За тридевять земель
– О! – обрадовался вопросу Борислав и наконец сел на лавку напротив друзей. – Они толковали о нашем батюшке-царе, – почти шёпотом проговорил Борис и оглянулся. В светлице по-прежнему никого не было.
Ратибор нахмурился: он был уверен, что Борис хочет поведать очередную ерунду.
– Что они обсуждали? – спросил Ратибор, подавшись вперёд.
– Они обсуждали вернувшийся «Благомир», – шёпотом ответил Борис, тоже наклонившись. – Говорили, будто царь ведал о том, что флот погибнет, но всё равно отправил на Запад корабли! – Борис округлил глаза.
– Ты уверен, что подобное говорили князья, – поинтересовался Ратибор, – а не какие-нибудь купцы, богатую одежду которых ты принял за княжеские платья?
– Ну не совсем же я того! – возмутился Борис.
– Да пустая болтовня, – махнул рукой Иван. – Откуда царю было знать о том?
– Князья говорили, что о засаде на Западе царь сообщил на военном Соборе, – пожал плечами Борислав. – А ещё они говорили, что погиб не только флот Солнцеграда. Затонули корабли ещё нескольких княжеств. Суда собирались в Борейском фьорде, дабы по водам Чёрной реки спуститься на Юг. И вот в Борейском фьорде некий Ний потопил все наши корабли!
– Что?! – удивился Ратибор.
– Ага, – кивнул Борислав, раскрасневшийся от того, что ему внимают с интересом. – Именно так они и говорили. – Борис немного помолчал и, наклонившись ещё ближе, совсем тихо проговорил: – Князья молвили, что Боги отвернулись от царя. – Юный витязь тяжело вздохнул и едва слышно продолжил: – Отвернулись потому, что царь позволил взойти на трон мёртвой волхве! Навь на троне Сваргореи!
– Ты что такое говоришь? – удивился Иван. – Небось те мужи медовухи перебрали, а ты, дурень, им и поверил!
– Не перебрали, – хмуро ответил Ратибор и посмотрел на Ивана. – Когда я был на Великом Царском Соборе, то сам слышал, как царица говорила о том, что была мертва.
– А ты об этом не говорил! – заметил Иван.
– Я об этом только Борису рассказал, – Ратибор кивнул в сторону Борислава, который был крайне рад услышать такие слова. – Думаю, не стоит вообще говорить подобное.
– Почему не стоит? – спросил Иван. – Наоборот, все должны знать правду.
– И что это изменит? – поинтересовался Ратибор, которому не нравилось то, о чём толкуют его друзья. Веслав Первый и наместник виделись Ратибору хорошими людьми, которые ему, рыбаку без Рода и семьи, помогли. И Ратибор старался гнать прочь мысли о заговорённой царице, несмотря на то, что в глубине души полагал их верными.
– Всё, – уверенно ответил Иван, внимательно посмотрев на друзей. – Если на то будет воля Богов, это изменит всё.
– Веслав желает покинуть Солнцеград, дабы лично потолковать с Нием! – возмущался Яромир, ходя по горнице. – Знаешь, родная, – Яромир обернулся на Яру, что сидела в кресле и, нахмурившись, смотрела на Яромира, – я уже сам сомневаюсь в здравии Веслава! Оставить столицу в такое время!
Тёплый свет свечей сусальным золотом играл на росписи стен богатой горницы, отражался от украшенной изразцами печи и терялся в глубоких тенях от дубовой мебели. Тёмный вечер за окном шептал холодным осенним дождём, и Стрибог пел протяжную песнь; треск свечей и очага печи наполнял мир уютом и теплом.
– Я думаю, наместник Кудеяр справится с государственными делами, – ответила Яра. – Он даже при Драгославе успешно справлялся.
– В Кудеяре я не сомневаюсь. – Яромир остановился и, покачав головой, устало вздохнул: – Веслав и так теряет доверие народа! Если сейчас он отправится на Запад, если оставит престол во время войны… – Яромир замолчал и, посмотрев на жену тяжёлым взглядом, мрачно заключил: – Это может быть концом всего.
– Мне кажется, ты говоришь слишком страшные вещи, – отвечала Яра. – В военное время не будет покушений на власть.
– Ты меня, родная, не так поняла. – Яромир сел в кресло напротив жены и тихо проговорил: – Веслав сильно прогневал Кудеяра. Очень сильно. Я прежде не видел наместника в таком состоянии, как вчера после военного совета.
– Что ты хочешь сказать? – насторожилась Яра.
– Веслав видит в Ние возможного союзника в борьбе с Драгославом. Но Морской Князь не только погубил Запад – он убил всю семью жены Кудеяра, став для нашего наместника заклятым врагом, – ответил Яромир, и Яра смотрела на мужа потемневшим взглядом. – Но кроме Царя Ния союзником никто не мыслит. Даже Валерад, который рассказал о том, что Покровитель Ния тот, кто сильный Духом, но Душой не обладает.
– Наша загадка! – всплеснула руками Яра.
– Да, она самая, – кивнул Яромир. – Потому я поддержал Веслава на военном соборе. Но даже я считаю предположение Веслава о том, что Ний может как-то желать помочь нам, мягко сказано неразумным. Более того, я уверен в том, что всё происходящее – очередная хитрость, задуманная Кощеем, если он и правда непостижимым образом остался в Среднем Мире. И Веслав действительно совершает глупость.
– Отец Сварог, – прошептала Яра. – Может, ты поговоришь с царём?
– Я уже говорил, – устало вздохнул Яромир. – Только Веслав никого не хочет слушать. Он приказал готовить ледовый коч к отплытию.
Яра, покачав головой, обратила задумчивый взор на пламя свечи. Огонь играл, и в его всполохах виделась Яре её история, начавшаяся с крушения Береса. Пережитый давным-давно страх перед неведомыми силами вновь леденил душу – Яра, как и все, была уверена в том, что печальное время позади. Но сейчас оно возвращалось и пугало ещё больше, ведь теперь Яра опасалась не только за свою жизнь, но и за жизнь сына.
– Василиса, – тихо проговорила Яра и вновь посмотрела на мужа. Золотые отсветы огня играли на седых волосах Яромира, разливаясь по дорогому лицу, украшенному шрамом. – Я поговорю с царицей, чтобы она поговорила с Веславом.
– Попробуй, конечно, – пожал могучими плечами Яромир. – Но я сомневаюсь, что наша царица сможет в чём-то убедить царя. Если ты заметила, сила Духа у Василисы уже не та.
– Я попробую, – уверенно ответила Яра и встала. – Я сейчас же отправлюсь к ней, – Яра плотнее запахнула шерстяную шаль, – пока есть время.
– Только будь с нашей волхвой осторожнее, – предостерёг жену Яромир, и Яра с удивлением на него посмотрела. – Мне тоже не по нраву то, что нынче творится с Василисой.
Яра, ничего не ответив мужу, покинула горницу.
Царицу Яра нашла на её половине Теремного Дворца: Василиса сидела в светлице подле окна. Как отметила Яра, царица стала болезненно худа, под печальными зелёными глазами пролегли тёмные круги, а пепельные волосы, выбившиеся из-под шёлкового покрывала, скреплённого венцом, своим необычным цветом добавляли Василисе лет, и в тусклом свете царица виделась старицей.
– Как твоё здравие? – тихо спросила Яра, отгоняя морок и садясь на обитую бархатом лавку рядом с Василисой.
