Индекс Цитирования
- Почему сейчас? Почему? Я же держалась нормально и в машине так было спокойно, а вот сейчас ... - сипло выдавливаю из себя, но от эмоций у меня перехватывает голос и я тихонько всхлипываю, не в силах завершить фразу.
Макс сумрачно усмехается и сажает меня на кровать в спальне.
- Накатило. Это называется именно «накатило». Ты только сейчас по -настоящему расслабилась и позволила себе почувствовать то, что нельзя было ощущать тогда. Ты ведь психолог и сама знаешь, как такое бывает после стресса. Как запоздалая реакция.
Я вдыхаю поглубже и понимаю, что немного успокаиваюсь, слыша его голос.
- Если решишь подумать о случившемся, помни пожалуйста и то, что ты увидела, поднявшись из подвала. Все твои похитители - убиты, включая и эту мразь, которую мне надо было добить еще семнадцать лет назад.
- Он меня не ... не успел, - дрожащим голосом говорю я, но Макс прикладывает палец к моим губам и качает головой.
- Маленькая, не нужно ничего говорить. Просто верь, что ты в безопасности. И этого подонка больше нет. Никого из тех людей больше нет. И я не отпущу тебя больше ни на шаг.
Его голос звучит уверенно, тихо и очень твердо, в нем чувствуется сталь.
Макс поправляет влажную прядь моих волос и укладывает меня на кровать. Свернувшись клубочком, я наблюдаю за тем, как он переодевается в сухую одежду. Сейчас я хочу только одного - прижаться к его горячему и сильному телу, зарыться носом в его футболку и раствориться в этом запахе безопасности. Мой взгляд падает на кобуру, лежащую на тумбочке. Из кобуры он вытаскивает пистолет и что -то в нем перепроверяет.
- Когда все закончится, надо будет научить тебя стрелять, - невозмутимо предлагает он и я в его голосе слышу улыбку.
- Ага, ты что забыл, как уже учил меня стрелять, а потом решил, что стрельба и я - вещи несовместимые, - легонько подкалываю его я, - И вообще, даже перцовый баллончик в моих руках опасен прежде всего для меня самой, поверь мне.
- И все же я рискну, - не унимается Макс и мне нравится его настойчивость.
- А из него, - я киваю в сторону лежащего на тумбочке «Вальтера» мне можно будет пальнуть?
- Как ты сказала? Пальнуть? - теперь уже Макс вовсю радостно скалится от моего «пальнуть», - м-мм. , значит - пальнуть.
Я чувствую, что его очень веселит то, как я выразилась насчет стрельбы. Но свои «исключительные» стрелковые навыки я отлично помню еще по военной кафедре в ВУЗе. До сих пор кажется, что бравые вояки молча перекрестились, когда без пяти минут офицер запаса Лада Горностаева сдавала итоговый экзамен. К счастью, стрелять мне уже не давали - комиссии вполне хватило того, что я им тараторила про боевые отравляющие вещества. Между прочим, на твердую четверку.
- А я ведь даже военную кафедру закончила и вообще я - офицер запаса, - важным тоном изрекаю я и Макс окончательно покатывается от смеха. А вместе с ним начинаю смеяться и я. Жесткая волна запоздалого страха постепенно ослабевает.
- Знаешь, вот все-таки, на всякий случай, тебя надо научить стрелять. И хотя бы немного -основам ножевого боя тоже, - внезапно голос Макса приобретает серьезность и некоторую задумчивость.
Он куда-то уходит из спальни и через минуту я слышу, как во дворе хлопает дверца автомобиля. Когда возвращается, в его руке я вижу нож довольно необычной формы. Узкий, с витым лезвием, похожий на штык, только с небольшими отверстиями на странном, трехгранном лезвии.
- Видела такой? - он протягивает мне этот нож и я как зачарованная смотрю на это оружие.
- Нет. Это вообще нож или штык? Такой вижу впервые.
- Наверное, это хорошо, что такое тебе раньше видеть не доводилось, - соглашается Макс и забирает у меня странный нож с тусклым лезвием.
У меня, видимо, настолько завороженный вид, что Макс вытаскивает обойму из «Вальтера» и тоже передает его мне.
- Вот, попробуй.
Я сижу на кровати с пистолетом в руке, он подсаживается сзади и берет меня за руку, как бы направляя ствол в какую -то точку на стене. Своим пальцем он помогает мне нажать на спусковой крючок и тихонько шепчет на ухо:
- Представь, что перед тобой - враг и выстрели. Промахнешься - я буду рядом.
От его горячего дыхания прямо над моим ухом и хриплого шепота я окончательно теряю голову и сейчас мне хочется повернуться к нему лицом, поцеловать его. Но Макс не дает мне это сделать. Он опустошает обойму, вытряхивая из нее патроны, снова вставляет ее в «Вальтер», удерживает мою руку на пистолете, накрывая ее своей рукой и властно шепчет:
- Стреляй! Еще стреляй! Давай, сделай это! Сама!
Я послушно все это проделываю и да, мне на самом деле становится так хорошо, как будто бы я приняла горячую ванну с расслабляющим массажем после нее. Он отпускает мою руку и бережно забирает у меня пистолет, откладывая его рядом с ножом.
Макс разворачивает меня лицом к себе и накрывает мои губы очень нежным и осторожным поцелуем, как бы боясь спугнуть мои желания. Сегодня в его прикосновениях столько чувственности и любви, что у меня перехватывает дыхание. Нет той жадной страсти и сейчас после всего пережитого ей точно не место. Не знаю, готова ли я прямо в эту минуту заняться любовью, но мне отчаянно не хочется, чтоб утренние события во мне что-то сломали надолго. И мой мужчина это очень хорошо понимает.
Легонько проводит пальцами по ссадинам и кровоподтекам, проявившимся на моем теле после тех страшных суток в подвале. Я едва заметно вздрагиваю, но отчаянно хочу сейчас чувствовать эту теплую силу, которая сможет меня защитить.
- Если не захочешь - только скажи, - предлагает он, глядя мне прямо в глаза и я молча киваю. Провожу ладонями по его сильным рукам, которые пару минут назад сжимали мои руки вместе с пистолетом. Он чуть приподнимается надо мной на руках, обжигая меня своим туманящимся взором.
Поворачиваю голову в сторону пистолета, лежащего на тумбочке, Макс перехватывает мой взгляд и от легкого удивления чуть вскидывает левую бровь.
- Что?
- Пусть он будет рядом, мне так спокойней.
Он вставляет обойму в свой «Вальтер», щелкает предохранителем и кладет пистолет рядом, на соседнюю подушку.
- Рядом - вот так?
Я смотрю на пистолет и чувствую, что лучше будет все же ему лежать на тумбочке. Хотя именно с его помощью удалось остановить Яковлева и, возможно, некоторых из моих захватчиков. Макс пристально наблюдает за моей реакцией и все же решает вернуть пистолет обратно на тумбу - видимо все мысли написаны у меня прямо на лице.
- А стрелять тебя я все же научу, раз вид оружия тебя так заводит, - глухо рычит Макс и впивается жадным поцелуем в мои губы. От смущения и осознания того, что он мог сейчас обо мне подумать, меня обдает сладкой волной жара, но сейчас это очень вовремя.
Макс не торопится и не дает торопиться мне, ему нравится любить и ласкать мое тело -сантиметр за сантиметром, растягивать удовольствие. Но на мгновение я снова проваливаюсь в другое воспоминание - матрац на полу в том мрачном подвале... Вздрагиваю и оцепенело смотрю на мужчину. Он все понимает и осторожно чуть отстраняется, изучая меня взглядом.