Требуется ведьма

На поляне же появились госпожа Рарк и Иветта.
– Нет, она только что тут была! – возмутилась главная сплетница Лантара.
– Обедать, наверное, отошла.
В чем-то они были правы. Ланс как раз протянул мне бутерброд и бутылку лимонада. Слушая перепалку матери и дочери, мы расправились с перекусом. Голоса вскоре затихли, нежеланные гости покинули поляну.
– И вот на подобной особе я должен жениться! – возмутился Ланс.
Я хихикнула. Собралась уж было спуститься, как под деревом снова раздались голоса. На этот раз здесь оказались госпожа Трауб со своими дочерями. Плохо я с заклинаниями поработала, раз Аннет и Эльза снова в Дарншхолле. Раздумывая, чего бы такого сотворить и как сделать это незаметно, – все же совсем рядом сидит Ланс и явно наслаждается тем, что происходит внизу, – допила лимонад.
Я бы, может, тоже тут весь день просидела, да только мне надо работать, разобраться до вечера с очередными зарослями крапивы и репейника едва ли не с мой рост, которые чуть не погубили дивные белоснежные розы. Растение это прихотливое, требующее определенных условий, но красивое настолько, что с розовыми кустами стоило повозиться.
Ланс же чуть свесился, пытаясь посмотреть, ушло ли семейство Трауб, как совсем рядом раздался голос Эльзы.
– Мама, а может, мы другого жениха найдем? Этот что-то слишком часто и быстро бегает!
– Поверь, с таким наследством, как у него, можно и побегать, – хмыкнула госпожа Трауб.
Я покосилась на Ланса, но он остался невозмутимым. Удивительно, как сильно он менялся, когда находился рядом со мной, переставая держать маску надменного, ледяного красавчика.
– Дед оставил тысячу золотых, – не так поняв мое любопытство, прошептал Ланс. – Если бы не мои доходы от лесозаготовок, то можно было бы поместье продавать и не озадачиваться.
– А все думают, что у старика Мердонса скопились горы золота, – улыбнулась я.
– У этого-то скряги? – хмыкнул Ланс, покачал головой и прислушался к тому, что происходило внизу.
Семейство Трауб устроило целое представление, не иначе. Сначала госпожа Трауб приводила свои расчеты, отчего хозяин Дарншхолла похрюкивал от смеха, да и я поняла, что она весьма далека от экономики и, скорее всего, ее ждет разочарование, а следом Аннет и Эльза принялись обсуждать Ланса.
– Он красивый!
– Да где уж? Длинный, худощавый…
– А ты поменьше, дорогая сестрица, ешь пирожных, будешь ему под стать! – злорадно заметила Эльза.
– Ой, кто бы говорил! Да ты вишневых пирожных на два золотых в прошлый раз в лавочке матушки Бо слопала!
– А ты… ты…
– Девочки, Ланс – завидный жених, одна из вас обязана стать его женой. Дела у вашего отца идут не так хорошо, как хотелось бы. Надо действовать!
– Но, мама, Ланс – маг! – возмутилась Аннет. – И все маги… они того, с причудами…
– Ничего, стерпится – слюбится, – отрезала серьезно настроенная на победу госпожа Трауб. – Надо еще приворотных прикупить.
– Если бы они на него действовали… – вздохнула Эльза.
– Ничего, добудем такое, которое точно сработает.
Этого мне еще не хватало! Ну уж нет, подобного я не допущу! Еще чего! Моего суженого поить всякой гадостью…
Пока Ланс с трудом сдерживался от смеха, я незаметно щелкнула пальцами, шепнула заклинание и призвала на помощь заросли крапивы. Кустики, насколько позволяло мне увидеть мое ведьминское зрение, подползли поближе к жасмину, возле которого стояло семейство Трауб, притаились. Вытащить при помощи магии несколько корешков и заставить семейство о них споткнуться и улететь в заросли уже не составило труда. Благо Ланс так был увлечен происходящим внизу, на поляне, что не замечал моих действий.
Из крапивы послышались такие знатные ругательства, что я позавидовала фантазии госпожи Трауб и ее дочерей, а Ланс едва слышно присвистнул, впечатлившись. Сдается, подобного от благочестивого семейства он не ожидал, а я… я уже давно знала, как за маской благородства и воспитанности могут прятаться самые страшные пороки. Уже не удивлялась услышанному.
Семейство Трауб, проклиная все на свете, отправилось к дому.
– А я совсем не хорош собой? – вдруг спросил Ланс. – Вот скажи, Рита.
Он это серьезно?
– Неужели вы будете слушать этих недалеких девиц, которым от вас ничего, кроме денег, не нужно? – не выдержала я.
– Значит, хорош?
– Красив, – тихо отозвалась я, собираясь спускаться, но не успела и подобраться к стволу, как внизу раздались голоса госпожи Рарк и Иветты. Чуть не застонала от досады. Вернулись все ж таки! И не просто вернулись, но и расположились едва ли не под самым деревом, решив устроить там пикник. И уже не понятно, то ли меня поджидали, то ли Ланса.
А мы сидели… И молчали. И ждали, что будет дальше. Тело от неудобной позы затекло, и я только горестно вздохнула. Нет, так не пойдет, надо выбираться!
Госпожа Рарк и Иветта как раз приступили к обсуждению кавалеров, оценивая их доход и составляя своеобразный список, который очень заинтересовал Ланса. Тот слушал внимательно, иногда о чем-то задумывался и сверкал глазами.
Я же решила пойти проторенным путем, оживила чары, которые по-прежнему жили в колокольчиках и фиалках, и призвала цветы на эту поляну.
Вскоре раздался предсказуемый визг Иветты.
– Мама, там колокольчик бегает!
– Опять? – обреченно уточнила госпожа Рарк. – Вечно тебе что-то мерещится! Прекращай немедленно, иначе такие слухи пойдут по Лантару, что можно про женихов забыть.
– Но мама! Ой! И там… фиалки… зубастые, – в ужасе прошептала Иветта.
– Да где?
Я с трудом спрятала улыбку, боясь, что ее заметит Ланс, который свесился с ветки и пытался разобраться в ситуации. И ведь никто не знает, что мои чары не позволяют госпоже Рарк видеть цветы, а вот Иветта перемещающимися фиалками наслаждается. Вон как наросты, похожие на зубы, на моих чудесных цветочках щелкают.
Визг повторился, Иветта сорвалась с места и помчалась через сад, сообщая всем вокруг, что никогда и ни за что не явится в поместье Дарншхолл, а ее матушка, пробормотав ругательство, поднялась и направилась следом.
Я же быстренько вернула цветы на положенное им место, сняв чары и позаботившись, чтобы никто их даже не учуял.
– Как много всего интересного в моем саду стало происходить, когда в нем появилась ты, Рита, – вдруг сказал Ланс, помогая спуститься.
Я отряхивала платье и делала вид, что ничего не услышала. Ланс же, сверкая довольной улыбкой, подхватил пустую сумку с грязной посудой и, весело что-то насвистывая, отправился в дом. Я только вздохнула. Это так тяжело, находиться с ним рядом и не иметь возможности прикоснуться и поцеловать, когда этого требует душа!