Научи меня… всему

Разумеется, на последнем слове я не удержался и покосился на смущённо зарумянившуюся студентку… И тотчас почувствовал невероятный прилив энергии! Вот только не той и не там.
– Нет, ты представляешь! – совсем разошёлся мой заместитель. – Я опустился до того, что использовал все возможные способы убеждения. Даже запретные… И всё впустую!
Понятно, что Глорф намекал на некие методы, не одобряемые руководством Академии, а совсем не на то, что сразу представил мой измученный воздержанием мозг… Однако в сердце всё равно вспыхнула едва утихшая ревность! Правда, вместе с ней в голову пришла поистине гениальная мысль, которая по каким-то причинами не посетила меня раньше – и я хищно улыбнулся, уже предвкушая эффект.
– Ничего, – обронил, медленно поднявшись на ноги. – Сегодня у тебя будет ещё много шансов добиться согласия Витейры. А так как на данный момент она единственная из практиков в состоянии присутствовать на вскрытии, передаю её в твоё полное распоряжение. Пускай учится.
Сказал – и стремительно покинул лабораторию, стараясь не смотреть в удивлённо распахнутые глаза студентки. Уж очень в такие моменты она становилась привлекательной… Прямо до безумия. А мне требовалось выспаться! Желательно – без посещения Красного квартала.
    
Она
Не знаю, хотел ли заместитель декана на самом деле получить меня в студенты, но к возложенным на него обязанностям отнёсся со всей серьёзностью. И в первую очередь мне был предоставлен выбор – продолжить знакомство с внутренним миром нежити самостоятельно, выбирая объекты наблюдения по своему усмотрению, либо помочь с составлением столь необходимого некромантам списка, записывая все прозвучавшие видовые названия и отмечая количество. Понятное дело, я предпочла второй вариант, рассчитывая принести хоть какую-нибудь пользу… И тут же получила в руки чистый пергамент и грифельный карандаш. Ну а после мне стало как-то не до праздных размышлений. Потому что монстров оказалось много. Действительно много…
Когда мы вошли в лабораторию, на полу уже не осталось свободного места. Всё, практически всё пространство занимали безжалостно изрубленные тела вперемешку с оторванными головами, конечностями и даже отдельными органами! А студенты с лекарскими нашивками упорно продолжали заносить всё новые и новые трупы, укладывая их вторым, а кое-где и третьим слоем. Однако в тот миг меня совершенно не тронуло участие в данном действе представителей другого факультета. Я с ужасом взирала на будущих некромантов, сосредоточенно роющихся в грудах мерзко пахнущего мяса, и вздрагивала, то и дело слыша победные возгласы нашедшего нужную часть студента… Смотреть на это было не просто отвратительно, а по-настоящему тошнотворно. Впрочем, времени на любование у меня всё равно не имелось.
– Ну, чего встала?.. – вырвавшись вперёд, добродушно поинтересовался Глорф. – Пошли!
И преспокойно зашлёпал к ближайшему столу прямо по разноцветным лужам крови… Мне ничего не оставалось, кроме как направиться следом – и сразу же с головой окунуться в работу. Хотя, признаться, работы было немного. Учёба на кафедре теоретической некромантии оказалась организована ничуть не хуже, чем у практиков.
Почти все студенты знали, что делать. А если не знали – на помощь тотчас приходили наставники… Совсем как в той битве у деревни. Вот только здесь таилось куда меньше опасностей… Меньше – и всё же они были! Благо, Глорф всегда заблаговременно предупреждал меня о тех или иных особенностях попадающихся на пути монстров. А ещё он много говорил. Всё время, буквально постоянно что-то вещал. Судя по проскакивающим оговоркам – исключительно для меня. Пытался заинтересовать… И у него получилось!
Слушать эти краткие лекции оказалось куда увлекательнее, чем два с лишним часа заниматься боевыми заклинаниями некромантов. Чувствовалось, что своё дело Глорф по-настоящему любит, а в практических дисциплинах разбирается очень поверхностно… К тому же из теоретических экскурсов я тоже сумела вынести немало полезного. Так, например, выяснилось, что белая нежить совсем не белая, а светло-зелёная. Просто флуоресцирует в белом диапазоне. И потому единственная из всех нападает исключительно при свете солнца. А скалистая нежить вдобавок к огромным бугристым мышцам, делающим её похожей на гору, обладает семикамерным сердцем со сложной системой функционирования. И потому убить её втрое сложнее, чем ту же гибкую – самую безобидную из всех…
За что, кстати, было особенно стыдно. Меня даже информация о том, что Глорф является магистром, не так сильно обескуражила. Чтобы успокоиться хватило лишь порадоваться, что я ни разу не обратилась к нему напрямую… А вот избавиться от напоминаний о позорном инциденте с гибкой нежитью так легко не получилось. Уж больно часто это название проскакивало в рассуждениях преподавателя. Ведь она оказалась не только самой безобидной, но и самой распространённой среди воскрешённых монстров! Универсальным эталоном, с которым сравнивали практически каждую нежить. Точкой отсчёта… Можно сказать, она являлась общим предком всех живых мертвецов. Потому что в ней встречались практически все существующие изменения. Просто они не столь явно бросались в глаза.
Взять хотя бы яд. Был? Был. И в зубах, и в жале на хвосте, и в когтях, и на шкуре… Но слабый. Гораздо слабее, чем у ядовитой нежити, смертельно опасной как в относительно живом, так и в полностью мёртвом состоянии. Кожа этой мерзкой твари была целиком покрыта толстым слоем слизи, вызывающей моментальный паралич при попадании на открытые части тела. Потому некроманты, вероятно, и предпочитали носить закрытую одежду из максимально плотной ткани. В любую погоду.
Или деформация конечностей, благодаря которой гибкой нежити и дали такое необычное название. Казалось бы – вот она. Особенность, присущая исключительно этому виду монстров… Ан нет! У змееобразной нежити эта черта выражалась значительно ярче! На каждую часть тела у неё имелось по пятнадцать-тридцать лишних суставов, которые превращали её в жутко быстрого и непредсказуемого противника. Она даже голову могла превратить в небольшой хлыст… Отдельно от шеи! Ну не дикость ли? Спасибо, что подобное поведение не предполагало наличие мозгов – и потому уничтожить её было довольно просто. Она всегда действовала напролом, не предпринимая никаких обманных манёвров…
А хвосты? Они ведь тоже вырастали у всех мертвецов. И какие разные! Длинные и короткие, толстые и тонкие. Укреплённые, облегчённые, режущие, колющие… Всех вариантов не перечислить. Да и запомнила я, честно говоря, хорошо если четверть рассказанного… Хотя старалась изо всех сил! Под конец лабораторной у меня аж виски ломило от напряжения. Но я всё равно терпеливо отмечала в свитке каждого «собранного» монстра, с дрожью в коленях предвкушая уборку оставленного на полу месива… Однако всё обошлось.
Во-первых, после каждого вскрытия некроманты очищали свои рабочие места. И, вопреки ожиданиям, по окончании занятия они не просто спихнули останки поближе к центру зала, а аккуратно собрали и выкинули их в канализационный люк. А во-вторых, среди аспирантов кафедры теоретической некромантии затесался стихийный маг воды, который в конце лабораторной ловким движением руки смыл всю кровь со столов и пола. Мне осталось только протереть поверхности насухо – и поспешить на занятия, до начала которых оставалось всего десять минут.