Порочный

— Разве это не правда? Ты едва не отправил мою маму в больницу!
— Этого не произошло, — чётко проговаривает свои слова парень и не отводит от меня взгляд.
— Но ведь могло! — перехожу на крик, ведь понимаю, что мои нервы на пределе. Как можно быть таким спокойным? Разве он не знает обыкновенного сочувствия?
— Что здесь происходит? — видимо на мой крик отреагировал отчим, за что отдельное ему спасибо, поэтому он вышел к нам и остановился рядом с дверным проемом.
Артем как-то странно усмехнулся и отдалился от меня, поднимая руки вверх.
— Всего лишь пожелал сестренке счастливого вечера, — парень забирает свою куртку и проходит мимо отчима, решив оставить нас в комнате. Я вижу как они едва сдерживаются, чтобы вновь не повторить обеденный скандал. И хоть сейчас, но мне стоит сказать им спасибо. Сдерживаются как могут.
Но все же один вопрос не даёт мне покоя. Что могло такого произойти, после чего отец и сын стали заклятыми врагами? Потому что иначе их отношения никак не опишешь. Артём очень скрытый и ждать от него открытия семейных тайн не стоит. Да и я не из таких, кто будет выворачивать душу наизнанку. Это их тайна и их отношения, нас с мамой они не касаются. Главное, чтобы они не забывали о том, что в доме находится беременная женщина. И если отчим это понимал и старался оградить мою маму от шума и крика, то, кажется, Артему было совершенно всё равно.
На следующий день я после занятий направилась в библиотеку, ведь именно здесь должно было проходить наше занятие с Соловьевым. Но видимо его совсем не волновало то, что я не в восторге от такого подарка судьбы, ведь он появился только спустя пять минут. Прошёл к моему столику и вальяжно устроился на стуле, нагло продолжая сверлить меня взглядом. Я пыталась не замечать его самонадеяннаю выходку, но ведь моё терпение тоже далеко не железное. Поэтому спустя несколько минут я сдалась.
— Что-то не так? — задаю я вопрос и закрываю книгу, в которой, как я думала, можно найти много подходящего.
— Нет, всё в полном порядке, — улыбнувшись отвечает Кирилл, — Начнём?
Его спокойствие меня убивает. Неужели его совсем не волнует, что у меня полно своих дел. И я уж точно не в восторге от того, что на меня повесили заядлого бабника, который наверняка даже понятия не имеет, что делает в этом университете. Очередной мальчик, которому все легко и просто достаётся. Относилась бы к ним адекватно, если бы они не вели себя так, словно являются центром вселенной.
— Замечательно, — открываю книгу и пытаюсь выяснить, что именно не понятно Соловьеву, но подняв голову вижу как он внимательно наблюдает за двумя девушками. Они сидели немного поодаль нас и что-то обсуждали. Не могу быть уверенной, но что-то подсказывает мне, что их разговор был вовсе не об учёбе.
— Эй, — недовольно щёлкаю пальцами, чем и, о боги, все же привлекаю его внимание, — Приём. Может быть вернешься в реальность?
— Ты чего? — отмахнулся он и недовольно на меня посмотрел.
— Соловьев, имей совесть, — уже спокойным голосом произношу я, ведь понимаю, что спорить в такой ситуации бесполезно.
— Хочешь сказать, что тебе неприятна моя компания?
— А с чего ты взял, что мне должно нравиться проводить с тобой, — я заметно выделила последнее слово, — свое драгоценное время.
— Потому что всем нравится, — нагло отвечает он и смотрит на меня, видимо оценивая, потому что другого объяснения я его поведению не вижу.
— Я не все, в нашем университете полно и других молодых людей, но многие девчонки почему-то сходят с ума от тебя и напрочь не замечают других парней. Это неправильно.
— Пытаешься сказать, что ты не такая?
— Ты услышал мой ответ, — поясняю я, понимая, что эго главного сердцееда в нашем универе сильно задето.
— А если все же влюбишься? — спрашивает парень и наблюдает за мной, как за подопытной мышкой.
— Нет, — отрицательно качаю головой, отказываясь даже представлять такое в своих мыслях. Я и Соловьев… Пф, а у него отличное чувство юмора.
— Ты в этом уверена?
— Конечно, — твердо произношу я, понимая, что мой голос предательски дрогнул.
— Тогда ты не откажешься, если мы проведём эксперимент? — Что? Что он задумал? Чего он хочет?
— Что ты имеешь в виду?
— Ты будешь моей, — уверенно заявляет он, не забывая при этом улыбаться своей фирменной улыбкой, — Сегодня, завтра, через месяц… Ты сдашься.
— С чего такая уверенность? Соловьев, поспешу тебя огорчить, но этого не будет никогда!
— Вот и увидим, — он встаёт и забирает книгу, которая только что находилась в моих руках. Вот же… наглец! Ну что же, пора вернуть нашего мальчика на место и показать ему, что в этой жизни не вертится все вокруг него. Хочет поиграть? Что же, будет ему игра.
   
3 Глава
На часах 2:35, а я сижу на кухне и пытаюсь найти подходящий материал для Соловьева. Чувствую себя нянечкой, которая вынуждена следить за двадцатилетним мальчиком и в нужный момент направлять его энергию в правильное русло. Ну ведь цирк, иначе не скажешь. Как он ещё до своего курса дошёл, вот та ещё загадка. Хочется верить, что честностью и трудолюбием.
Хотя в этом я уже не уверена. Если судить по моральным ценностям Кирилла, то можно даже не гадать, честности в его поступках точно нет.
Позади слышится шорох, поэтому я включаю фонарик и направляю его на идущего ко мне человека. Мне не страшно, всего лишь не понимаю какой ещё сумасшедший не спит в такой поздний час.
— Эй, убери, — слышу мужской голос и понимаю, что сейчас моё настроение окончательно испортят. И так настрой никакой, так ещё теперь я вынуждена терпеть все упреки братца, чтобы не расстраивать родителей. Мама беременна, ей нужен покой, а он словно пользуется этим и выносит мне мозг в несколько раз искуснее, чем прежде. Ненавижу, — Совсем уже охренела?
— Я не знала, что ты не спишь, — говорю свое оправдание и убираю фонарик, после чего делаю свет на лампе немного ярче, чтобы видеть своего "любимого" братика.
Он не отвечает. Проходит к холодильнику и открыв его, достаёт оттуда воду "Borjomi". Делает пару глотков и ставит воду на стол, сопровождая свои действия наблюдением за мной. Это длилось минуты три, не меньше, пока моё терпение не потерпело крах.
— Что-то не так? — наконец задаю я вопрос, потому что терпеть его взгляд я больше не могла.
— Нет, что ты, все в норме, — пожимает плечами и садится напротив меня, — Всё просто великолепно…
— Тогда почему ты так смотришь?
— Как?
— Как будто я твой самый главный враг.
— Может быть потому что это так и есть? — спокойно задаёт вопрос парень, чем вводит меня в ступор. Я не понимаю за что меня можно ненавидеть. Моя мама познакомились с его отцом, когда он был уже свободен, в чем же тогда проблема? Тем более, что маму Артём смог принять в семью, чего точно не скажешь обо мне.