За девятое небо
Когда Нить распалась, и звёзды погасли, над бескрайним полем пронёсся шелест превращённых в оперение доспехов – те, кто желал возвратиться к Белой Дороге, обращались птицами и взлетали в ставшими бездонными чёрные небеса.
Когда царевны открыли глаза, на поле остались те воины, что, как и они, не могли покинуть Неявь из-за того, что слишком долго были в плену, и те, кто не ушли по собственной воле. В городах-царствах тоже остались души.
Хмурый Златобор стоял подле Меднославы.
– Нити больше нет, и души, что мы удерживали силой, – свободны, – сказала Златомира, посмотрев на Светозара. – Знайте, когда вы пройдёте через Врата, ведущие в Свет, не станет и нас.
– Но вы можете проследовать по Белой Дороге, – сказал сын Леса.
– Белая Дорога не приведёт нас к Вратам, – печально промолвила Сребролика.
– Таких, как мы, Дорога приводит обратно, – наклонила голову набок Меднослава.
– А кто вы? – спросил Любомир. Три царевны – все как одна – посмотрели на богатыря.
– Таких, как мы, вы зовёте навьями, – ответила Златомира, и Любомир нахмурился.
– Служительницы Мора? – осмелел Вель.
Три царевны улыбнулись.
– Навьи – неупокоенные души, так давно сошедшие с Белой Дороги Жизни, что Путь для нас закрылся, и Врата не отворятся нам. Те, кто среди нас недолго, вняв Свету, вспомнили о Белой Дороге и вернулись на неё, обратившись в Птиц, – ответила Златомира. – Навьи не служат Мору – мы можем как внимать Чернобогу, так и нет. Но если такую душу пленить, из неё выйдет отменный слуга.
– И вы прятались за Нитью, чтобы не стать слугами? – догадался Веслав, и царевны кивнули.
– Да, – кивнула Златомира. – Нить – наша общая ворожба – защищала нас от Стражниц Неяви и пленила тех, кто сбивался с Дороги Жизни или не хотел по ней идти.
– Но повелевала Нитью и набирала новые души только одна из нас, – продолжила Меднослава, – и это дающее власть право мы передавали друг другу по очереди, пока… – царевна запнулась и умолкла.
– Пока жажда власти не стала повелевать нами, – со вздохом завершила Златомира, хмуро посмотрев на печальную Сребролику. – Прости, сестра. – Златомира обратилась к ней. – Того, кто повелевал Нитью, слушались все пленённые души. Поэтому твоего войска не осталось.
Сребролика отвернулась от сестёр и, смахнув слезу, посмотрела на замерших детей Сварога.
– Если бы вы не ступили на Белую Дорогу, так бы продолжалось вечно, – прошептала она.
– Если бы Мор не создал себе отменного слугу, мы бы никогда не спустились в Нижний Мир, – ответил Веслав.
– Не нам судить Богов, – произнёс Светозар и, посмотрев на царевен, проговорил: – Верните нас к Белой Дороге.
– С одним условием, сын Леса. – Златомира подошла ближе к людям.
– С каким? – насторожился Веслав.
– Вы возьмёте нас с собой, – ответила Золотая Царевна, и князь удивлённо посмотрел на неё. – Всех тех, кто не смог вернуться на Дорогу Жизни, вы проведёте по ней.
– И как мы это сделаем? – нахмурился князь.
Меднослава шагнула к Веславу ближе и строго проговорила:
– Медное Царство укажет вам путь, Серебряное – схоронит от навий, а Золотое – не позволит умереть голодной смертью. Развернуть каждое из царств можно будет только раз. – Меднослава серьёзно смотрела в глаза Веславу. – Разверни царства у Чёрного Древа, дабы наши души смогли воззвать к птицам Ирия, – может, они услышат нас и помогут нам пройти во Врата. Коли оступишься и окажешься в чёрном тереме, повяжи на запястье медную нить.
Веслав молча кивнул – князь счёл неуместным высказывать своё непонимание. Царевна, обернувшись к Златобору, подошла к нему, посмотрела воеводе в глаза, и тот, поняв царевну без слов, поклонился ей и крепко обнял.
Меднослава, смахнув слезу, отстранилась и вернулась к сёстрам.
Любомир и Вель смотрели на происходящее с замиранием сердца – обоим казалось, что сейчас должно произойти нечто совсем печальное…
Ночь ещё больше налилась тьмой, что отступала перед мягким свечением оставшихся на чёрной земле навий.
Царевны не брались за руки – закрыли глаза и зашептали – и, следуя велению шелестящих, словно сухая листва, Слов, от рук каждой протянулись искрящиеся Нити – медная, золотая и серебряная. Ворожба струилась, прорезая мрак, летя к далёким городам, что возвышались у подножия гор. Воины, над которыми пролетали Слова, обращались в птиц и устремлялись за ними. У твердынь Нити вспыхивали и окружали их плотным узором ворожбы, в которой звенело Слово; узоры становились всё плотнее и плотнее, укрывали дома и терема и опускались на жителей беспробудным сном. Уплотняясь, кружево вбирало в себя улицы и переулки, сворачивало царства в ослепительно сияющие шары. Шары, паря невысоко над землёй, уменьшались, пока не стали размером с клубки пряжи. Померкнув, каждый из трёх клубков – медный, золотой и серебряный – подлетел к своей царевне и опустился в ладони.
Златобор превратился в птицу, которую тут же оплела ворожба и забрала в медный клубок.
Вель и Любомир не могли пошевелиться.
На глазах детей Сварога, царевны обратились птицами, что в клювах держали Нити своих царств.
– Следуйте за «медным царством» – оно выведет вас к Белой Дороге, – прошелестело Слово.
Птицы вспыхнули ярко – нити оплели их, и оперённые царевны исчезли в своих царствах, которые, сияя, упали на чёрную землю.
Никто из сварогинов не мог вымолвить и слова – все молча смотрели на лежащие у ног клубки, – внутри непостижимой ворожбы находилось то, что быть там не могло. Серебряный Дрозд кружил над головами людей, отгоняя тьму в звенящей тишине.
– Это уж слишком, – первым нарушил молчание Вель.
Любомир хотел было ответить, что после путешествия по Тайге, которое привело под воду, его уже ничего не удивит, но передумал.
Между тем медный клубок качнулся и легонько покатился во тьму.
Сварогины переглянулись: на каждом по-прежнему были оперённые, тускло светящиеся в темноте доспехи и медные плащи.
– Думаю, следует идти за медным царством, – сказал Веслав и, подняв золотой и серебряный клубки, убрал их в поясную сумку.
– Продолжим путь, с которого сошли, – кивнул Светозар.
– Я буду освещать дорогу! – довольно прочирикал Дрозд, который теперь являлся единственным источником света в безжизненной тьме, и не дождавшись ответа сварогинов, гордо полетел впереди.
* * *
К рассвету путники достигли скал – высокие серые зубцы терялись в тёмных низких облаках. Медный клубок медленно катился впереди, указывая путь – глубокую тёмную расселину, прорубавшую горы и терявшуюся в густой мгле.
Прежде чем покидать долину, дети Сварога устроили привал – Веслав достал серебряный клубок, и серебряное царство прокатилось по кругу, в сердце которого, охраняемые ворожбой, расположились путники.