стороне вся мудрость расы, техническое превосходство и тайная сила, которой еще не пришло время. Он найдет выход. И спасет свое сокровище, свою аль-дэй.
Хочет ли Василиса спасаться, дракониду даже в голову не пришло.
А внешне Аррадор выглядел полностью поглощенным созерцанием видеозаписи скандального происшествия на причале, где репти, натянувшая личину курсантки, ползла, соблазнительно извиваясь, к группе встречающих.
Третий раз аль-тар прокручивал видео, увеличивал и уменьшал изображение, но не находил никаких признаков подмены. Копия курсантки была идеальной. Тем не менее, настоящая Снежана, прикрыв кулачком разинутый в немом крике рот, сидела в кресле рядом с драконидом и беззвучно плакала.
– Ты точно курсант? – хмуро процедил Аррадор, решив про себя не жалеть беловолосую красотку. – Ведешь себя как сопливая девчонка!
– Хватит, пожалуйста! – всхлипнула девушка. – Я больше не могу на это смотреть!
– Теперь вы понимаете, почему нам так ненавистна раса, которую мы называем урргхи, а вы знаете как репти? – глухо спросил Аррадор, сжав кулаки, стараясь задавить разгоревшийся гнев. – Раса лицемеров и лицедеев, способных принять любую личину ради своих низких целей. Они ничем не гнушаются. Для них нет ничего святого, что есть свято для нас. И для вас, людей. Разве они пощадили твои чувства или чувства твоего отца, Снежана? Нет, походя использовали и отбросили как мусор. Это раса низких убийц, которых невозможно было вычислить до появления оптических фильтров, настолько совершенны они в своем лицедействе.
– Теперь все думают, что это я… – Снежка с ненавистью посмотрела на экран.
– Недолго будут думать, мисс. Мы тоже вели съемку на причале, и наши фильтры показали истинное лицо ползущей рептилоидки. Вы обязательно должны это увидеть, Снежана. И ваш отец увидит. Журналистов на причале не было. А если где-то появится видео с той встречи, то мы обнародуем наше. Пока не будем торопиться. Посмотрим, как урргхи, чувствуя себя уверенно, распорядятся своими материалами.
Полковник Ренски, присутствовавший тут же, в роскошном гостиничном номере Аррадора, преобразованном в штаб, протянул ученице четвертую по счету пачку бумажных платков. Спасибо, хозяева номера заранее позаботились, как и о многом другом. О том, например, чтобы уничтожить щедро рассыпанные «жучки» и потайные камеры. Места их разнообразных локаций чернели оплавленным пластиком и напоминали следы шрапнели.
– Ты должна смотреть на это спокойно. Абстрагируйся, Кас… Снежана, – военрук едва не назвал ее ученическим позывным, но вовремя опомнился. Не военная тайна, конечно, но при чужаках ни к чему «светить» позывные.
Хотя какие они чужаки. Для полковника – самые что ни на есть свои, единственная надежда на возрождение человеческого достоинства, освобождение от рептильего ига и возвращение планеты в руки людей.
Спасли Снежку, которую Горухи усыпили и чуть не похитили под шумок, спасут и пропавшую Василису, а там и все человечество.
Эта вера читалась аршинными буквами в благоговейном взгляде полковника, которым он одарял Аррадора. Это именно золотоволосый гигант погнался за катером с усыпленной девушкой, уходившем от острова в открытое море, в то время как сам полковник думал, что везет группу на материк в полном составе. Вот только Василиса, которую он точно видел при погрузке, куда-то исчезла с борта аккурат в момент прибытия. Невозможное исчезновение! Необъяснимое.
Ренски так переживал, когда на причале обнаружил пропажу, что на выкрутасы курсантки, ползущей к беловолосому дракониду, не смог адекватно отреагировать. То есть, поднять на ноги командирским приказом и угрозой трибунала. И хорошо, что не смог. Только усугубил бы спланированное ворогами человеческими безобразие. Курсантка-то, как сейчас выяснилось, ползла не настоящая.
А настоящая, спасенная из лап интриганов, ожидала полковника тут, в отеле.
А куда бы ее увезли, если бы дракониды не успели? И как бы Ренски в глаза ее отца и своего друга смотрел бы?
– Считай это боевым заданием, эмоции здесь неуместны, – строго молвил полковник. – Перед тобой твоя идеальная копия. Или все-таки что-то отличается?
Снежка с чувством высморкалась, драконид при этом поморщился, но галантно подал девушке стакан воды. С успокоительным.
– Конечно, отличается! – возмущенная курсантка жадно отпила воды. – Там был мой отец! Я никогда не стану так пресмыкаться, да еще и на глазах у папы и… остальных! Это унизительно!
Аррадор молча нажал кнопку, и дверь в смежную комнату открылась, показав край застеленной кровати и… полулежащего на покрывале беловолосого красавчика драконида. Из одежды на нем были только черные штаны и распахнутый на груди черный шелковый халат, эффектно контрастировавший с белоснежными прядями.
– Иди ко мне, – одними губами прошептал драконид, отложив какой-то гаджет странной, чуждой человеческому глазу формы.
Стакан из руки Снежки выпал и разбился, но она не заметила. Судорожно втянула воздух, задрожала, не сводя глаз с великолепного мужского тела, и… сползла с кресла, встав на четвереньки. Прямо на осколки, не чувствуя боли.
– Хватит! – резкий возглас Аррадора заставил девушку снова вздрогнуть, но подняться она не смогла.
Аль-тар вздернул ее за шкирку, как котенка, и бросил в кресло. Нажал кнопку, дверь поползла, закрывая обзор, и девушка снова сорвалась, бегом, чтобы успеть.
Не успела. Всем телом шмякнулась о преграду и сползла по ней, царапая дерево ломающимися ногтями, содрогаясь в рыданиях еще горше и безнадежнее.
– Пустите! О, боже! Что со мной? Не хочу так! Откройте, мне надо к нему!
Аррадор вздохнул, поднял девушку на руки и снова посадил в кресло.
– Сиди, – он сопроводил приказ твердым взглядом и легким хлопком по хрупкому на вид плечу. – Вот видишь, а ты говорила, что никогда не станешь пресмыкаться. Наши враги и тут спрогнозировали реакцию, идеально совпавшую с твоей. Репти скопировали не только твою внешность, но и твои психические особенности. А значит, у них есть полная психосоматическая карта. Не только твоя, Снежана, но и всей вашей группы. Имейте в виду, полковник, – драконид повернулся к Ренски, и тот мрачно кивнул.