Земля джиннов

Осторожно, касаясь только цепочки, я взяла кулон. Сердце застучало быстрее в предвкушении. Поверить не могу, что всё так просто!
— Какой красивый…
— В чём дело, Балкис? В некоторой мере бриллиант принадлежит тебе. Носи, не бойся, это просто камень.
— Нет, не просто камень. Махира сказала, он ключ к моему спасению. С ним я могу изгнать Шахди прямо сейчас, нужно только потереть.
— И чего же ты ждёшь?! — Эзра схватил меня за плечи и встряхнул, словно куклу. — Три, давай! Покончи с ней, пока она не задушила тебя во сне!
— А вот спешить как раз не надо. Есть кое-какая загвоздка.
Я коротко рассказала друзьям о побочном эффекте столь простого в исполнении способа. Как только Шахди покинет моё тело, я навсегда лишусь возможности перемещаться между мирами, даже с помощью медальонов, поэтому изгонять ифритку в Мирхаане нельзя. Сперва мне нужно попасть домой.
— Закончим на этом, хорошо? Хватит на сегодня драм, пора выбираться отсюда. От этого места само по себе в дрожь бросает, так ещё и лимийцы где-то поблизости ищут Махиру. Мы ведь не собираемся дожидаться их?
— Верно, — согласился Эзра. — Пора возвращаться.
— А твой секрет в чём, пушистик? — окликнул его ар-Хан. — Поддался соблазну старой веры и нарушил пост?
— Если я не отправлю иноземную дочь Валерия домой в ближайшие шесть дней, на мою голову падёт смертельное проклятие, только и всего.
Я завязала бриллиант в носовой платок, лишь бы случайно не коснуться голой кожей, и повесила цепочку на шею. Сколько, интересно, он стоит? Пару десятков миллионов долларов? Если умудриться грамотно продать, до конца жизни хватит на лобстеров и шампанское…
Все недомолвки выяснены, точки над ё расставлены. Дальнейший план предельно понятен. Первым делом я должна вернуться домой, в Россию, от этого зависит жизнь Эзры, остальное потом.
 
***
Солнце стремительно садилось, и чем ниже оно склонялось к горизонту, тем выше поднимались наши опасения. Мои спутники запуганы лесом Духов с детства и не скрывали страха перед предстоящей ночью. Даже я, скептически настроенная к слухам, россказням и страшилкам, поддалась безотчётной тревоге.
Мы возвращались по нами же проторенной тропинке. Когда-то давно здесь была неплохая дорога, что же потом с ней стало, меня мало интересовало. Место само по себе неприятное, не важно по какой причине, но люди приняли верное решение уйти отсюда.
Эзра обернулся в хурра. Житель он городской, навыков и опыта успешного выживания в дикой среде не имеет, здесь ему помогут только природные инстинкты.
— Я один считаю, что мы совершили дурость? — ходить в тишине он не умел даже в целях конспирации. — Вэй из мир! Заключить уговор с Дикаркой Махи и обещать ей сдержать слово! Дальше падать просто некуда.
Ар-Хан скосил на него глаза:
— Рад, что наше сотрудничество уже не самое страшное в твоей жизни.
— Погоди, скоро оно вообще выйдет из списка.
Он намекал на предстоящий ночлег в лесу Духов. Именно ночлег, а не сон. Боюсь, этой ночью нам не придётся спать вовсе. Эзру так и тянуло рассказать о гулях-староверах и том, что они делают с одинокими путниками вроде нас. Женщина и двое безоружных мужчин — лёгкая добыча. Наши тела съедят, зубы пустят на ожерелья, а черепушками украсят вход в своё жилище.
Ослы шли без остановок несколько часов кряду, пока вечерние сумерки окончательно не погасли, а на небе не высыпали звёзды. Мы не прошли даже четверти расстояния до русла высохшего ручья, но продолжать путь не рискнули. Гули-староверы существа ночные, не стоит привлекать их внимание. Лучше остаться на месте и затаиться.
Выбор места для ночлега пал на один из кромлехов. Ровная поляна, никаких деревьев и кустарников, над головой чистое небо и есть маленькая вероятность, что гули не полезут в древний круг ради трёх тощих человечков.
Костра не разводили. Нечем и незачем. Ночь тепла, а парой горящих поленьев гулей не отпугнуть; так мы лишь выдадим своё присутствие.
— Что-то очень тихо.
Алтарный камень, возле которого я устроилась, источал накопленное за день тепло.
— Хорошо пока тихо. Гули существа громкие, — Эзра устроился рядом, вытянул передние лапы перед собой, устало зевнул и резко мотнул головой, чтобы взбодриться. Его мягкая шёрстка так и манила прикоснуться к ней, и мне пришлось напомнить себе о неуместности подобного поступка. Эзра не зверушка, для меня он человек в любом обличии.
— А если они нападут?
— Ай, не накликай беды, скорая на слова дочь Валерия! Ночевать в лесу Духов само по себе трагедия.
— Разве у нас был выбор? — философски заметил Искандер. Он садиться на землю не стал, прислонился к алтарю с правой стороны от меня и снял перчатки. Письмена на его коже засверкали весёлыми огоньками, словно гирлянды на новогодней ёлке.
— То-то и оно.
Мы погрузились в тягостное молчание, слушая стрекотание сверчков в траве и отголоски ветра за пределами кромлеха. Небесный свет позволял видеть лишь общие очертания окружающих нас мегалитов, ничего больше. Мысли в голову не лезли, ни плохие, ни хорошие. Так бывает, когда ждёшь рассвета… или неприятностей.
— Здесь не очень-то удобно, — прошептала я, чтобы разнообразить обстановку. — И страшно. Может, попробуем забраться на вон те платформы? — ткнула пальцем наверх.
Товарищи проследили за направлением моей руки.
На некоторых камнях кромлеха покоились горизонтальные плиты, под которыми можно спрятаться от дождя или устроить прекрасную смотровую площадку наверху. Широкие, длинные, с виду прочные и вполне безопасные. Вряд ли они рухнут под нашим весом.
Эзра отошёл чуть в сторону, чтобы оценить перспективу.
— Высота четыре метра, не меньше, — кончик его хвоста азартно дёрнулся.
— Староверы прыгучие, но не настолько. Они не залезут, — кивнул Искандер.
— Вырождаются твари, — презрительно фыркнул сыщик. — Постоянная борьба за место под луной и нерегулярное питание сделали их слабыми. Даже в ипостаси хурров они не чета нам, цивилизованным гулям. Вот помню…
— Давай не сейчас, — попросила я. — Значит, лезем наверх?
Ослов, к сожалению, придётся оставить на земле. Будто почуяв мрачную перспективу, они забеспокоились и тревожно заблеяли.
— И лучше бы поторопиться, — Эзра был солидарен с ослами.
Внезапно вся его шерсть встала дыбом, из горла вырвалось низкое шипение. Я резко обернулась и успела заметить, как между двумя мегалитами промелькнуло чьё-то тело. Сердце пропустило удар, капля холодного пота скатилась вниз по позвоночнику. Беда пришла — они здесь! И как же их много.
Первыми в каменный круг вышли трое самых смелых гулей. Крупные и любопытные. Вот именно такими они должны быть! Костлявые тела бродяг с бледной, сияющей во тьме ночи кожей. Глаза горят лихорадочным огнём жуткого голода, загнутые когти сделают честь бурому медведю, а потрёпанная одежда, судя по неправильным размерам, содрана с добычи. Затем, спустя всего несколько мгновений, к троице подтянулись их товарищи.