Невеста поневоле

– Ешь. Ты мало съела. Теперь у тебя должен улучшиться аппетит.
– И что это было? – спрашиваю я, всё ещё не веря в реальность только что случившегося.
– То, чего ты хотела. Разве я неправ? Валерия тебе неприятна, мне – тем более. Я от неё избавился. Она знает, что я не шутил. Взяла предложенное и решила уйти… Так гораздо лучше! – говорит Ильяс, начиная расправляться с ужином.
– Она может навредить тебе? – осторожно интересуюсь у мужчины.
– Если Лера решит подгадить снова, это будет последнее, что она успеет сделать в сознательной жизни. Я не шутил, Леся, когда расписывал ей прелести будущей жизни, – серьёзно заявляет Ильяс, глядя мне в лицо. – Я не прощаю предательства.
– Но ты помог ей и…
– У меня свои счета с Мамонтовым. Он решил угрожать через бывшую жену. Мамонтов жесток и опасен, давний соперник. Я вытащил жену из неприятностей. Но у нас с тобой сорвался чудесный пикник из-за неё. Думаю, за это стоило отомстить, – переводит всё в шутку Анваров, но его жаркий взгляд запускает искры по моему телу и ток прямиком в кровь.
    
Глава 38
Олеся
 
 
– Если хочешь, мы можем забрать Мишу домой уже сегодня, – радушно предлагает Анваров на следующий день.
Он появляется на пороге моей комнаты очень неожиданно, заставляя меня вздрогнуть.
– Это всего лишь я, Леся.
Анваров огибает меня по большой дуге и дотрагивается пальцем до ткани платья, выбранного мной.
– Так официально.
– Посмотри на мой гардероб, – не выдерживаю я. – Там всё выглядит очень официально.
– Ну почему же… Есть чудесные платья. Вот эти!
Анваров сдвигает вешалки в сторону, показывая рукой на коктейльные и легкомысленные платья. Я намеренно не собираюсь надевать ни одно из них. Слишком уж сильно они напоминают мне о том, что едва не произошло на пикнике. Я буду чувствовать себя в них некомфортно и постоянно сбиваться с нужных мыслей на фривольные.
– Надень любое из них. Прошу. Они все тебе к лицу, – говорит Анваров.
Я медлю, а он видит меня насквозь и проводит пальцем по шее. Кровь закипает за пару секунд, сладостное томление скользит от его движений. Чувственные мурашки гуляют по телу вверх и вниз. Я словно начинаю порхать над поверхностью земли и ничего не могу с этим поделать.
– Ты до ужаса отзывчивая. Это возбуждает… – говорит Анваров со сбившимся дыханием. – Почему ты не хочешь упростить нам обоим жизнь?
– Потому что простые вещи не ценятся. Их начинают ценить лишь тогда, когда теряют.
– Я тебя не потеряю, – возражает Анваров.
– Первую Олесю ты уже потерял, – напоминаю мужчине и снимаю его ладонь с плеча. – Ты даже не знаешь, что с ней стало!
– К сожалению, уже знаю. Но не хочу омрачать тебе настроение. Ты хочешь встретиться с братом. Можешь забрать его домой…
– Спасибо! – я с улыбкой смотрю на Ильяса. – Можно тебя обнять? Без твоих ответных поползновений?
– Можно подумать, что они тебе неприятны, – фыркает мужчина, но раскрывает объятия очень широко.
Я обнимаю его, медленно сводя руки за широкой спиной, закрываю глаза, наслаждаясь теплом и защищённость. Руки Анварова не лежат спокойно на одном месте. Он то сминает талию, то гладит меня по спине, рисуя пальцами затейливые узоры.
– Спасибо тебе от всего сердца за Мишу, – признаюсь. – Я поняла, что сейчас условия гораздо лучше, чем жилось у тётки. Намного лучше.
– Будет ещё лучше, когда он переедет жить к нам, – говорит Анваров, но на лице отображается страдальческое выражение. Как будто Ильяс заранее готовится нести убытки от шалостей Миши.
– Можно попросить тебя устроить ему комнату? Я бы хотела, чтобы Миша участвовал. Позволишь?
Я нахожу руку Анварова и раскрываю его ладонь, переплетая пальцы. Ильяс удивлённо смотрит вниз, медленно переплетает пальцы с моими.
– Я не собираюсь обдирать тебя как липку, – говорю внезапно. – Не продам сведения о тебе конкурентам и не предам. Наверное, тебе сложно поверить в слова девочки с улицы. Скорее всего, для тебя это вообще неважно… Но я сказала то, что хотела. Что с этим делать, решать тебе.
– Ох, как много я бы хотел с этим сделать!
Ильяс красноречиво обводит меня взглядом, лишая возможности дышать размеренно и спокойно. Он сбивает моё дыхание за черту, становится ближе и ближе, а я не могу противостоять ему даже в мелочах, не говоря о большем.
 
***
 
Я немного робею, посещая Мишу. До сих пор помню, что подвергла его опасности и стыжусь этого. Боюсь, что Миша не захочет видеть меня. Но братик счастливо обнимает меня. Дети лучше запоминают хорошее и готовы любить бескорыстно, в ответ прося лишь внимания.
Анваров сдержал своё слово. Мы забираем Мишу и отправляемся выбирать вместе дизайн детской комнаты. Немного утомительно, но всё-таки весело. Миша сам выбрал цвет обоев и рисунок, а остальное мы с Ильясом выбираем сами…
Пролетает неделя – именно столько занимает ремонт и обустройство комнаты. В день, когда мы забираем Мишу к себе окончательно в доме Ильяса устраивают пышный праздник, на котором веселимся все мы, без исключения.
Переживаю, что Мише будет скучно, но Ильяс уже решил вопрос и с няней, и с досугом. Миша будет посещать развивающий центр для детей, спортивную секцию и секцию творчества. Всюду его будет сопровождать няня, одна из лучших, заверяет меня Ильяс.
Я привыкаю к новой жизни, в которой играю роль невесты завидного жениха. Меня радует не только то, что Миша находится рядом. Но и установившиеся тёплые, доверительные отношения с Ильясом. Он не оставляет попытки флирта и наслаждается каждым поцелуем на камеру, превращая их в умопомрачительные. Я таю, как воск на жаре, понимая, что ещё немного – и я сдамся...
    
Глава 39
Олеся
 
 
Одним из важнейших событий становится пресс-конференция, к которой команда Гектора готовится с особой тщательностью. Она должна расставить все точки над «i» о строительстве нового отеля на Левом берегу и уничтожить мнения, якобы Анваров губит матушку-природу.
Конференция длится не один час. Журналисты не отпускают Анварова до последнего, а спикеры-конкуренты задают вопросы с подвохом. Я бы давно растерялась, но Анваров демонстрирует острый ум и умение выкручиваться из сложных ситуаций.
Однако не обходится без неприятных сюрпризов.
Ведущий ловко переводит тему на угрозы и подводные камни в карьере политика. Тем временем на большом экране появляются кадры. Те самые, сделанные во время фиктивного покушения на Ильяса. Когда в него якобы стреляли. Я замираю без движения, не зная, что ответить на вопросы ведущего, сыплющиеся градом, но Ильяс перетягивает мою руку к себе на колени.