Закогтить феникса

—  Пригласи, —  приказывает император. —  Девочка Сян, тебе снова улыбается удача. Юные госпожи из резиденции Ли талантливы и добродетельны.
Угу-угу.
Не дворец, а проходной двор. Я ни за что не поверю, что появление императорской наложницы Ли случайность. Она здесь из-за меня. Больше того, я не верю в добрые намерения. Она привела с собой родственниц… Ха!
Император разрешает наложнице занять место за столом. Мы, девушки, остаёмся на ногах. Принцесса очень легко берёт на себя обязанности служанки и наполняет пиалы сперва императора, затем —  императрицы. Наложнице Ли чай подаёт одна из её родственниц. Восхитительная идиллия.
Завязывается неспешная беседа. Говорят император, императрица и наложница Ли. Родственницы наложницы молчат, принцесса притворяется деталью интерьера. При таком положении открывать рот мне подавно не стоит.
Но разве был шанс, что мне позволят спокойно восстанавливать потраченную ци?
—  Девочка Сян, я слышала, несколько лет ты прожила при храме в молитвах о благополучии своей семьи?
—  Отвечаю императорской наложнице Ли. Это действительно так.
—  Ты образец для дочерей чиновников. Удивительная самоотверженность. Многие ли смогут отказаться от радостей жизни в столицы ради духовной чистоты?
У неё в словесной сладости зубы не вязнут, нет?
—  Императорская наложница Ли права. Я искренне восхищаюсь тобой, Сян ЯоЦинь, —  вступает родственница наложницы.
Девушки наперебой хвалят меня, и чувствуется, что они привыкли подхватывать одна за другой. Их звонкое многоголосье не перебить. Да и зачем? Пускай хвалят —  пускай служанки слушают и сплетничают о том, как высоко меня оценили. Я принимаю похвалу спокойно и просто благодарю.
Судя по переглядываниям девушек от меня не такой реакции ждали.
—  ЯоЦинь, ты провела годы при храме. Получается… ты совсем не училась тому, чему учат девушек? Правила этикета запомнить не трудно. Но как ты будешь распоряжаться слугами, вести хозяйство, проверять счета?
—  Да, ЯоЦинь. Если бы ты вошла в обычную семью, ты смогла бы обучаться у старшей госпожи своего нового дома, но дворец принца отличается. На твои плечи ляжет вся тяжесть ответственности.
З-заботливые, р-р-р. Это мой птенчик!
—  Принц Юань выбрал меня и верит, что я справлюсь. Естественно, я не могу сомневаться в решениях его высочества.
—  Но ты можешь попросить его высочество позволить тебе занять позицию второй принцессы, а позицию первой принцессы отдать девушке, которая разбирается в ведении хозяйства, —  растолковывает мне наложница Ли.
Они все сговорились?
Я одного не улавливаю —  как она себе это представляет? По её мнению, невеста в праве указывать принцу, на ком ему жениться для комплекта?
—  Императорская наложница Ли, его высочество дал мне слово, что я буду единственной, кто войдёт в его дворец.  Клятва принца нерушима, не так ли? Принц никогда не бросит тень на его величество.
—  Слово?!
Император хлопает ладонью по столешнице. Не просто ударяет, а вкладывает в удар ци. Каменный стол разваливается.
Пожалуй, я единственная остаюсь спокойной.
Вмешивается императрица:
—  Глупая девочка, как ты могла воспринять это всерьёз? Принц Юань шутил с тобой.
Она явно пытается сгладить ситуацию и помочь мне выпутаться. Проще говоря, она предлагает мне попросить прощения и уступить.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
Хах, я не настолько боюсь императора и его теневиков.
—  Если юная родственница императорской наложницы Ли хочет войти во дворец принца Юаня, то какое это имеет отношение ко мне? Если девушка хочет, пусть предлагает себя сама.
Фактически, я называю её весенней девой самого низшего класса. Высококлассные весенние девы за деньги развлекают гостей, но не продают свои тела. Как я успела узнать, одна из наложниц отца была приведена им как раз из весеннего дома, и она вошла в резиденцию невинной.
Императорская наложница Ли бледнеет. Девушки задыхаются от гнева, красными пятнами отпечатавшегося на щеках. Не привыкли к откровенным оскорблениям? Принцесса тоже смотрит широко распахнутыми глазами, но в её взгляде читается неприкрытое восхищение. Императрица же прикрывает нижнюю половину лица веером, словно отделяет себя от меня.
В гневе не только семейство Ли.
Вокруг императора раскручивается ци. Я наблюдаю за вихрем с лёгким недоумением —  император пытается преднамеренно запугать или настолько скверный контроль? А он осознаёт, что бесконтрольное вращение ци делает его уязвимым? Я прямо сейчас могу его убить… РенШен сильно обидится, если я оставлю его без папочки?
—  Какая дерзость!
—  Эта девушка не понимает. Разве то, что я сказала неверно? —  я сохраняю на лице непринуждённую улыбку, которая и императора, и остальных заводит ещё больше.
Император разбил стол, но не тронул меня —  это надо иметь в виду.
—  Ваше величество, ЯоЦинь оскорбила мою племянницу. Эта наложница просит справедливости!
—  Эта девушка также просит ваше величество о справедливости.
—  Какой справедливости ты просишь?
Орешков не хватает…
Как-то РенШен позвал меня посмотреть человеческую оперу и принёс целый кулёк жареного миндаля. Глядя на разворачивающийся передо мной цирк, так и хочется чем-нибудь захрустеть.
—  ЯоЦинь считает, что в отличии от меня достойна принца Юаня? Пускай докажет на чёрной арене!
—  Поединок до смерти? —  восклицает императрица. Видимо, предостерегает меня.
—  Будь по-твоему, племянница нашей императорской наложницы.
—  ЯоЦинь, скорее, попроси у девушку Ли прощения, —  несмотря на моё упрямство императрица ещё пытается исправить положение.
—  Просить прощения? Если девушка Ли устала жить, я с радостью помогу ей… отправиться в царство Ямы.
 
Глава 46
Император бросает взгляд на край веера, выглядывающий из-под широкого рукава: