Научи меня… всему

Проклятье! Только сорваться мне сейчас не хватало.
– А что, надо было тебя там оставить? – парировал, собравшись с духом. – На растерзание этим похотливым мерзавцам?
Впрочем, себя в тот момент я ощущал ничуть не лучше… Особенно ниже пояса.
– Нет-нет-нет! – тут же спохватилась Витейра. – Конечно, нет! И я очень благодарна вам за своё спасение… Просто не понимаю, зачем вы меня купили? Да ещё заплатили такие деньги…
А вот тут она попала в самое яблочко. Потому что никаких денег у меня не было и в помине. Много лет подряд все свои доходы я перечислял на счёт факультета, оставляя себе какую-то незначительную мелочь… Впрочем, особого значения это не имело. Моей задачей было забрать девчонку. Вырвать её из цепких лап матери, прижать к себе и никому не отдавать… Никогда!
– Не знаю, – слегка мотнул головой, отгоняя непрошеные видения. – Решил, что ты не заслуживаешь участи чьей-то постельной игрушки, а другого выхода не увидел…
Разве что сжечь дом дотла. Вместе со всеми участниками торгов. И собой заодно.
– Но вы же выложили за меня целое состояние! – в сердцах выкрикнула студентка.
– У меня достаточно денег, – соврал. – Могу себе позволить.
В крайнем случае – заработаю. Это несложно. Года за три точно управлюсь. Или за четыре… Однако такой ответ девчонку не удовлетворил.
– И всё же? – забежав вперёд, она вопросительно заглянула мне в лицо.
И меня словно током пронзило! Без очков, да ещё столь близко, её глаза в прямом смысле ослепляли своей нечеловечески притягательной красотой… От них было просто невозможно оторваться!
– Вы же не для забавы в меня вложились, – продолжала допытываться Витейра. – Вы меня купили. Значит, с этого момента я целиком принадлежу вам… И хочу знать, что вы собираетесь делать со мной дальше.
Последнее заявление прозвучало неожиданно резко. Однако одновременно с этим оно отдавало такой дразнящей двусмысленностью, что мой несчастный самоконтроль снова затрещал по швам…
– Отправлю учиться, – отрезал, усилием воли разорвав зрительный контакт. – На факультет лекарского дела. Направление выберешь сама.
Торчать на моей кафедре ей всё равно было теперь незачем. Что же касается всего остального – то нет. Я не мог вот так с ходу раскрыть кому-то сердце. Особенно ей. Особенно сейчас! Возможно, потом. Когда-нибудь. Когда появятся чёткие доказательства, что я ничего не выдумал. Что она действительно испытывает ко мне какие-то чувства…
– И всё?.. – прервав мои размышления, уточнила девчонка. – Больше ничего?
При этом в её словах на секунду мелькнуло разочарование – и я вынужденно остановился, по-новому уставившись на Витейру. Отметил её длинные пальцы, намертво вцепившиеся в подол, лёгкий румянец на щеках, смущённую позу и взгляд, полный не страха, а робкой, осторожной надежды… В которую мне просто не верилось!
– А чего ты хочешь? – спросил севшим от волнения голосом. – Ещё один поцелуй? Или, быть может, рассчитываешь на нечто большее?..
Спросил – и крепко стиснул зубы, уже предвкушая взрыв возмущения, который раз и навсегда поставит жирную точку в наших отношениях… Но ничего не произошло.
– Второе, – приблизившись вплотную, жарко выдохнула девчонка.
– А ты понимаешь, что после этого других мужчин у тебя уже не будет? – осведомился, едва сдерживаясь, чтобы не сжать её в объятиях.
До хруста своих многострадальных костей… До стона. До умопомрачительной боли! Без расчётов на отрезвление. Просто для удовольствия…
– А другие мне и не нужны, – бесхитростно поведала Витейра. – Я всегда хотела быть только с вами…
И меня окончательно накрыло. Душа воспарила к небесам, сердце забилось в неистовом приступе страсти… Однако вместо того, чтобы впиться в её сладкие губы и увлечь куда-нибудь подальше от посторонних глаз, как того жаждало всё моё естество, я с отчётливым скрипом опустился на одно колено и взял студентку за руку.
– Витейра, согласна ли ты стать моей женой?.. – спросил, плевав на удивлённые взгляды случайных прохожих.
Лишь бы она согласилась. Лишь бы мать не успела привить ей стойкое отвращение к браку… Потому что отпустить девчонку было уже выше моих сил.
– Да! – сглотнув, улыбнулась Витейра. – Да. Сотню раз да!
Она буквально светилась от счастья. Да и я, наверное, выглядел не хуже… Хотя нет. Хуже. Значительно хуже… И боль неустанно мне об этом напоминала.
– Тогда поехали, – покачнувшись, я поднялся, переждал головокружение и потянул её в ближайший проулок, где оставил казённую повозку.
– Куда? – невольно насторожилась студентка. – В храм?..
– К сожалению, нет, – скривился, чувствуя себя подлинным предателем. – И хотя заключить союз сейчас стало бы оптимальным выходом из сложившейся ситуации…
«Особенно с учётом моих финансовых проблем», – добавил мысленно.
– …боюсь, церемонию придётся отложить. Через полчаса меня ждут в Академии… И нам нужно вернуться туда до того, как распадутся сети обезболивающих заклинаний. Иначе мне конец.
Потому что действие Розилиных снадобий, похоже, было готово закончиться в любую минуту… Собственно, как подруга и обещала.
– Заклинаний? – молниеносно забыв о себе, засуетилась Витейра. – Что-то случилось? Вы ранены? Вам плохо? Учитель?..
И столько искреннего беспокойства сквозило в её быстрой речи, столько участия и заботы, что на душе впервые за много месяцев стало по-настоящему тепло и уютно…
– Наргол, – усмехнувшись, мягко поправил я. – Меня зовут Наргол… И с тобой мне хорошо. Очень хорошо. Лучше не бывает…
Затем подхватил растерянную девчонку на руки, забрался в карету – и жадно прильнул к горящим губам, которые вот уже два с лишним года сводили меня с ума…
    
Они
Ночь. Роскошная постель. Балдахин.
На белоснежных шёлковых простынях лежат двое. Он – на спине, расслабленно закинув одну руку за голову, а другой прижав к себе юное девичье тело. Она – щекой на краешке чужой подушки, доверчиво закинув на мужчину правую ногу. Вдруг он резко распахивает глаза, поворачивает голову и, убедившись, что жена сладко спит, осторожно выбирается из-под одеяла, стараясь не потревожить ни её, ни полуторагодовалого малыша в отдельной кроватке. Тихонечко, практически на носочках, подходит к двери, касается ручки, беззвучно тянет её вниз…
– Ты куда? – слышится возмущённый шёпот.
– В уборную, – негромко огрызается он.
– Врёшь! Ты ходил туда полчаса назад. И так не таился. Поди, опять на свою зачистку собрался… Хоть бы мне сказал!
– Зачем? Чтобы ты снова переволновалась и попала в больницу?
– Да, лучше чтобы туда попал ты! – с непередаваемым ехидством откликается она.