Требуется ведьма
– И ты всерьёз рассчитываешь на мою поддержку? – недоумевая, куда занесло сына, поморщился Рейнер.
Дверь распахнулась, и в кабинет вошёл Вадим. Увидев Завьялова, он презрительно скривился.
– А что этот клоун здесь делает? – недружелюбно фыркнул Вадим и довольно оскалился.
Описывая мужа, Майя была права. Тот был идеальным героем для любовного романа. Высокий, статный, с истинно мужественными чертами лица. Роскошные тёмные волосы, чёрные радужки глаз, и улыбка соблазнителя. Интеллигентное воспитание значительно выделяло его среди толпы и добавляло излюбленного слабым полом романтизма. В общий образ не вписывался только мерзкий характер. Вадима портила зависть, жадность, желание обвести вокруг пальца всех присутствующих. Отметив про себя, что с последней встречи братец ничуть не изменился, Никита ответил ему тем же радушием.
– Я принёс благую весть. О том, что любовь есть счастье, – съехидничал он. Брат, не сдерживая порыва, скривился.
– Мне всё это неинтересно, – отмахнулся тот. – Майя где? В комнате я её не нашёл, – резко обратился Вадим к отцу, на что тот бросил растерянный взор на Завьялова. Никита откинулся на высокую спинку старинного кресла и по-мужски закинул ногу на ногу.
– Я забрал её.
– Что ты сделал? – рванул вперёд Вадим, но отец придержал его.
– Вадим, не горячись, всё не так просто, – процедил Рейнер, а тот отбросил руку отца и навис над Никитой.
– Ты что несёшь, щенок? – угрожающе зарычал он. Никита не был впечатлён и смотрел на брата ровно и бессмысленно.
– С тобой она чахнет, а со мной сияет счастьем и красотой. Ты проиграл.
– Вы тут рехнулись, что ли? Где моя жена?! Пап!
Рейнер-старший выдержал спасительную паузу.
– Майя уехала с Никитой ещё днём.
– Что значит уехала?! Мы о чём с тобой договаривались?!
– Сын, не торопись, послушай. Подавая на развод, Майя не пояснила тебе причину своего решения?
– И что ты хочешь мне этим сказать? – вызывающе фыркнул Вадим. – Её выходка имеет известное всем название: «Бабья дурь»! Перебесится и всё пройдёт.
– То есть о том, что твоя жена беременна от другого, ты не знал?
Как в замедленной съёмке Вадим перевёл взгляд на Завьялова, а тот, будто только этого и ждал, дерзко улыбнулся, подмигну ему, и продемонстрировал средний палец.
– Ну, ты понял, куда тебе идти? – насмешливо уточнил он, бросив короткий взгляд на известный фигурный изгиб ладони.
– Я убью тебя, – захрипел Вадим, а Завьялов продемонстрировал оскал.
– Отец, успокой его, пока я не сделал этого, – предупредил Ник и Вадим быстро скис, ведь несмотря на явное физическое превосходство, выступить против брата в открытую он не мог. На стороне Завьялова опыт и здоровая агрессия, на его – только лишь злоба, которая напрочь уничтожит и без того бесперспективный порыв.
– Зачем тебе сдалась эта потоптанная дурочка? – сменил он тактику, а как по Нику, так проявил истинное лицо.
– Захотелось!
– Всю жизнь собираешься донашивать за мной?
– Заберу только стоящее. С оставшимся дерьмом справишься сам.
– Где?.. Моя?.. Жена?.. – не желая униматься или уступать, Вадим принялся долбить пальцем дубовый стол. Завьялов в азарте округлил глаза и искушающе улыбнулся.
– Ты узко мыслишь, брат. Попробуй расширить горизонты, – предложил он, и алчный блеск в глазах Вадима ослепил его.
– Цена вопроса?
– Моя доля в наследстве, – не задумавшись ни на мгновение, среагировал Завьялов, и Вадим неосознанно охнул.
– Пытаешься сторговать её за стадо баранов?
– За жирное стадо, брат. Мои пятьдесят против твоих жалких двадцати восьми.
– С чего пятьдесят?! – взвился Вадим, а Завьялов пакостно облизнулся и перевёл игривый взгляд на отца.
– Доля моей матери. Не знал?!
– Папа?!
– Не отвлекайся, – окликнул его Ник, и лицо Вадима полыхнуло жаром.
– Ты хоть отдаёшь себе отчёт, о какой сумме идёт речь?
– А ты? Или мне предложить акции кому другому? Один звонок и на моём пороге появится масса желающих. А за вырученные деньги я выкуплю с потрохами всю местную судебную систему и оставлю тебя ни с чем.
– Мне нужно поговорить с женой, – как-то скомкано заявил Вадим, но Ник сверкнул глазами.
– Нет.
– Завтра в девять. Акции в обмен на бумаги о разводе, – оценив риски, жёстко отчеканил Вадим, и Завьялов решительно встал с места.
– С тобой приятно иметь дело, брат, – Ник вздёрнул подбородок и посмотрел с явным превосходством, вскоре он перевёл взгляд на отца. – Ты что-то говорил о семейных ценностях? Истинную цену имеет только то, за что нельзя расплатиться деньгами. Не помню, кто сказал, – безразлично бросил Завьялов и покинул кабинет.
Домой он не торопился, ситуация требовала осмысления, бушующая внутри энергия – выхода. Намотав несколько шальных кругов по центру, Ник сумел отвлечься и уравновешено выдохнуть. В том, что Вадик клюнет на заманчивое предложение, Завьялов не сомневался. Ему даже не пришлось проявлять фантазию – скупой расчёт. С Майей будет куда сложнее, потому что её нельзя купить, нельзя тупо подмять, да и заставить не вариант. Ему хотелось отклика, хотелось искренности и взаимного притяжения. А ещё было желание получить всё это немедленно, сейчас!
В квартире было темно и пусто. Ник успел впустить в голову паранойю и в мучительной схватке со временем бросился осматривать комнаты. Оказавшись в спальне, Ник Майю заметил не сразу. Он едва не взвыл от досады и сжал кулаки. Пошатнувшись в приступе секундной слабости, Завьялов присел на корточки и только тогда заметил её. Свернувшись калачиком, Майя устроилась на самом краю широкой кровати. Спрятанная от тусклого вечернего света за тенью тёмной шторы, она будто оказалась в слепой зоне. Завьялов крепко зажмурился и выдохнул со смешком облегчения. А ведь как успел себя накрутить!.. Осторожно подавшись вперёд, он дёрнул покрывало и укрыл им Майю, создавая вокруг мягкость и уют. Она промычала во сне что-то невнятное, бессвязное и тут же стихла. Ник протянул руку и коснулся её лодыжек. Исходящее от кожи мягкое тепло заставило его улыбнуться. Накатила нежность и романтика. Ник приткнулся щекой к краю постели и шумно втянул в себя воздух. Чтобы опомниться понадобилось несколько минут.
Забив все страхи в угол окончательно, Завьялов буквально заставил себя оставить Майю одну. Уходя, он бросил на неё последний взгляд и закрыл за собой дверь. На самом деле уже тогда знал: совсем скоро всё решится.
Никита принял душ и переоделся, занялся приготовлением ужина. Майя появилась в проходе кухни, когда мясо было практически готово, а фигурно нарезанные овощи украшали тарелку. Он почувствовал её появление загривком, но поворачиваться не спешил. Она тоже не торопилась оповестить о своём приходе, отмалчивалась, наблюдала.