Порочный

— Поверь, уж я могу, — он улыбнулся, но не так как всегда. Сейчас он напоминал безумного шляпника из книги «Алиса в стране чудес», — Все видят меня таким, каким окружающим хочется меня видеть. Кирилл Соловьев… Богатый сынок знаменитых предков, ублюдок и моральный урод от которого стоит держаться подальше, — говорит он, наблюдая за мной, — Нелли, ты ведь тоже боишься меня?
— Ч-что?
— Боишься? — снова спросил он. Наверное, нужно ответить правду, но не могу. Это ведь окончательно его убьет.
— Я не знаю что происходит с тобой, но нет, не боюсь, — набравшись храбрости, ответила я парню.
— Ложь…
— Кирилл…
— Забудь, — он вытер руковом правую щеку, а затем встал и посмотрел на трассу, — Если не против, я мог бы отвезти тебя домой.
Уехать домой и оставить его одного? Чтобы он снова что-то натворил, а я до конца жизни винила себя, что вовремя не оказалась рядом? Нет уж, увольте.
Тем более, я и сама не понимаю, но сейчас хочется быть рядом с этим человеком. Да, в этой жизни у каждого проблем хватает, но мне нужно помочь этому парню. Пусть моя помощь будет не профессиональной, но я сделаю все возможное, чтобы заставить его поверить в то, что он ни в чем не виновен. Я в это верю. Как бы он не пытался доказать другое.
— Нет.
— Что? — опешил Кирилл.
— Я еду с тобой.
Он пытается понять насколько мои слова серьезны, но убедившись, что я не лгу, улыбается уголками губ и молча подаёт мне руку.
До домика мы добрались быстро. Парень снова молчал, а я не пыталась вытрясти из него душу, успокаивая собственное любопытство. Если посчитает нужным, сам все расскажет.
— Надеюсь в этот раз обойдемся без сюрпризов, — проговорил он, оглядывая территорию.
Мне стоит только догадываться о смысле слов, но, кажется, я понимаю о чем он, ведь наша прошлая поездка кончилась семейными разборками и обидами.
Кирилл пропустил меня внутрь, закрывая за нами дверь на ключ.
Волнение в теле присутвует, но никакой паники нет, словно я на подсознательном мышлении понимаю, что парень не причит вреда. Он может быть занозой и грубияном, но уж точно не психопатом. Пришлось убедиться в этом на собственном опыте.
— Как ты? — сухой, даже чересчур типичный вопрос, но это большее, на что я сейчас способна.
— В порядке, — он стоит напротив и смотрит на меня благодарственным взглядом, — Наверное, стоит попросить прощения.
— Забудь, — останавливаю его, понимая, что Кирилл говорит глупость. Разве можно извиняться за свои чувства? Ему нужна была поддержка. Я его выслушала.
— Нет, я серьезно, — он усмехается, бросая рюкзак на рядом стоящий диван, — Ты за пять минут подарила мне больше внимания, чем мои родители за всю жизнь.
В тембре голоса слышна вина и боль. Разве можно винить себя за чужие ошибки? Его родители поступают неверно, игнорируя проблемы сына.
— Но они ведь любят тебя, — я правда пыталась найти что-то хорошее в его словах.
— Где-то в параллельной вселенной, — он подошёл к столику, взяв несколько писем в руки, — Отец заядлый бабник и мать карьеристка — идеальные родители о которых мечтает большая часть, не правда ли?
— Извини, если задела.
— Нет, я привык, правда уже не кажется такой жёсткой. Наверное, я сам в этом виноват.
— Но почему ты так коришь себя за прошлое? — я не успела договорить, так как парень застыл на месте, держа в руке одно единственное письмо, выронив остальные на холодный пол.
— Потому что я связан с его гибелью и они это знают! — не выдержав, повысил голос Кирилл, выпуская из рук последний лист бумаги, — Нелли, мой брат погиб из-за меня. Пять лет назад он должен был уехать из города и вернуться в Москву, но вместо того, чтобы отправиться на железнодорожный вокзал и ждать там свой поезд, он поехал меня искать. Искать пьяного ублюдка лет семнадцати, который снова решил провести время в компании шлюх! Разве можно такое забыть и жить спокойной жизнью?
Я молчала. Наверное, умом всё понимала, но сердцем не хотела отпускать эту ситуацию, догадываясь, что парень не простит себя за прошлое.
— Кирилл…
Он сжимает руки в кулаки, опуская взгляд и часто дыша. Пошли к черту все правила. Пошло оно всё! Я подхожу к молодому человеку и просто его обнимаю. Никто не должен быть одинок. В мире, где живёт несколько миллиардов людей это просто непозволительно!
Он обнимает меня в ответ, бережно прижимая к себе. Не хочу кричать и говорить ему, что границы вот-вот падут. Я наслаждаюсь моментом, разве может быть что-то чудеснее?
Весь день мы разговаривали обо всем, что было у нас на сердце. Я, как бы это не звучало, успела поделиться с парнем многими тайнами, не понимая куда подевался прежний Кирилл — главная звезда нашего универа.
Парень тоже не отставал, рассказывал о своем прошлом и семье, в которой тайн оказалось больше, чем в ящике Пандоры.
Как только начало смеркаться, Соловьёв предложил идею, от которой невозможно было отказаться. Мы вместе вышли на порожки, прихватив с собой пару кружек горячего чая и махровое одеяло, удобно устроившись рядом друг с другом под звездным небом.
Я каждый раз хотела себя ущипнуть и доказать, что сегодняшний день всего лишь прекрасный сон. Разве такое бывает? Девочка, чье общение заканчивалось на одном человеке — её самой, сейчас находится в компании популярного мальчика, количество друзей которого невозможно перечислить даже за час.
Хотя, возможно цинично, но не верю я в ту дружбу, срок которой подходит к концу, как только твои друзья узнают о твоих проблемах.
Это неправильно.
— Оказывается я тот ещё романтик, — сказал Кирилл, смотря на звёзды.
— Только не начинай, — я засмеялась, понимая, к чему весь этот разговор.
— Только не говори, что не впечатлена, — он слегка толкнул меня плечом, весело рассмеявшись.
— Не скажу, но я бы назвала это состояние шоковым.
— Настолько удивлена?
— Это мягко сказано, — он кивнул, дав понять, что меня понимает.
Повисла пауза. Я знала о чем думает парень, но не спешила отвлечь его и вырвать из мыслей, которые потоком текут по разным направлениям. Ему нужно время, чтобы простить себя, если он этого не сделает, ему никто не сможет помочь.
— Как думаешь, он бы простил… если бы знал… — ему тяжело подобрать слова, но я сижу тихо и жду, — А, неважно…
— Я думаю, что он уже тебя простил, — говорю, накрывая ладонью тыльную сторону его руки, — Теперь твоя очередь.
— О чем ты?
— Вопрос ведь в другом, верно? Ты сам не можешь себя простить.
— Это невозможно…
— Ты не виновен, — повторяю я спокойным тоном, — поверь уже в это наконец! Ты не виновен. Никто не может знать, что случится с нами в будущем. Кирилл, это стечение обстоятельств, не более, пойми это!