Талисман для князя. Щит рода
В гимназии мы задержались еще на полтора часа, пока заполнили формуляры на получение униформы, учебников и расписания занятий. Инспектор Суховцев, будто в отместку, что не выбрали гуманитарное направление, нагрузил нас факультативами по самое не хочу. А еще этикет и танцы ежедневно по два часа! Первое время придется поднапрячься, куда ж деваться.
К двухэтажному зданию мэрии мы подъехали во второй половине рабочего дня. Не ожидали, что в гимназии столько времени уйдет на формальности, хотя Алим предупреждал, быстро не отделаемся. Документы на передачу собственности, которую от нашего имени выкупил Зельман, подписали быстро. Стороны согласны, претензий друг к другу не имеют. Там же оформили доверенность на ашкеназца, чтобы вел дела от нашего имени.
Проголодались за день и заехали в ресторацию пообедать, как раз и Егорку дождемся с занятий, чтобы домой забрать. Нужно нам второй экипаж приобрести или даже паромобиль. А что? Удобно же, но больше, конечно, необходимость. Усадьба Толпеева на окраине города в зеленом квартале расположена, далековато каждый день в гимназию и обратно пешком ходить. Алиму тоже транспорт нужен, как ни крути. Как раз за обедом обсудили покупку.
– Может, карету или ландо? – прижимистый у меня помощник. Жадничал Алим отдавать полторы тысячи золотом за паромобиль. – В обслуживании проще, дешевле.
И это он не подозревал, что я нацелилась на бронированное авто, с магической защитой и повышенной проходимостью. Алиму по долгу службы разъезды предстоят, а у меня учеба. Как я его безопасность обеспечу? Охрана есть, конечно. Юридический дом Кальман предоставил лучших бойцов, но тревожило меня нехорошее предчувствие. И маг еще этот беглый покоя не давал. Сомневаюсь, что он отказался от намерений, затаился где-то и выжидает подходящего момента.
– Время еще не позднее, предлагаю забрать Егора и заехать в салон, – я видела по пути красивую вывеску с новеньким авто.
Город хоть и небольшой, но можно достать что угодно. А все из-за удачного расположения. Алапаевск – крупный железнодорожный узел, перекрестье нескольких торговых путей.
– Нина Николаевна, дался вам этот паромобиль! Кто его водить будет, заправлять, обслуживать? – всплеснул руками барон.
– Так при салоне мастерская имеется. Они же и будут обслуживать, – я в объявлении вычитала, – а водить сами научимся. На первое время наймем кого-нибудь, не вижу проблемы.
Наоборот, меня тянуло к автомобилям, в прошлом я умела и любила водить машину. Да и выглядели паромобили монструозно, сразу привлекали внимание и служили показателем статусности.
– Поверьте, привыкнете еще и не захотите обратно в конный экипаж пересаживаться, – заявила я с уверенностью.
– Нин, я тоже не понимаю, зачем он нужен, – проявил мужскую солидарность Игнат. – Все знают, у графа ни копейки за душой, а тут покупки крупные. Зачем к себе внимание привлекать?
– Так, то у графа! – фыркнула я. – А нам следует сразу о себе заявить, чтобы о бедственном положении Толпеева никто не вспомнил. Сам знаешь, нужно обрастать полезными связями. Репутацию Владислав Андреевич подпортил, поэтому придется создавать новую.
– Ну, если только в этом смысле, – с сомнением протянул Алим. – А то я уж было подумал, ты загордилась, превратившись в графиню.
Я прыснула со смеху, тоже мне, нашел, чем гордиться. У отца, может, и не было титула, но за выслугу коллежского советника заработал.
Егорку переполняли впечатления от первого учебного дня. Глазенки горели восторгом, а рот не закрывался, рассказывая о новых друзьях, строгих учителях и классах. Поначалу-то вышел на порог гимназии важный, с портфелем в обнимку. Волосы, как ни укладывали их с утра, торчали в разные стороны, левое ухо красное. Предположу, в воспитательных целях накрутили. Телесные наказания в гимназии разрешались за нарушение дисциплины или правил. А нашему шкоде на месте усидеть сложно, гиперактивный ребенок. Вон и костяшки на руках сбиты, а у незнакомого мальчишки, что бросал на Егора злобные взгляды, наливался фингал под глазом.
Незнакомый воспитатель, завидев наш экипаж, поспешил навстречу, желая пообщаться с Игнатом. Брат лишь вздохнул и спустился к мужчине. Егорка аж побледнел, когда сообразил, что нам доложат о его проделках.
– Что натворил-то? – не удержалась и спросила шепотом.
– Ничего, – буркнул нахаленок и шмыгнул носом.
– Так уж и ничего? – ехидно переспросил Иван. – За ничего воспитатель не стал бы вычитывать Игнату Александровичу. Ох и задаст Гаврила трепку! О чем он просил утром?
Мелкий втянул голову в плечи, понурился, совсем ему кисло стало.
– Дык я эта, – он всхлипнул, – не виноватый! Сказал токмо, что на лентающем корабле каталси, и что сам капитан в юнги зазывал, а я отказал! Брешешь, грит Сенька, не могет такого быть! А как же брешу-то, если энто чистая правда? Ну, я и вмазал, чтобы вралем не обзывал!
– Мда-а, – со смешком протянул Иван, – правда она такая, без кулаков не бывает.
– Молодой человек, – Алим витал в собственных мыслях, но и за нашим разговором следил, – а разве вас не предупреждали не болтать языком без дела? О чем еще вы успели похвастаться перед школярами?
– Боярышня, – Егорка спал с лица и чуть не на колени передо мной упал. Благо, пространство экипажа не позволило этого сделать, – клянусь, больше ни словечка лишнего не сказал. Токмо о корабле лентучем! О вас ничегошеньки не было. Один я там был!
– И все поверили, будто без взрослых ребенка пустили на корабль? – подколол Ванька. – Конечно же, тебя посчитали вруном. Один билет стоит как полгода учебы в гимназии. Откуда у тебя деньги?
– Ну-у… э…
– Вот тебе и э… – передразнил он мальчонку. – Учись головой думать, а не тем местом, на котором сидишь.
Ответить Егор не успел, стремительным шагом вернулся Игнат, забрался в экипаж и велел вознице отправляться. Предупрежденный, что после гимназии едем к автомобильному салону, кучер сразу же направился туда. Брат хранил молчание, изредка поглядывая на мелкого. Тот ожидал упреков, обвинений или чего-то в этом роде, а потому недоумевал, отчего же барин молчит. И это молчание действовало похуже любых слов. Не знаю, что мальчонка себе надумал, но выглядел таким убитым, что даже жалко стало. Однако в воспитательный процесс я не вмешивалась, пусть прочувствует серьезность момента и впредь будет умнее.
Автомобильный салон представлял из себя двухэтажную лавку, у порога которой стоял новенький паромобиль. Возле него крутились мальчишки, с любопытством рассматривая диковинку. В Алапаевске подобного транспорта по пальцам пересчитать, цены кусались. В основном, разъезжали аристократы или зажиточные промышленники. Купец Резников, например. Лавка принадлежала купцу Лазареву Ивану Михайловичу, он и встретил на пороге с радостной улыбкой ушлого торговца, почуявшего выгодную сделку.
– Доброго здравия, господа! Вас заинтересовал паромобиль? Этот экземпляр мой личный, служит рекламой и наглядным пособием для покупателей. Прошу, – он приглашающим жестом распахнул двери. – Посмотрите каталоги с подробным описанием. Здесь же на заднем дворе мастерская, предлагаю провести экскурсию. Купленные у меня паромобили в течение года обслуживаются бесплатно, а дальше уже договоримся. Для постоянных клиентов предусмотрены скидки.