Лёгкое пёрышко. Как туман на ветру
– Ты хотя бы можешь быть уверена в том, что нравилась Кассиану. То, что он решил оставить тебя, никак с тобой не связано, – осторожно сказала Скай. – Если бы он мог видеть, бросил бы свое сердце к твоим ногам.
Хотела бы я на это посмотреть, но не это мне было нужно. Мне нужно было, чтобы он любил меня, а не чтобы я ему нравилась. Уже от одного слова тошнило. Мне нравились мои яркие носки. А для Кассиана я хотела быть единственной, какие бы препятствия ни ставила на нашем пути судьба.
– Ты когда-нибудь влюблялась? – поинтересовалась моя подруга у маленькой гадалки.
Мойра убрала волосы с лица. К этому моменту я уже привыкла к этому зрелищу. Ее глаза сияли теплой синевой, а кожа была очень тонкой и гладкой. Она наверняка была красавицей, пока люди не сотворили с ней ужасы.
– Его звали Тициан, – начала она, и ее рот скривился в болезненной улыбке. – Он признался мне в любви, выслушал меня, а затем предал. Когда они пришли забрать меня, чтобы начать истязать, он просто стоял рядом, пока я рыдала, кричала и умоляла о помощи. Одного его слова хватило бы… – Она закрыла глаза. – Все, что они делали со мной, было не сравнимо с той болью.
Скай положила руку ей на плечо, чтобы утешить.
– Я бы сделала для него все, что угодно, – тихо продолжила Мойра. – Его предательство уничтожило меня. Сначала я хотела умереть, пока не поняла, что оно того не стоит. Он принял решение, а мне пришлось принять свое. Я хотела жить, даже если не знала, какой будет жизнь с этими увечьями. Когда Майрон предложил пойти с ним, я не раздумывала долго. Сибиллы не являются частью волшебного мира. Так что предложение Майрона было очень великодушным.
– Мне так жаль, – вздохнула Скай, и я заметила, как по ее щеке скатилась слеза. – Он тебя не заслужил. – Она поджала губы, вероятно, чтобы подавить рыдание.
– Я тоже говорила себе об этом бесчисленное множество раз. Несмотря ни на что, все время искала объяснения, которые могли бы оправдать его поведение.
– И что, нашла?
– Нет. Потому что их нет. – Она грустно покачала головой. – Он был эгоистичен и труслив, а я слишком влюблена, чтобы осознать это. С Кассианом, однако, все иначе, – сказала она. – У него есть причина. Даже если ты не хочешь понять его, он никогда тебя не предаст и никому не позволит причинить тебе вред.
Я смущенно сглотнула, надеясь, что так оно и было. Если честно, у меня возникали некоторые сомнения, что Кассиан не подаст печать Дэмиану де Винтеру на блюдечке с голубой каемкой, если тот поманит его возвращением зрения. Но этим беспокоить девушек я не хотела.
– Я все это знаю и тоже стараюсь не подавать виду.
– Действительно старается, – подтвердила Скай. – Не знай я ее так хорошо, не поняла бы, что Элиза страдает.
Мойра покачала головой.
– Девочки мои, вы находитесь в волшебном мире. Неужели вы думаете, что ваши человеческие чувства от кого-то здесь можно скрыть? Здесь ничто не остается тайной. – Она потерла глаз на своем лбу.
Я напрягалась: Опал, вероятно, каждую ночь смеялась надо мной в кулак, и жар и холод прокатился по моему телу.
– Ты должна сосредоточиться на своей задаче! – строго потребовала Мойра. Ее глазные яблоки закатились, а голос понизился на несколько октав. – Ты должна сохранить печать в целости и сохранности. Только это имеет значение. Я вижу черные тучи и ледяной холод над Аваллахом. – Она встрепенулась и посмотрела мне в глаза. – У тебя есть задание, которое ты должна выполнить.
Я подтянула ноги к себе и положила подбородок на колени.
– Почему всегда я? – хриплым голосом поинтересовалась я. Мне так все это надоело.
– Тебе предстоит это выяснить, – объяснила Мойра. – Это часть твоего задания.
– Ты могла бы просто рассказать мне, – проворчала я. Постоянно эти загадки. Начинало уже надоедать.
– Друзья помогут тебе, – сказала Мойра. – Вот твое преимущество. Я никогда не влюбилась бы в Тициана, если бы он не был первым человеком, заставившим меня почувствовать, что я что-то значу.
Мне стало невероятно совестно.
– Мне очень жаль, – прошептала я. Ее судьба была куда тяжелее моей, а я ей все уши своими проблемами прожужжала. В конце концов Кассиану было на меня не плевать, и он никогда не лгал мне о том, что было для него главным. – Я буду лучше стараться.
Скай обняла меня за плечи.
– Мы поможем. Ты ведь знаешь это, не так ли? Ты не одна.
Я кивнула, и глупые слезы капали с кончика моего носа. Я яростно вытерла их. Начиная с сегодняшнего дня со страданиями покончено.
– Мы теперь и твои друзья тоже, – сказала Скай, обращаясь к Мойре. – Элиза, Рубин, я, – подсчитала она. – И их будет еще больше. Вот увидишь.
– Я ничего не увижу, – тихо сказала Мойра, смущенно улыбаясь. – Моя собственная судьба всегда в темноте.
Но она наверняка радовалась появлению новых друзей. Я решила поговорить с Фрейзером, Джоэлем и Джейд. Наверняка у этих троих не было глупых предрассудков, и они поймут, насколько необычной она являлась. Мы могли бы устраивать здесь вечеринки, а Моргайна приносила бы нам волшебное вино с цукатами. Я бы развлекалась и получала удовольствие, а Кассиан пусть тратит жизнь на эту Мисс Мелочность. Я наклонилась и обняла Мойру.
– Спасибо, – сказала я. Мне нужно сосредоточиться на важных в моей жизни вещах, а это Грейс, печать и мои друзья.
Той ночью меня снова разбудил странный треск снаружи, но в этот раз более громкий и настойчивый. Я села на кровати, и холод тут же пробрал меня до костей. Джейд и Скай лежали в постелях, будто ничего не чувствовали. Я на мгновение задумалась над тем, чтобы разбудить их, но сразу же отбросила эту мысль. Лед исчезал, когда я разговаривала с Солеей или во время моего почти-падения в окно. Солеа говорила, что Рубин вообще не видел ледяных цветов. Если я хотела выяснить, что здесь происходит, мне стоило поторопиться. Я выскользнула из кровати, натянула брюки и куртку поверх ночной рубашки, которую заправила в штаны, и подбежала к окну. Ледяные цветы покрывали стекло, скрывая происходящее снаружи. Я дышала на стекло и пыталась оттереть его, чтобы выглянуть на улицу. Зеленый луг, простиравшийся вокруг Аваллаха, стал белоснежным – очень красивым, но в то же время пугающим. Белый слой с треском двигался вперед, будто у него была своя собственная жизнь, надвигаясь на берега. Не замерзнет ли тогда озеро? Что, черт возьми, происходит? Я открыла окно и сглотнула. Черт, как же холодно! И тогда снова услышала монотонный шепот и треск. Я закрыла окно. Так продолжаться не может. Мне нужно положить конец этому ужасу. Бесшумно откашлявшись, я вышла из комнаты. Коридоры опустели. Где были стражники Рэйвен, когда они так нужны? Ответ на этот вопрос я получила раньше, чем предполагала: один эльф, прислонившись к стене в фойе, спал. Как такое возможно? Эльфы никогда не спали столь глубоко и крепко, чтобы не заметить происходящего вокруг. Я побежала вниз по лестнице и открыла большие ворота, ведущие на улицу, где на каменном полу сидели два спящих эльфа. Если Рэйвен увидит этих двоих, им крышка. Услышав шаги позади себя, я обернулась и с облегчением выдохнула, когда увидела подходившую ко мне Солею. Она покачивалась взад-вперед на своих сандалиях, потирая голые руки.