Закогтить феникса

—  Убить.
Я скорее улавливаю его настрой, чем слышу.
И начинается то, чего я боялась —  свалка.
Обе стороны наваливаются на нас с ЯнСи. Её теневики закрывают собой, занимают круговую оборону в два ряда. Я остаюсь на острие атаки и сосредотачиваюсь на двух мастерах из звёздных сект. Как по мне, именно они представляют главную опасность.
Ха, тут всё опасно! Я никогда не участвовала в подобных сражениях.
С нашей стороны потерь нет, противники потеряли двоих.
На арене устанавливается хрупкое равновесие. С наскока прорвать наши ряды у врага не получилось. Мы не рассыпались, вступая в бой, а сплотились в единый кулак. И противники отступили, замерли с мечами наизготовку. На лезвиях играют солнечные лучи.
Я перехватываю инициативу. Выпад, и призрачными когтями я достаю ещё одного противника. Теневик падает. Разве не будет больше воздуха, если я вычеркну слабейших? Ещё один взмах, но второй раз мне не везёт, теневик уклоняется. Мой удар высекает безобидные каменные крошки.
—  Госпожа!
Очередной удар нанесён духовным оружием. Полагаю, сработал мастер.
Теневик закрывает меня собой и падает замертво. Но у меня его геройство вызывает лишь глухое раздражение. Разве я не приказала держать ряды? Он оставил брешь в нашей обороне.
За спиной одного из принцев воплощается Вей-эр.
Наши теневики смыкают ряды, но нападающие становятся злее, решительнее. Сразу двое бросаются в атаку, первый ценой своей жизни покупает шанс для второго. РенШен учил хорошо, удар проходит впустую —  всего лишь неглубокая рана на предплечье. Меч ведь не был отравлен, верно? Яды на Белой арене запрещены. Но кого когда останавливали запреты?
Меня теснят.
Я хороша в стремительной охоте —  преследовать жертву, вонзить зубы в податливое горло.
Я хороша в короткой схватке с единичным хищником.
Но бой с толпой… Я легко избегаю атак. В конце концов избегать опасностей арены не труднее угроз леса, полного чудовищ. Я не могу встать в круг теневиков, защищающих принцессу —  я стану слабым местом в обороне. Поэтому я доверяю им спину и стараюсь не подпускать врагов, и кого-то даже удаётся достатать.
Принц из фракции шестого падает, и Вей-эр исчезает. Паршивец.
Щёку обжигает. Кто-то всё же смог меня зацепить. А потом…  Потом я перестаю видеть, что происходит вокруг, противники словно расходятся в стороны, мне мерещится живой коридор. В тупике стою я, а напротив —  мастер из звёздной секты с нагинатой в руках, с его духовным оружием.
Голубой свет закипает на лезвии.
—  Принцесса!
Это мне?
—  Не сметь.
Вей-эр пользуется шансом и убирает ещё одного принца.
Жаль, что с падением господина свита не обязана покидать арену.
Вей-эр нацеливается на шестого принца. Нельзя же ! Вей-эр наносит удар, но духовная броня шестого принца не только защищает, но и отражает удар. Молния бьёт Вей-эра. Если бы до сих пор он был жив, он бы умер. Быть призраком преимущество. Но всё равно он ранен, он лишается сил, тает.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
Ему придётся долго медитировать, чтобы восстановиться.
Вей-эр выбыл из боя. А я ведь советовала ему выбирать самых простых противников. Плохо…
На нашей стороне потери кажутся незначительными, у противников потери большие, но соотношение сил не в нашу пользу, и каждая потеря —  это возможность для врагов.
Голубой свет на лезвии нагинаты поднимается и обретает вид огромной бесхвостой кобры, чьё тело растёт из лезвия. Змея раздувает капюшон, высовывает из пасти раздвоенный язык. Два изогнутых клыка настолько остры, что нет сомнения —  пронзят не хуже мечей.
—  Принцесса!
—  Не сметь, —  повторяю я.
Змея способна смять всех нас. И она бы смяла, если бы техника её призыва не была длительной по времени. Позволив выпустить змею, я совершила тактическую ошибку, грозящую стать стратегическим провалом.
“Выпить” нагинату, как огненную плеть не получится, не тот противник, не то оружие.
Змея, готовясь к броску, изгибается. И срывается в стремительную атаку. Змея быстрее, чем я предполагала. К счастью, я не собиралась соревноваться с ней ни в скорости, ни в силе. Я безразлично иду ей навстречу.
Враги расступились. Не думаю, что меня ударят, ведь сейчас мне противостоит мастер звёздной секты. Вмешаться —  всё равно что оскорбить. Я слегка улыбаюсь, по моим прикидкам змея при атаке не зацепит нашу группу.
—  Учитель, —  не выдерживает Вей-эр.
Мальчишка определённо заслуживает наказания. Я верю в его добрые намерения, но он мешает. Я отмахиваюсь от него, и бесплотный призрак, кувыркаясь, отлетает к самому краю арены.
Змея ударяет.
Я успеваю одно —  уклониться от клыков. И оказываюсь в мягкой пасти. Змея смыкает челюсти.
 
Глава 51
Глупая-глупая змея. Если я не ошибаюсь, я имею дело с духом, вселённым в нагинату.
Защищённая толстой шкурой снаружи, изнутри змейска податливая, как рисовая лепёшка. Я избегаю клыков, хватаюсь за основание языка, подтягиваюсь. Я держу защиту, и ци змеи ощущается лёгким покалыванием —  не может же змея вывернуться наизнанку и атаковать меня, при всей своей убийственной мощи сейчас змея беспомощна. Но надо торопиться, думаю, я смогу поддерживать щит не больше ста ударов сердца.
Верх и низ меняются местами. Кажется, змея распрямилась. Наверное, она хочет меня выплюнуть? Я первая, кем она подавилась?
Я отпускаю язык и, помогая себе руками, съезжаю как по горке и оказываюсь в брюхе.
Змея бьётся телом об арену. Удар, смягчённый её телом, выбивает дух. Я вскрикиваю и едва не теряю контроль над защитой.
Я рассчитывала, что у меня будет чуть больше времени.
Самое неприятное, что змея задирает переднюю часть тела, а я на вскидку ближе к центру, наклона почти нет, и чем дальше, тем труднее. А-а-а, почему она тесная, как шнурок?!
Она бьётся и бьётся о камень арены.