Тёмный ангел. Наследник

– Господин Уайт, – где-то в глубине зала прошептала Бетти себе под нос и тихо всхлипнула, давая волю чувствам, – неужели вы действительно хотели именно этого? Вы же могли остановить Монику…
Возможно, Кристофер услышал её вопрос, но вместо ответа на него, он, держа меня на руках, просто растворился в воздухе.
– Мелани, ты ведь никогда меня не простишь… Да? – продолжила Бетти, но ей снова никто не ответил.
Прошло несколько часов. Все ученики разошлись по своим комнатам, хотя многим из них потребовалась помощь ангелов, умеющих исцелять: проявленная мною сила ранила практически каждого. Главный зал тоже старались привести в порядок. Что же касается меня, то я очнулась в большой и светлой комнате на мягком белом диване. Рядом со мной сидел дядя Крис и держал меня за руку. Я плохо помню, что он делал, но его рука ярко светилась, а мне с каждой минутой становилось всё легче. И, наконец, я начала понемногу вспоминать, что произошло что-то ужасное, и послала дядю куда подальше.
– Как Мелани? – спросил Джон, когда к нему в кабинет вошёл Кристофер.
– А ты как думаешь? Заперлась у меня в комнате, никого не пускает, – грустно ответил Верховный и, тяжело вздохнув, пересёк кабинет мистера Аримана, направляясь к большому креслу, обитому красным бархатом.
– Как вообще её состояние? – учитель жестом предложил другу чаю, но Кристофер отрицательно покачал головой.
– Ну, то, что тёмная сущность отступила, – это точно, – ответил Верховный, сел в глубокое кресло и закрыл глаза. – Сейчас – это просто Мел.
– А рука?
– Всё в порядке. Боль внутри тоже прошла. Вроде.
– Ты не уверен?
– Когда я хотел её исцелить, Мелани очнулась и просто выставила меня из комнаты.
– Оно и понятно. Даже не знаю, будет ли она теперь с тобой вообще разговаривать.
– Так было нужно… – Кристофер наморщил лоб и стал растирать виски.
– Это ты себя успокаиваешь. Смотри на вещи трезво, а не оправдывай себя. Что сделано, то сделано. Теперь это нужно донести до твоей подопечной. Но сначала ей надо прийти в себя и принять то, какой она может быть. Да и то, что она узнала о родителях… Нужно время.
– Это правда, – блондин исподлобья посмотрел на друга. – А ещё я сказал ей, что всё улажу с директором. Что её не накажут за сегодняшнее, но…
– Я думаю, не это её сейчас волнует больше всего. Ей надо с кем-то поговорить.
– Возможно, – кивнул Кристофер и посмотрел на настенные часы – уже практически наступила полночь.
– Может, привести Бетти? – предложил Джон. – Не думаю, что она уже спит.
– Пока не знаю. Но мне кажется, что она сейчас не захочет говорить с Мел.
– Да. Женская дружба – очень хрупкая вещь.
– А Моника сейчас где? – спросил Верховный.
– У нас в доме, в городе. Да… – тяжело вздохнул и Джон. – Непростая ситуация, а ведь мы могли всё это остановить.
– Не начинай. Сам знаешь, что нельзя было по-другому.
– Ты поговори с Мелани.
– А ты с дочерью.
– Будет нелегко. Всё-таки иметь дочь почти своего же возраста… Не слушает она меня.
– А ты попытайся. Отец ты или нет?
30 мая 2030 года.
Мир Света
Я проснулась рано утром. Кажется, уже начинался рассвет. Совершенно не помнила, как уснула – просто провалилась в сон. Вчерашняя ужасная боль, конечно, отступила, но в теле всё равно сохранялась слабость. Я встала с кровати и оглянулась по сторонам.
– Так это и есть его комната? Всё сверкает, как волшебная шкатулка с драгоценностями. Хм, странно, но мне уже совершенно не нравится вся эта идеальная ангельская обстановка. Видеть всё это больше не хочу.
Я подошла к широкому письменному столу с большим, увенчанным вензелями креслом, на котором висели мои вещи – джинсы и майка. Видимо, их принёс дядя, чтобы я переоделась. На столе лежало много бумаг, волшебные перья и несколько книг. Это было рабочее место дяди Кристофера.
Почему? Почему со мной это произошло? И вообще, что случилось вчера? Всё как будто в тумане. Помню только, что Моника рассказала мне, а потом как будто тёмная пропасть. Чёрт, до сих пор не могу поверить её словам. Но что же произошло потом? Как только пытаюсь вспомнить – всё внутри снова начинает болеть. Боль – это было последнее, что я почувствовала, перед тем… Перед тем как… Я помню! Мои руки вспыхнули огнём!
– А-а-а! Хватит! Снова эта боль! – я резко обняла себя руками. – Я больше не могу! Мне нужно убираться из этого мира.
Портал! Я хочу вернуться домой!
Я быстро переоделась, бросила обожжённое платье на кровать и выбежала из комнаты дяди, распахнув широкие двери. Я сразу поняла, что находилась на верхнем уровне замка. Нужно было как можно скорее добраться до портала, ведь уже начинался рассвет.
Но моему плану не суждено было осуществиться: как только я добежала до цели – колокол на башне замка отбил начало нового дня. Рассвет закончился.
– Опоздала! – закричала я.
Портал здесь работает всегда, а в моем мире только на рассвете. И открыть его в любое время может только ангел с первым классом магии.
– Чёрт! – выругалась я. – Я хочу домой!
***
– Ты не пойдёшь? – спросил Джон Кристофера, когда они стояли у окна, из которого хорошо был виден портал.
– Мы уже всё решили: она сама должна определиться, где ей лучше. И какая сторона в ней сильнее.
– Крис, мне кажется, и так уже всё ясно.
– Я так не думаю, Джон. Это сейчас она пытается сбежать, но я ей вчера уже сказал, что она может вернуться к занятиям, её никто не выгоняет. Она успокоится и отправится к тебе в школу.
– Ничего хорошего из этого не выйдет. Ты же видишь, как ей плохо.
– Джон, я не могу ослушаться решения совета – она сама должна выбрать свой путь: либо она покинет эту школу навсегда, либо останется здесь. Да и так хотели Акс и Оф – пусть определится сама, мы не должны решать за неё.
– Ты сам себе противоречишь. Если она останется здесь, то тёмная сила в ней вряд ли начнёт доминировать.
– А в мире людей…
– Там силы тьмы и света будут равны, там- то она и определится, а не здесь. Ты же понимаешь это.
– Ладно, Джон. Посмотрим, что будет после сегодняшнего учебного дня.
– А она придёт ко мне на занятия? Ты так уверен? – с сомнением посмотрел на Криса Джон.
– Она уже пошла.
– Ну, возможно, ещё не всё потеряно.
– Посмотрим, – ответил Верховный и растворился в воздухе.
– Ох, Крис, Крис, – покачал головой Джон и отправился в аудиторию, где уже давно собрался народ.