У тебя мое лицо

А потом та, что была в цветастом платье, в три прыжка подскочила к костру. И откуда столько прыти в этом изломанном теле?
Женщина, отшатнувшись от огня, попыталась влезть в него руками, чтобы достать уже догорающий кусок мяса. Но дико завопила, от чего у меня внутри все похолодело. Когда я читала об этом чувстве, всегда считала, что это было литературным преувеличением, призванным еще больше погрузить читателя в шоковое состояние. Кажется, я ошибалась.
Михаела метким выстрелом свалила женщину и ее вопль оборвался. Она упала прямо в костер. Послышалось шипение и едкий запах паленого мяса усилился в разы. Огонь в костре почти потух.
Последняя женщина замерла на месте, не решаясь сделать шаг вперед. Ее тело перекосило, ноги и корпус был направлены под разными углами, будто женщину сломало пополам. Чего ждали ребята? Почему не стреляли?
– Твою же мать, – прошептала Михаела и я посмотрела в сторону воды.
Оттуда поднимался еще с десяток утопленников. Постепенно они выбирались из воды на берег, волоча свои мертвые тела к потухшему костру.
Небольшая мертвая армия шла в нашу сторону, двигаясь по своим внутренним ориентирам. Мне стало по-настоящему жутко.
Рич стрелял в утопленников, которые падали на землю как мешки с костями. Остальные перешагивали своих товарищей, спотыкались об них, падали и шли дальше, не замечая препятствий. Их было не десять, а штук двадцать. Возможно и больше.
Михаела приподнялась из укрытия и всадила себе в шею еще один шприц.
Твари рыскали по берегу, то сбиваясь в кучи и сталкиваясь друг с другом, то расходясь в стороны. Слышались выстрелы, которые подкашивали одного за другим утопленников.
Я сжала рукоять биты, понимая, какое бесполезное оружие мне выдали. Михаела отскочила в сторону, и я только подивилась ее нечеловеческой скорости. Но если борешься с чем-то сверхъестественным, нужно использовать все оружие, которое у тебя есть.
Подбежав, Михаела всунула мне в руки увесистое мачете.
– Закидывайся эликсиром и руби голову, – сказала она и побежала в сторону Рича. Его матюки звучали так же громко, как вопли утопленников.
Я не раздумывая последовала совету, стараясь не думать, что все эти вещества могут оказаться обычной наркотой. Игла шприца проткнула кожу, препарат вливался в кровь и разгонял дикий жар по телу. Оно будто налилось силой и мне понравилось это чувство. Я усмехнулась.
Возле костра ребята отстреливались, перемещаясь быстрее, чем способен человек. Они смеялись, перекрикивались и валили утопленников. Перехватив мачете поудобнее я, как пришибленная, с победным криком ворвалась на поле битвы.
Отделить голову от туловища не так просто, как показывают в кино. И в этом я убедилась на практике. Лезвие застряло в разбухшем мясе и костях, а утопленник продолжал вопить и сопротивляться, когда я пыталась вытащить из него мачете. Пришлось пинать его ногами, проваливаясь ботинками в мягкие ткани с противным хлюпаньем, словно в густое желе.
Сдерживая рвотный позыв, я все-таки освободила лезвие и с кряхтением отрубила утопленнику голову. Оценивать свою работу времени не было, потому что следующая тварь уже бежала на меня, передвигаясь с удивительной скоростью.
Я, отступив на шаг в сторону, пропустила бегущего утопленника, которому на ходу Михаела прострелила голову. Утопленник свалился на землю, а Михаела бодро отсалютовала мне.
– Бросаю бомбу! – крикнула она.
Что бы это не значило, я отбежала в сторону и через секунду лес озарился вспышкой света. Потом послышался взрыв, от которого заложило уши.
На секунду я ослепла и оглохла. Но зрение и слух быстро восстановились, чему я была рада.
Рич пристрелил последнего утопленника. Остальные валялись чуть поодаль с покореженными и обожженными телами.
Адреналин все еще бурлил в моей крови, пот стекал по спине, дыхание было быстрым и рваным. От вони гнилого и горелого мяса закладывало нос и тошнило.
Я стояла с грязным мачете в руках и пыталась отдышаться. Лес снова погрузился в вязкую темноту, словно минуту назад здесь не велась ожесточенная битва.
Рич и Михаела стояли с противоположной стороны костра и смотрели на меня. Перепачканные, в рваной одежде. У Михаелы под правой скулой виднелся порез, а с правой руки Рича тонкой струйкой капала кровь.
– Ты сказал, что их будет немного! – возмущенно крикнула Михаела Ричу. – И как, блять, это понимать?
– Никто не знал, что они позовут друзей на вечеринку, – Рич пожал плечами, словно ничего страшного и не произошло. – Еще вчера их было трое. – он укоризненно посмотрел на Михаелу, прижимая рану на руке. – Нет бы спросить: как я? Может смертельно ранен и нуждаюсь в медицинской помощи?
– Я тебе сейчас такую помощь окажу, – Михаела замахнулась на него. – Эта охота оказалась тяжелее, чем мы думали.
– Ну все же живы и относительно целы, – Рич посмотрел на меня. – А, красавица? Ты как? Хочешь, осмотрю твои раны?
– Иди нахрен, – хрипло ответила я.
– Адреналин выйдет примерно через пол часа, так что надо закончить все тут, – прервала Михаела, направляясь в сторону машины.
– А что нужно сделать? – спросила я, догнав ее.
– Ну, во-первых, собрать ингредиенты для Нади. А во-вторых – подчистить тут все, чтобы не привлекать внимание.
Рич уверенным шагом подошел и достал из багажника черный чемоданчик.
– Поможешь? – спросил он.
– Не вопрос, – ответила я.
– Ох, может давай мы сами? – спросила Михаела обеспокоенно. – Ей хватит на сегодня потрясений.
– Пусть привыкает, – со знанием дела ответил Рич и пошел в сторону поляны.
– Если что, ты можешь отказаться, – сказала Михаела, доставая из багажника канистры.
Я только пожала плечами и пошла за Ричем. Раз уж взялась за дело, нужно довести его до конца.
Рич склонился над одним из утопленников и достал из чемоданчика контейнеры и пробирки.
– Бери пробирки, делай надрезы и попробуй сцедить жидкость, – не глядя на меня, Рич достал короткий, но крепкий нож и со знанием дела воткнул его в голову утопленника.
Меня замутило. Но я подошла к телу и взяла пробирку. Рич подсказывал что делать.
Жидкость из холодного и разбухшего от воды тела не лилась. Кровавые сгустки приходилось сталкивать в колбы специальной лопаткой.
Я старалась глубоко не дышать, заполнила все пробирки и убрала их обратно в чемоданчик. Рич ковырялся в мозгах утопленника, вырезая определенные кусочки и складывая их в герметичные контейнеры.
Я отступила на шаг в сторону и меня стошнило. Кажется, начало накрывать. Или откатывать. Смотря с какой стороны посмотреть.
– Для первого раза неплохо, – сказала Михаела, подтаскивая канистру. – Ты, правда, молодец.