Книга чая. Магия, пропитанная ядом

– Некоторые шеннон-ши обладают исцеляющей силой, – добавляю я. – Они заглядывают внутрь тебя, чтобы увидеть, какая в тебя закралась болезнь, и затем они помогают вытащить ее наружу. Моя… – Я чуть было не сказала «мама», хотя жители столицы вряд ли знают, что она уже мертва. – Моя наставница всегда учила меня тому, что шеннон выбирает каждого из нас по какой-то причине, – я бормочу, напоминая себе, что впредь следует быть осторожнее. Я притворяюсь, что потягиваю соевое молоко, чтобы кто-то другой мог продолжить беседу.
Минвэнь кивает.
– Они варят мощнейшую магию. Однажды я своими глазами видела, как чашка чая стерла возраст с лица человека. Он стал выглядеть на десять лет моложе! – она прочищает горло, словно стесняется участвовать в беседе.
Интересно, какое признание получила бы моя мама, если бы она осталась во дворце и занималась своим искусством? Иногда в нашей деревне ее принимали за помощницу отца, и пациенты отказывались от ее помощи в пользу обученного врача. Знаю, ее всегда это ранило, хоть она и никогда не признавалась нам.
– Почему ты не можешь сделать всех сильными и молодыми? – выпаливает Цин'эр, его переполняет волнение. – Разве это не решит все наши проблемы? Разве в таком случае Дакси не стала бы самой могущественной империей во всем мире? У нас были бы солдаты, которые смогли бы уничтожить все на своем пути!
– Отличный вопрос! – Лиан хлопает мальчика по спине. – Магия временна. Чтобы прибегнуть к ней, шеннон-ши должен отдать что-то взамен. Однажды моему наставнику нужно было отправить срочное сообщение через Дакси. Посланник ехал три дня и три ночи без отдыха, но и мой наставник из-за этого почти неделю не мог встать с постели. В нашем королевстве недостаточно шеннон-ши, специализирующихся на той магии, благодаря которой наши солдаты могли бы жить дольше.
– Чем больше ты просишь у магии, – добавляю я, – тем больше она требует взамен. Либо от того, кто к ней взывает, либо от того, кто хочет ее получить.
– Что еще они говорят о нас? – спрашивает Лиан, все еще забавляясь ситуацией.
– Что шеннон-ши умеют хранить секреты, – признается Минвэнь, ее заинтересованность пересилила подозрительность.
– Многие из вас не принимают оплату монетами, вместо денег с вами расплачиваются правдой. Говорят, вы можете потребовать плату спустя годы, и все из-за того, что вы подаете отравленный чай. Человек может проснуться посреди ночи и умереть от яда. – Цин'эр продолжает болтать, пока не переводит на нас обеспокоенный взгляд. – Это правда? Вы не похожи на убийц.
Мы с Лиан не в состоянии больше сдерживаться. Я сгибаюсь пополам, едва дыша, а Лиан хохочет так сильно, что ей приходится вытирать слезы. Цин'эр в недоумении смотрит на нас, а Минвэнь фыркает.
– Это такими демонами вы нас себе представляете? – я не могу прекратить смеяться.
Минвэнь встает и снова хмурится.
– Забудьте об этом, – отрезает женщина.
Лиан тоже поднимается и помогает ей собрать грязную посуду.
– Мы с радостью ответим на все ваши вопросы. Раньше я тоже верила слухам, но я бы так никогда и не узнала, что из этого правда, пока не начала брать уроки у своего наставника.
Обдумав сказанное, Минвэнь кивает, немного успокоившись.
– Полагаю, не все из вас такие уж скверные.
Благодаря тому что нас четверо, мы быстро убираем со стола. Закрыв крышку корзины, Минвэнь останавливается.
– Мне… наверное не стоит говорить тебе это, – она переводит взгляд на дверь, чтобы убедиться, что никто не подслушивает, и поворачивается ко мне. – Управляющая в курсе, что это ты относила закуски маркизу. Она скоро придет, чтобы поговорить с тобой.
Не дав мне возможности даже отреагировать на предостережение, Минвэнь тут же пулей вылетает из комнаты.
– О, нет, – широко раскрыв глаза, говорит Лиан. – На твоем месте я бы не попадалась ей на глаза.
– Бабушка! – восклицает Цин'эр. Прежде чем мы с Лиан успеваем шевельнуться, чтобы спрятаться, в открытые двери входит Управляющая Ян.
Ни один волосок не выбивается из ее прически. Одетая в темно-серое платье с черным поясом, женщина осматривает комнату. Хотя Управляющая Ян не особо высокого роста, от этой женщины так и веет властностью. При виде ее я выпрямляюсь и проверяю воротник, чтобы убедиться, что выгляжу аккуратно.
– Ты! – она замечает меня и, приблизившись, хватает за руку. Я замерла, не зная, куда повернуться или куда бежать. Лиан мне не помощница; она точно так же, как и я, застыла на месте.
– Что, смеетесь? Думаете, это все шутка? Прикинуться кем-то другим на один день? – Когда Управляющая Ян начинает говорить, ее голос звучит обманчиво спокойно, однако он набирает громкость до тех пор, пока женщина не переходит на крик. – Вы сговорились в попытке выставить меня дурой? Хотите выставить моих работников идиотами?
Ее ногти впиваются в мягкую кожу моей руки, отчего я вздрагиваю.
– Участники состязания должны соблюдать дистанцию. Нельзя шутить с придворными. И с переодеваниями тоже никаких игр быть не должно.
– А ты! – другой рукой Управляющая обвиняюще указывает на Лиан, которая ставит стол между нами так, будто это в силах спасти ее. – Я и тебя узнала. Я помню тебя еще с тех времен, когда ты была ребенком. Ты постоянно находишь себе беды на голову. Всегда путаешься под ногами. Я была слишком мягкой по отношению к тебе. Я надеялась, что Почтенный Лу сумеет научить тебя хорошим манерам. Но тут я узнаю, что вы обе шныряете по моим кухням. Уверена, министр Сон будет рад услышать, как две участницы состязания прикидываются служанками, слоняются по дворцу и насмехаются над другими шеннон-ту. Ему очень захочется узнать подробности неприятностей, в которые вы впутались.
Страх сменяется раздражением, а потом и вовсе гневом. Все это вызывает у меня то же чувство удушающей беспомощности, какое я испытывала перед маркизом и краснолицыми пьяными придурками, которые могли без зазрения совести нарушать приличия. Их репутация и будущее не стоят на кону в этом состязании. Их судьба уже написана, а будущее обеспечено. Независимо от результатов они продолжат проходить обучение для последующей сдачи испытаний. Что до меня… я потеряю сестру, как уже потеряла маму.
Я вырываю руку из ее хватки и огрызаюсь:
– Некоторые участники наслаждаются обществом маркиза в его покоях. Разве это справедливо? Я знаю, что многие работники кухни бывали в доме маркиза, поэтому вам наверняка прекрасно известно об этих нарушениях. Так почему же вы незамедлительно не сообщили об этом министру?
При упоминании маркиза Управляющая Ян бледнеет.
– Откуда тебе это известно? – Тон женщины становится требовательным. – Что ты видела?
Тут до меня доходит, что скорее всего она решила, будто я только помогла отнести посуду слугам. Она не знала, что я видела тех, кого развлекал маркиз.
Лиан бросается мне на помощь.