Мой сияющий тиран

Они бросили меня на стол, как кусок мяса на металл. Сковали руки над головой, а ноги развели в стороны. И все это унижение в гробовом молчании. Только головой о стол осталось расшибиться.
Вышли.
Между ног на внутренней стороне бедра похолодело. Ощущения собрались в самой теплой точке в теле. Внутри живота. Я немного отдышалась от абсолютно дурной борьбы. Затихла. Зачем сопротивлялась, спрашивается? Да, просто страх смел все. Вот и поддалась.
Вошел мужчина в больничном халате. Тоже арктик. Вымыл руки, видимо по привычке. Взял связку датчиков и присосок с тянущимися проводами, начал лепить на мое тело, чуть ли не в каждую дырку. Но хоть в нем было что-то человеческое.
Он достал из шкафа, который я сразу не увидела, тонкую простыню. Накрыл меня и вышел.
И только за ним пришел Велигор. Не пришел, вплыл. Насколько это возможно для такого двухметрового атлета. Закрыл неслышно дверь. Разглядывая меня со всех сторон, словно угадывая мои изгибы под слоем ткани.
Я выдохнула. Хотя бы не при свидетелях. Он не будет этого делать при других. Уткнулась в собственную руку, дышу взволновано. Наблюдая за его приближением исподтишка. Приводя ритм сердца и пульс в норму. Восстанавливаю сбившееся дыхание от волнения. Замедляюсь.
Велигор двигался нарочито неспешно, растягивая удовольствие. Тянет время. Сам блестит легким отсветом желания. Я такой видела у вернувшихся из его спальни девушек.
Неспешно снял пиджак. Расстегнул запонки. Рубашка упала на стул, звякнув пуговицами. Затем послышалось бряканье.
Бряк! Звяк.
Ремень с бляхой легли на стул.
Тихое, шуршащее движение скользящих брюк и нижнего белья по мужским бедрам.
Звяк.
Одежда легла на стул, вызывая во мне чувство покоя. Так что я сложила голову на щеку и опустила плечи.
Велигор стягивает со спины простынь к ногам, мощно залезает на стол. Тело у него пылает. Горит. Я ощущаю тепло, только от приближения. От того, как он положил ладони у моих плеч, доминирующе нависая надо мной. Тяжело и возбужденно дышит.
Это вызывает во мне сексуальный отклик принять. Я подавляю его. Внутренне готовлюсь к вторжению, к атаке, которая возможно будет мне стоить жизни. Я ведь просто так не сдамся.
Велигор раздвигает мои бедра коленом еще шире, так как он крупнее меня. Сильно упирается мошонкой, подается и между моих ягодиц прижимается горячий, очень упругий член. Прикосновение мгновенно обжигает. Возбуждает. Вгоняет в краску. Он толкается вперед, бесцеремонно устраиваясь поудобнее.
Какой же он большой.
Закрываю глаза, душевно натягиваюсь, как тетива. Теперь я вдыхаю глубоко, но медленно, еще медленнее. Пульс послушно замедляется. Еще тише. Ритм сердца почти не слышен.
Он скользит ладонями вперед, до тех пор, пока губами не коснулся затылка. А его теплые пальцы не перехватили запястья. Психический удар.
Мир подернулся перламутрово-ежевичным цветом.
Это наш цвет. У каждого арктика с новой девушкой свой. Наш – перламутрово-ежевичный.
– Готова? – голос охрип от вожделения, в котором я буквально купаюсь.
Захлебываюсь его желанием.
Конечно, готова.
Тише-тише…
По телу разлилась янская Ци, обволакивает нарастающим зноем. Приятным, греющим, проникающим во все наружные меридианы, нарушает все семь чувств моего организма.
Требуется время понять, что делает Велигор. Начинал он с точки от верхней области левой кисти руки. Точка Цунь-Коу воздействует на легкие, с целью перенасытить тело кислородом. Это чтобы погрузить в иллюзии.
Только вот он забыл, что я Спящая. И не просто спящая, а десять лет подряд тыкающая в себя кучу иголок, и не ради убойного здоровья.
Я максимально расслабляюсь. Сердце почти не бьется, пульс на низкой грани допустимого. Тии-шшш-еее…
Т-с-с-с…
Полная остановка и задержка дыхания. Моя укрепленная Ци встала. Замерла на миг. Замерзла. Чудовищно нагнетаясь в каждой точке вдоль меридианов.
Ш-ш-ш-ш-ш…
Мне это нужно затем, что связь для иллюзий двухсторонняя. Если чашу наполнить до краев, то жидкость начнет переливаться через край. Это простые люди, как запаянный самовар – если много влить, проблем не оберешься. А у нас с Велигором все намного веселее. Его янская Ци тоже накапливается во мне. Просачивается снаружи внутрь тела. Звенит от повышающегося давления.
Ш-ш-ш-ш-ш…
Велигор не просто пытался забрать мою Ци. Он мимоходом сбрасывает лишнюю янскую. Вместе с ней, за иллюзиями, которые я не видела, скрываются его запретные желания. Темные, горячие, те, на которые наложены табу. Где-то очень глубоко в нем тлеет жажда физического контакта. Я ее чувствую. Вероятно, древняя, что осталась при переходе с Земли, или когда в их мире еще существовали женщины. Мне захотелось его прочитать, посмотреть. Чем живет арктик, которого я боялась всю взрослую жизнь. Но сейчас не до этого. Я намерена дать отпор.
Десять секунд, полминуты, минута. Удар сердца.
Стук…
Неясный, никому неслышный. Еще удар. Еще один. Сердце рванулось, набирая обороты, ускоряя темп от медленной анданте в быстрый, становясь увесистым аллегро.
Возврат энергии от перенасыщения, и вся Ци, что скопилась внутри меня, потекла от меня к нему. Рванула мощным потоком. Бам! Арктик застыл на мне.
Мощный удар!
Бам! Словно бампер о бампер! Словно две молнии сливаются с треском в грозу, яростно сверкая! Бам!
Удар вынес его из нашей общей энергетической структуры. Велигор энергетически подвис в прострации, выбитый из собственного сознания. Я не видела, но ощутила. Вместе с этим над нами, над структурой, зависло нечто, похожее на микрошар или искру. Точка голубого огня.
Пара секунд и можно по-новой. Я не знаю, сколько смогу его держать в прострации. Но один полный оборот мы прошли. И от подобного эксперимента меня тоже штырило. Меня пьянила чужая Ци. Побочный эффект от взаимных «обнимашек».
Попробуй, нырни назад. Бам!
И как только это произошло, я тут же ощутила зрителей.
Бессмертный извращенец. Он в телепатической связи. Кроме него, все, что он слышал, чувствовал и видел, телепатически слышали и знали остальные. Просто тварь! Ци они конечно не ощущали, но эмоции, цвет, настроение. Все как на большом экране, только в разуме. И мои мысли тоже все как на ладони.
Дзынь! Сейчас спою! А нет, не спою.
Приходит как-то кабан Велигор Янчжун к корове и говорит: дай ты мне, голубушка, средства чудесного. От которого становишься бессмертным и никогда не стареешь. Корова посмотрела на кабана и отвечает: а не ты ли, свинтус поганый, три дня назад меня скотиной называл? Без уважения, без ласки.