Требуется ведьма

– Ну что? – не выдержала я уже в машине, но Завьялов не торопился успокоить.
– Всё хорошо, – обтекаемо отозвался он и тут же перевёл тему. – Ты ела сегодня?
– Не знаю… Не помню!
– Не злись. Сейчас пообедаем и всё обсудим. Уговор?
– Твои манипуляции бессовестны, – я обиженно отвернулась к окну.
– А ты бледная и дёрганая, – не желая уступать, упрекнул он, но практически сразу смягчился: – Мне это не нравится. Ты уже попыталась всё устроить, теперь будь добра, передай это право мне. Надо поесть, – наставническим тоном закончил он и я сдалась.
Я растеклась по сидению безвольной тушкой, а когда машина остановилась у ресторана домашней кухни, удивилась проявившему себя аппетиту. Стоило признать, что Завьялов знал о моих потребностях больше меня самой, и это взывало какую-то нереальную эйфорию и лёгкий оттенок грусти. Вспомнились наши общие каникулы и беззаботные будни. Сейчас мне этого не хватало.
Взяв в руки папку меню, я заказала полноценный обед с обилием мяса и зелени. Завьялов посмотрел на меня со значением и исключительно ради поддержания компании выбрал мясное ассорти. А пока над нашими блюдами колдовали повара, он посмотрел на меня с сожалением и торопливо подтолкнул к сути:
– Рассказывай.
Исключительно из вредности мне сейчас хотелось независимо фыркнуть и сказать в ответ что-то обидное. Я не могла оправдать проступившие эмоции, но благоразумно придержала их, протолкнув по горлу разом с тугим комом. А как только открыла рот, поняла, что остановиться уже не могу, меня душила обида и ставшая наперерез несправедливость. И несмотря на то, что интересовали Завьялова последние события, я зашла прилично издалека.
– Всё началось с нашей свадьбы! – нервно рассмеялась я и торопливо облизнула губы. – Мне только исполнилось девятнадцать, и мама сказала, что пора подумать о замужестве. У меня не было ни любовника, ни даже кого на примете… А в таком случае, почему нет?.. От меня никто особо и не скрывал, что ближайший ужин будет не просто визитом вежливости, а настоящими смотринами. Было немного неприятно и крайне неловко, но как только Вадим появился… – я придержала романтическую улыбку и приказала себе опомниться. – В общем, он сумел произвести впечатление. Вадим – это праздник. Это широкие жесты, это галантность, это знаки внимания. Он умел делать комплименты и дорогие подарки, умел удивлять. Цветы, рестораны, его пылкие признания. Было очень красиво. Каждая девушка мечтает о подобном принце. И о том, что наш союз не просто брак, но и бизнес-проект, я совсем скоро уже и не вспоминала. В нём не было резкости, не было пошлости… Ни одного грубого намёка, а ведь он тогда был немногим старше тебя нынешнего, – заметила я со значением и Ник весело хмыкнул. – Сейчас я понимаю, что для снятия напряжения у него имелись подружки попроще да позабористее, но тогда об этом не думалось. Я выходила замуж и чувствовала себя безмерно счастливой. В этой иллюзии я провела год, от силы полтора. К слову, этот срок весьма условный, потому что я была занята учёбой. Я не представляла себя врачом, но родители считали, что эта отличная профессия для женщины. И пока я училась, Вадим усиленно работал. Новый интересный проект, большие перспективы, иностранные инвестиции – поддержка моего отца открывала для него новые горизонты. Я видела эту его целеустремлённость и гордилась мужем. Я даже с лёгкостью оправдывала тот факт, что работе он уделял не только большую часть своего времени, но и отдавал явное предпочтение.
Желая стать хорошей женой, я пыталась угодить, и как только получила диплом, подготовила документы для поступления в экономический ВУЗ. Ты бы видел лицо Вадима, когда я сообщила, что хочу трудиться вместе с ним! – я выразительно округлила глаза и задорно хохотнула. – Ему не составило труда объяснить, что видеть меня в качестве опоры, поддержки и даже в качестве собеседника он не намерен. Что уж тут сказать… к тому времени он уже был не рад видеть меня и в качестве жены, но мы были связаны брачным договором по рукам и ногам. Я попыталась его понять и… – я неодобрительно покачала головой, – не смогла! Мой песочный замок рухнул, и как любая принцесса я тут же побежала к отцу. Он обещал поговорить с Вадимом, но, забегая вперёд, скажу, что из этого разговора ничего не вышло. Как, впрочем, и из множества следующих. Несмотря на все усилия, мы отдалялись друг от друга, пропасть из непонимания и взаимных претензий только росла. И первый юбилей совместной жизни я встретила в гордом одиночестве.
Ну, кто же знал, что Вадиму попадётся жена, которая вздумает его любить?! Он, так точно оказался к этому не готов. Недовольство друг другом совсем скоро переросло в отвращение. Я научилась жить без него. Вот только оказалась какой-то бракованной: мне, видите ли, хотелось получать от жизни удовлетворение. А в результате… как я уже и говорила, совершенно бессмысленное существование, бесперспективный брак и абсолютное недовольство собой.
Как-то Вадим признался, что не собирался жениться. Свою роль сыграло своевременное предложение моего отца и заманчивый блеск возможных перспектив. Он устал от меня задолго до того, как должен был прельститься явными плюсами семейной жизни. Думаю, сейчас он как раз созрел, да вот незадача: кто же в свою новую жизнь тянет старые проблемы? Женщину, которая ещё не успела утомить его своим нытьём, он нашёл довольно быстро. Она оказалась амбициозна в деловой сфере и совершенно непритязательна в семейной жизни. У Вадима достаточно средств и сил, чтобы жить на два дома. Беспроигрышный вариант.
– Ты только поэтому ушла? Потому что он тебе изменил?
– Смеёшься?! – возмутилась я подобному предположению и, раздумывая, пожевала губами. – Думаю, всё дело в моменте. В том самом моменте, когда нужно принять верное решение. Всё произошло спонтанно. В последнее время у нас не было серьёзных ссор, даже разногласий, и тех не водилось, а я вдруг подумала, что никому не нужна. Тогда-то и выяснилось, что у меня тоже есть амбиции! У меня есть желания и какие-то жизненные планы.
– И ты отправилась на поиски счастья, – понимающе вздохнул Ник, а я нетерпеливо цокнула.
– Я сама не знала, куда отправилась. Это был порыв, совершенно спонтанное решение. Я гуляла по торговому центру, кажется, сидела в кафе. А потом вдруг встала, сняла наличку с карты, купила минимальный набор одежды и сумку для её хранения. Переоделась в туалете, – на этом моменте я сделала страшные глаза, а Ник по-доброму усмехнулся. Ему нравилась моя протестная непосредственность.
– А, то есть про «заметала следы», ты тогда не шутила?
– Ни капельки! – похвастала я, вздёрнув нос. – Я не искала приключений. И отношения мне были не нужны. Наверно, я хотела просто спрятаться, чтобы, наконец, услышать саму себя, – призналась я и осторожно выдохнула. – Я вернулась в то место, где мне было хорошо. Я так отчётливо помнила эти ощущения… Удивительно, что, оказавшись в посёлке, у меня получилось найти ту самую Майю, которая давно потерялась. Я познакомилась с Марией Степановной, потом с тобой. Ты не давал времени на раздумья и в этом был определённый плюс. Приступы самокопания обычно требуют больших затрат, причём, не только эмоциональных.