Мышка на прокачку
— Я забыла сумочку у него… — соображала, что же могло такого случиться и как это связано. Неужели…
— Хм… А Смолов смелый парень, я посмотрю! — заметил Ваня, явно не обрадованный этим фактом. — Завалился к тебе в квартиру!
— Что? — искренне возмутилась я вторжению в личное пространство. — Там что-то произошло?
Мой дом — моя крепость! То место, где я смогу скрыться от всего мира, ходить голиком или на руках, петь во все горло или шататься, ни разу не расчесав волосы. Моя сокровенная территория, которую я совсем недавно получила, и вот так вот нагло ворваться в нее?
Смолов, я тебя убью!
— Арчи не понравилось внезапное вторжение. Случился переполох, я просил пока не вызывать полицию. Так что поехали разбираться, — Ваня сел в машину, и я опустилась рядом с ним на пассажирское сиденье.
— Когда ты об этом узнал? — спросила, удивляясь про себя, как один человек может вызвать такие разные чувства всего за один день. Паша — настоящий талант в этом!
— По пути сюда, — стиснул оплетку руля гуру.
— У нас нет больше ключей, верно? — подумала я о единственной связке, которая теперь была в руках Паши.
— Я сделал копию, когда ты просила меня покормить Арчи, — Ваня вновь удивил своей продуманностью.
— Ты — золото, знаешь! — искренне восхитилась я. Посмотрела на его профиль и поняла, что мужчина нравится мне… но только как друг! Не чувствую к нему ничего, словно Ваня — та же подружка, только в брюках!
— Кстати, о материальном. Я все еще жду перевод… Очередной урок прошел результативно и Смолов ворвался в твой дом. Сегодня даже дважды.
- Жмот! — в шутку фыркнула я. — Но дважды переводить не буду!
— Да ты хоть один раз переведи! — рассмеялся Ваня.
Ну правильно, разговоры разговорами, а денежка по договоренности!
Я отправила деньги, скрепя сердце и отпихивая от горло жабьи лапки, а потом меня осенило:
— У тебя тариф удваивается постоянно! Я следующий урок не потяну!
— Не потянешь? — невозмутимо переспросил гуру. — А если он называется: доведи до покупки кольца?
С минуту буравила Ваню взглядом, а потом сдалась:
— Чертяка! Знаешь, на что давить! Только у меня вопрос: мы можем сменить кандидата?
— Мы можем все! — ничуть не сомневался в нас гуру любви.
Глава 46Первое, что я заметила, когда вошла в подъезд — это виноватый взгляд консьержки.
— Она тебе звонила? — тихо спросила гадала, но что тот кивнул и подошел к окошку.
— Все в порядке? — с тревогой Ваня посмотрел вверх, будто отсюда можно увидеть ситуацию.
— Да вы поднимайтесь, поднимайтесь! — глаза консьержки забегали. — Только пусть девушка подождет здесь.
— Зачем? — от слов женщины насторожились мы оба. Все это странно звучало.
— Ну, так, вы ж мужчина, разберитесь там… — засуетилась консьержка, щелкнула кнопкой чайника и открыла дверь в свою комнатку: — А мы пока с девушкой чай попьем. Я — Алевтина, а вас как зовут?
— Аня, — ответила из вежливости, но заходить не спешила. Что-то тут нечисто!
Гуру так проницательно посмотрел и сказал громко и резко:
— Алевтина, у вас взятка от Смолова сейчас вывалится из кармана!
— Где?! Ой! — схватилась за карман жилетки женщина, а потом захлопнула рот. Попалась! Так вот оно что!
Ваня молча развернулся, схватил меня за руку и повел наверх.
— Я зайду сначала один. Ты побудь на площадке, — говорил так, будто шел в комнату с террористами. — Не зря же этот кадр хочет видеть меня.
— Тебя? — не совсем поняла я рандеву.
— Да. Определенно, — Ваня ничуть не сомневался в этом, а вот я все еще недоумевала:
— Может, Паша так пытался найти меня? Телефон-то при мне. — рассуждала вслух, потому что больше версий и не было.
— Думаю, он уже в курсе всего, — гадал сделала многозначительную паузу. — И кто сдает, как и зачем. Возможно, копнул дальше… Тебе пока лучше не соваться, дай я разберусь в его хочу.
— Но разве тогда он не хотел бы поговорить со мной? Выяснить отношения? Хотя бы задать пару вопросов, как когда я застала его за подобным же! — предположила я.
— Нет. Я тебя встретил на пути и забрал. Расчет Смолова в том, что я приеду один разбираться, что там с квартирой и конфликтом. Про тебя не было ни слова в разговоре с той дамой снизу, — Ваня послал вниз недобрый взгляд.
Лифт привез нас на нужный этаж, и я встала перед дверью.
— Спрячься за углом, — отвел за поворот за руку, как маленькую девочку.
Чувствовала себя странно. Будто сняли с поезда на середине пути, и я наблюдаю, как он трогается с места, оставляя меня на завалинке.
Ваня быстро открыл дверь своими ключами и вошел внутрь, предварительно мотнув мне головой.
И стало жутко тихо. Хоть бы соседи вышли — и то спокойней! Кастрюлей громыхнули, лифт бы вызвали кто пониже. Так нет, словно все решили: раз нагнетать обстановку, то по полной программе.
Нет! Не могу стоять в стороне! Я должна узнать, что там происходит!
На цыпочках подошла к двери, медленно, осторожно, нажала на ручку, стараясь не шуметь и вошла в квартиру.
К стене коридора была прислонена моя доска желаний…
Арчи показал любопытный нос из-за угла, и я присела на корточки, поманив к себе и молилась, чтобы он не разгавкался. И тут до моих ушей долетел любопытный разговор:
— Я заплачу тебе в десять раз больше. Просто сделай, как я прошу, — голос босса был настолько деловым, что я почувствовала себя на совещании.
Боже, он решает любовные дела, как рабочие! Это же сколько с ним надо работать гуру отношений, чтобы привести в нормальное состояние? Уверена, что Паша — тот еще твердолобый ученик!
— Репутацию не купишь ни за какие деньги, Павел. Я работаю на пару со своей совестью, чего и вам желаю, — я уже достаточно знала Ваню, чтобы понять по тону, что ситуация гуру крайне не нравится и гадал еле сдерживается, чтобы не уйти.
— Если бы я придерживался этого принципа, то ничего в жизни не добился, — в голосе Смолова тоже было мало симпатии.
— А без совести удалось добиться Аню? — ого, как гадал мог уколоть! Я аж замерла от неожиданности. И от откровения, которое открылось передо мной на следующей минуте:
— После такого штрафного будет нетрудно, — выдал Паша. И словно дал мне под дых: воздух вылетел из легких, я забыла, как дышать.
И Ваня тут же перешел на «ты», видимо, потеряв всяческое уважение к мужчине:
— Штрафного? Ты о дощечке, которой тыкал мне в нос? — и голос стал таким… предвещающим бурю…