За тридевять земель

– Да настоящий я, – хохотнул Ний. – Вставай, сварогин. За дело пора.
Инагост повиновался и медленно, опираясь о борт корабля, поднялся и осмотрелся. Представшая взору картина ужаснула главнокомандующего: в пенящемся под дождём море плавали останки кораблей, сам «Благомир» был разрушен – в палубе корабля красовались пробоины, ветрила были порваны, бизань – сломана.
– Была битва? – тихо спросил Инагост скорее самого себя. Последнее, что было в памяти – гигантская волна, укрывшая мир тьмой.
– Да, – кивнул Ний. – Битва, которой не было.
Инагост, не понимая, что происходит, хмуро смотрел на Ния сквозь пелену дождя.
– О чём ты говоришь, Полозов слуга? – сипел Инагост.
– Да хватит уже так меня называть! – наигранно воздел к небу руки Морской Князь. – Мы просто потопили ваши корабли – вот так и получилось, что битва была, но её и не было.
Инагост в гневе сжал кулаки.
– И ты спас меня? – догадался главнокомандующий.
– Да вот пришлось, – согласно рыкнул Морской Князь. – Славному князю Валераду требуется тот, кто его, предателя, сможет доставить в столицу живым и невредимым.
– Можешь отправлять меня к Мору, но я служить тебе не буду, – проговорил сквозь зубы Инагост. – Не буду служить тому, кто погубил моих людей!
– Я думал, ты служишь батюшке-царю, – пожал массивными плечами Ний. – И то, что я тебе велю, надобно исполнить по царской службе. – Морской Князь с грохотом подошёл к сварогину ближе и внимательно посмотрел на человека, что был в два раза его ниже. – Поверь, сын Сварога, ни мне, ни Полозу твоё служение не надобно, – покачал головой Ний, и Инагост отпрянул от зловонного дыхания морского человека. – А потому, коли ты того желаешь, я подарю тебе спокойную смерть, как я подарил её Световиту, и станешь ты, человече, Светом, а не Тьмой. И то будет дар мой. – Морской Князь занёс над головой Инагоста свою массивную руку, и главнокомандующего обдало холодом.
– Подожди! – невольно выкрикнул сварогин и устыдился. И Ний, нахмурившись, наклонил голову набок, но так и не стал шептать.
– Ты не хочешь становиться Светом? – удивился Ний. – Ладно, отправлю тебя во Тьму, благо ветра Неяви и Слово моего Благодетеля даровали мне и такую силу.
Инагоста насторожили слова Ния, но главнокомандующий спросил иное:
– Как мне надобно служить царю? – Инагост не ожидал, что перед ликом смерти он согласится исполнить волю Полоза и предать родную землю. Но занесённая когтистая лапа, похожая на человеческую руку, от которой веяло первозданным холодом, виделась хуже гильотины; и показалось Инагосту, что этот «дар» отберёт у него не только земную жизнь, но и посмертное бытие.
Ний, низко рассмеявшись, убрал руку, и холод отступил.
– Правильно, жизнь в Среднем Мире – великий дар, и надобно ценить его более остального, – проговорил согласно Морской Князь. – Твоя служба не будет тяжёлой, да и не предашь ты никого, как бы ты ни полагал обратное. Да Мор с тобой, – махнул на Инагоста Ний и, отойдя, продолжил: – Просто сопроводишь в столицу человека, кто хочет сознаться царю в том, что совершил дурное, и всё.
– И всё? – с недоверием переспросил Инагост, с трудом держась на ногах.
– И всё, – подтвердил Ний. – Не поплыву же я в стольный град пугать народ, да и воинов моря туда не отправлю, – усмехнулся Морской Князь. – Проследишь, чтобы князь Зелёного острова добрался до Солнцеграда, предстал перед Веславом, а затем вернулся. Обратно на Зелёный остров ты можешь не сопровождать его – останешься в Солнцеграде, если пожелаешь. На том твоя служба и закончится.
Инагост с недоверием смотрел на Ния.
– И как бы мы ни проверяли метательные орудия, есть то, что не одолеть… – сам себе пробормотал главнокомандующий.


Слуги Ния затащили «Благомир» на мель и помогли Инагосту сойти на берег. Главнокомандующий с ужасом отметил, что в живых остался он один. Не так страшил Инагоста Полозов взор, что был вновь обращён на него, как то, что люди погибли в море и у Севера почти не осталось войск для обороны. Надежда оставалась только на восточные острова – и то если морская стихия их не тронула.
Стрибог утих, и стальное небо моросило холодным осенним дождём, когда Инагост и Ний ступили на мокрую землю Зелёного острова. Инагоста вели под руки слуги Ния – после пережитого крушения военачальник был слаб. Ний, расправив могучую спину, шёл впереди, с его платья стекала вода, а земля содрогалась от его поступи.
Инагост отметил, что порт Славина, как и сама столица княжества, уцелел. Судя по тому, что разрушений не было, морская стихия Зелёный остров удивительным образом не трогала, хотя волны, потопившие флотилию, должны были докатиться и до земли. Инагосту вновь невольно вспомнилось крушение Солнцеграда, что довелось ему пережить много лет назад. Неужели всё повторяется вновь, только с ещё большим размахом?
Удивило Инагоста то, что в порту Славина оказались живые люди (главнокомандующий предполагал, что в живых Ний навряд ли кого оставил, и был удивлён тому, что встретил мирных горожан), которые расступались перед Нием и кланялись ему до земли.
– Удивляешься моей милости? – не оборачиваясь, рыкнул идущий впереди Ний. – Мирных людей, без щитов и мечей, мы не трогали.
Инагост Морскому Князю не ответил: милость Полоза и его слуг была главнокомандующему знакома. Инагост старался выдворить из дум совесть и силился идти самостоятельно.
Славин, как и многие города Сваргореи, окружала сложенная из серого камня стена с дозорными башнями, наверху которых красовались небольшие теремки. Инагост отметил, что зодчие Славина вдохновлялись Солнцеградом, но стольный град Зелёного острова уступал белокаменной столице Сварогреи в размахе и величии. Славин оказался городом небольшим, но аккуратным, с деревянными и каменными домами, богато украшенными росписью и резьбой. Терема строили на арочных подклетах – традиция, идущая с Велейных островов. Город украшали хвойные деревца, подле многих домов были разбиты сады – не зря остров именовался Зелёным.
Кроме сварогинов, что почтительно кланялись Нию, на улицах Славина можно было встретить и следящих за порядком людей моря. Инагост вновь сокрушённо думал о том, что происходящее знакомо до боли.


Княжеский терем, традиционно располагающийся рядом со Свагобором в центре города, окружали невысокие сосёнки, что перемежались редкой белохвоей. За теремом князя Славина можно было видеть резные крыши двух гостевых теремов и золочёные осенью деревья сада. Подле искусной кованой ограды княжеского терема несли почётный караул слуги Ния. Высокие, в два человеческих роста, витязи поклонились Нию и отворили перед ним врата.